(Не) измена. Тайные наследники для миллиардера (СИ) - Александрия Роза - Страница 34

Встаю и чувствую легкую тошноту. Все же не нужно было так быстро наедаться.

– Егор… что-то меня тошнит.

– Сейчас!

Мужчина подхватывает меня на руки и несет в уборную. На входе я вырываюсь и в последний момент успеваю к унитазу.

– Выйди, пожалуйста. Это отвратительно… – шепчу я, ощущая, как жжет горло. Артур терпеть не мог, когда я болела. Он предпочитал не видеть и не слышать о моих проблемах. А если они носили подобный характер, так и подавно.

– Маша, не говори глупостей!

Он придерживает мне волосы и гладит по спине, когда меня снова сворачивает в сухом позыве. Когда все успокаивается, Егор помогает мне умыться и относит в палату.

– Я принесу воды и позову врача. Так ведь не должно быть…

– Хорошо…

Через несколько минут мужчина возвращается со стаканом воды. Следом за ним входит доктор.

– Мария, здравствуйте! Меня зовут Николай Валерьевич. Как вы себя чувствуете? Ваш муж говорит, что вас рвало?

– Муж? – Перевожу взгляд на Егора, и тот коротко кивает, всем своим видом показывая, что объяснит все потом.

– А, да, тошнит. И сильно кружится голова!

– Я понял, – кивает врач. – Значит, это может быть посттравматическое расстройство или реакция на сильный стресс, но я вам назначу дополнительные анализы. Сейчас придет медсестра и возьмет кровь.

– Хорошо, – киваю я.

Николай Валерьевич осматривает рану, проверяет рефлексы и, удовлетворенно кивнув, идет на выход.

– Мне можно к сыну? – спрашиваю.

– А? Да-да. С мальчиком все в порядке. Он уже переведен из реанимации на этот этаж. Можете сходить. Но все же я советовал бы дождаться, пока вам станет легче.

– Я помогу ей дойти! – уверенно выдает Егор.

– Что ж, хорошо. Только дождитесь медсестру, – серьезно отвечает доктор и исчезает за дверью.

Девушка приходит в течение десяти минут. Набрав кровь из вены в большой шприц, она оставляет ватку на месте укола и просит согнуть руку в локте.

– Вот и все. Завтра будут результаты. А сегодня больше воды и отдыха! – улыбается она, унося с собой приборы.

Егор улыбается мне и подсаживается ближе. Он берет вторую руку в свои ладони и с нежностью целует.

– Муж? – поднимаю брови, и мужчина невозмутимо кивает:

– Должен же я был как-то объяснить свое пребывание здесь.

– Верно! – соглашаюсь я. Внутри что-то дрожит от нежности к нему. От той всепоглощающей любви. Он не ушел. Спас нас с детьми, был с Алисой все это время, пока я была без сознания. Следил за лечением Мирона…

– Спасибо тебе… – шепотом говорю я.

Егор гладит меня по волосам и делает глубокий вдох, будто хочет что-то сказать, но потом вздыхает:

– Ну что, пойдем к Мирону? Вижу же, что ты не может больше ждать…

***

До палаты сына Егор несет меня на руках, собирая удивленные взгляды медперсонала. Но ему все равно, а мне тем более. Все мои мысли только о сыне. Мужчина толкает дверь и, когда мы оказываемся внутри, ставит меня на ноги.

– Пришли…

Оборачиваюсь и вижу комочек, свернувшийся под белым одеялом.

– Мирон… – бросаюсь к нему.

Мальчик лежит слишком бледный, и меня просто рвет на части от боли из-за того, что не уберегла свое сокровище. Не смогла…

– Мирончик… – Глажу его ручку, и сын открывает глазки.

– Мама?

– Да, это я, мой хороший!

Обнимаю ребенка так сильно, как могу.

– Я так испугалась за тебя! Зачем же ты вышел из комнаты? Я же просила… А если бы случилось непоправимое? – плачу я, но мальчик спокойно отвечает:

– Я должен был защитить тебя! Я же мужчина! Мы с Алисой услышали крики, и я приказал ей оставаться в комнате, а сам вышел к тебе. Я хотел спасти тебя!

– Ох, мой сынок…

Тут подходит Егор и протягивает мальчику руку.

– Ты настоящий мужчина, Мирон. Я горжусь тобой так, как может гордиться отец сыном!

Глаза мальчика расширяются от удивления, и он прерывисто вздыхает. Жмет руку мужчине, а я в тот момент отчетливо вижу их нереальное сходство.

Как такое вообще может быть?!

– Мамочка, а где Алиса? Когда мы домой?

– Алиса спит, но скоро проснется, и я приведу ее к тебе. А домой мы поедем, как только поправимся.

Даже не знаю, где теперь наш дом. Стараюсь не думать об этом и просто глажу сына по волосам. Рассказываю ему что-то, но вдруг понимаю, что меня снова начинает мутить.

– Маш, ты побледнела! Пойдем в палату! Да и поесть тебе не мешало бы, а то завтрак же…

– Да, пошли…

Я с болью в сердце покидаю своего малыша. Просто не могу оставить его в таком уязвимом состоянии. Егор, видя мое настроение, понимает все без слов. И уже через час нас переводят в общую трехместную палату.

– Держите, я принес вам поесть, чтобы вы не ходили в буфет.

Егор ставит поднос на тумбочку, и я с сомнением смотрю на гору еды. Что-то не уверена, что она у меня усвоится, а вот детей нужно покормить обязательно!

– Спасибо тебе, Егор…

Тут же заходит врач, осматривая палату.

– Удобно, хорошо, что ваш папа умеет заботиться о своей семье. Да и вам, Мария, гораздо спокойнее, когда дети рядом.

– Это точно, повезло нам с Егором.

– Не то слово! Я видел много семей, но чтобы отец так переживал за сына, что слил с себя литр крови за раз, – такое впервые!

– Вы… – начинает Егор.

– Да, мне рассказали. Но не бойтесь, я не пойду против своих же. Тем более вы спасли сыну жизнь, а я, как врач, не могу не оценить риск ради родных людей. Сам такой же!

– Егор, ты не говорил… – начинаю я, но он молча качает головой.

– О, так он еще и не признался вам! Любовь отца к сыну такая, да! – смеется врач.

– Да, спасибо, – серьезно кивает Егор. – Но только Мирон не мой сын.

– Смешная шутка, Егор Кириллович! – улыбается врач, присаживаясь рядом с Мироном. Он ощупывает пульс мальчика и достает тонометр.

– Это не шутка! – говорю я. – Мирон и Алиса мои дети. Когда они родились, мы с Егором друг друга не знали, – неловко тяну я. Вспоминаю слова Артура, что мы с Егором все же познакомились в клинике ЭКО, просто забыли этот эпизод, но пары слов диалога недостаточно, чтобы забеременеть.

– Я не знаю, о чем вы говорите, молодежь сейчас любит пранки, или как вы там называете, но я больше верю доказательной медицине, а она как раз таки подтвердила, что отцом Мирона и, соответственно, Алисы является Егор.

– Как? – выдыхаю я еле слышно.

– Егор, ты мой папа? – подскакивает Мирон.

– Я же тебе говорила! – добавляет Алиса.

Доктор переводит взгляд с нас на детей и обратно.

– Так, вижу, что это для вас новость. Даже не знаю, что вам сказать, но тест показал 99.9% вероятности того, что Егор и есть отец малышей. Как вы могли этого не знать?

– Поразительно… Кажется, я догадываюсь, в чем дело, – шепчет Егор.

Сказал бы, а то я просто не могу переварить эту информацию. Как это вообще вышло?

– Но это еще не все новости… – продолжает врач, но Егор его перебивает:

– Я скоро… – и вылетает из палаты.

Я смотрю ему вслед, даже забыв, как дышать. Куда он? Что он знает?

Дети прыгают от радости, сминая одеяла на кроватях, а я чувствую, как начинает кружиться голова. Встаю, сама не знаю зачем, и понимаю, что не могу удержать равновесие.

– Мария! Куда же вы… – кричит доктор, подхватывая меня под мышками. Он укладывает меня на кровать и вызывает медсестру. Ватка с нашатырем под нос, и я уже могу различать картинку перед глазами.

– Доктор, объясните еще раз. Как так вышло…

– Маша, Маша, успокойтесь, вам нельзя нервничать. Я лишь сказал то, что показал тест. Думал, вы знаете!

– Нет…

– Уверен, что все решится. Но сейчас нужно успокоиться. Я зашел сообщить вам причину вашего недомогания. Пришли анализы.

– И что там? – еле слышно спрашиваю я. Может, я просто сошла с ума? А может, давно лежу в коме и мне все это кажется? Иначе как объяснить это?

– Вы беременны. У вас будет малыш. Уровень ХЧГ еще маленький, недели на четыре, но на УЗИ я смогу вам точнее все рассказать.