Ревизор: возвращение в СССР 27 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 52

Наше совещание закончилось только через час. Разбились на пары, обсудили все легенды. Получилось, что мне предстоит завтра работать совместно с Марком Анатольевичем.

Позвонил ему из автомата на первом этаже, пока он с работы не ушёл.

— Добрый день, Марк Анатольевич. Это Ивлев. Вы как, не шутили вчера, что хотите принять участие в контрольной закупке?

— А что? — лукаво спросил он.

— Да у меня пары нет, хотел предложить вам завтра совместную поездку.

— С удовольствием! — рассмеялся он. — Эх, давно у меня таких приключений не было!

— И кем мы будем с вами представляться? Отец и сын? — улыбаясь, спросил я.

— Ну, давай, — еще больше развеселился Марк, — сынок!

Договорились с ним встретиться завтра в метро в одиннадцать, чтобы целый день не терять. Быстренько отстреляемся…

Предложил ему обсудить подробнее нашу легенду, а он сказал, будем импровизировать.

— Всё равно до завтра всё забудем, — глубокомысленно заявил он, и мы попрощались.

Ох, чувствую, завтра меня ждёт цирк на выезде!

Монако.

Завтра уже конкурс, — думала Диана. — Если не пройду в полуфинал, завтра-послезавтра уже можно возвращаться в Больцано. А в понедельник-вторник мы с Фирдаусом уже будем в Москве.

Что предъявить КГБ? Несколько тысяч долларов в итальянских лирах и швейцарских франках? Не слишком ли это мало? А если это их не устроит? Значит, завтра, во время конкурса, надо попробовать пообщаться с солидно выглядящими мужиками. Может, политик попадется какой или военный снова. Хорошо, что Фирдаус нужен отцу в Больцано. Лишь бы Нуралайн не заметила чего, и не подумала про неё плохо… А то поделится потом с мужем или, вообще, с Фирдаусом. Скандал будет! Хотя… Диане пришел в голову неплохой вариант — надо подходить к ним вместе с Нуролайн!

Москва. Гагаринский райком.

Сразу по окончании собрания Регина поспешила в райком к Володину.

— Добрый день, Ольга Константиновна, — улыбнулась она его помощнице. — А к Герману Владленовичу можно?

— Проходи, Региночка, — добродушно улыбнулась ей та.

Постучавшись в кабинет, она скромно заглянула внутрь.

— Можно? — улыбнулась она.

— Заходи, — отложил бумаги Володин.

— Здравствуйте, — села она рядом с ним за стол с видом победителя. — У нас сегодня в университете было расширенное заседание «Комсомольского прожектора». В выходные намечается большой рейд. Нас сегодня целая толпа на собрании была!

— Что за рейд такой? — удивился Володин.

— Совместный рейд с Верховным Советом, похоже, это Пашка Ивлев всё устроил. Контрольные закупки в такси…

— В такси? — с недоумением посмотрел он на неё. — А нам-то что? Зачем мне это знать?

По его разочарованному лицу Регина поняла, что ему всё это до звезды…

— Я подумала, это может быть важно…

— Какое нам дело до такси? Мы не работаем с таксопарками.

— Извините, — расстроенно ответила она и поднялась.

Она попрощалась с ним и вышла из кабинета. У неё было стойкое ощущение, что она сейчас серьёзно прокололась, но в чём конкретно, она никак не могла понять. Эх, не получилось стать полезной, чтобы оправдать деньги, что ей выплачивают!

Прибежала, глаза горят! — думал Володин. — Ах, контрольные закупки в такси!.. Что мне эти её закупки? Какое мне дело до такси? С чего она взяла, что мне это может быть важно?.. Тычет пальцем в небо… Может ли быть, что она просто не знает, какие предприятия у нас под контролем? Говорила же, что Самедов ей все рассказал… А сама тащит всю информацию подряд… Точно!.. Вот же, сучка!.. Взяла меня на понт… Ничего существенного, похоже, ей Самедов про нас не рассказал! Максимум, несколько фамилий упомянул, а эта стерва запомнила и целый спектакль разыграла! Так развела меня!..

Он встал и подошёл к окну.

Какая же змея!.. — потрясённо думал он, покачиваясь из стороны в сторону от напряжения. — Без мыла везде пролезет… И это в таком-то возрасте!.. Пойти на такой блеф с тремя фамилиями в активе? Это кем надо быть? Похоже, авантюристка редкостная. И развела меня так легко… Даже признаться кому-то стыдно…

Святославль. Механический завод.

— Ты кому металл-то хочешь толкануть? — поинтересовался Ваганович у Маслова.

— Шабашникам знакомым, — ответил тот.

— И когда?

— Планируем сегодня… С машиной договорятся, приедут и сами увезут. А то я у нас попытался вчера заявку на машину подать, так только на следующую неделю, в лучшем случае. А так — я пропуск выпишу им, а на складе покажу подписанную требование-накладную.

— Оно и лучше, если без наших обойдётся, — заметил Ваганович. — А то лишние свидетели, лишние вопросы…

— И то верно, — согласился Маслов.

Москва. Старая площадь.

Член Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Попов Роберт Ильич отправился на обед в буфет. Привычно идя по коридору, он не обращал внимания на таблички на дверях кабинетов, хотя большинство граждан Советского Союза их хозяев видели только по телевизору или на фотографиях в газетах. Для него все это была рабочая рутина…

Увидев за столиком в буфете, больше напоминавшем ресторан, Межуева, он тут же подсел к нему за столик.

— Приветствую, Владимир Лазоревич, — протянул он ему руку. Тут же рядом оказался официант и Попов сделал заказ. — Приятного аппетита. Как у вас дела?

— Старею, Роберт Ильич, — хмыкнул Межуев. — Уже пешком к себе поднимаюсь по лестнице.

— А раньше как? — удивлённо посмотрел на него Попов.

— А раньше бегом, — ответил Межуев и мужчины дружно рассмеялись.

Попову принесли его обед. Они неспешно беседовали. Официант незаметно убирал пустеющие тарелки. Потом Межуев поднялся и ушёл, пожелав Попову приятного аппетита и тот остался наедине со своими мыслями.

Что-то Сальников необычно разговаривал, когда последний раз звонил, — вернулся он к своим размышлениям. — Льстивый какой-то, заискивающий… И встревоженный. Что там за проблемы у него? Надеюсь, этот придурок не втянет меня в какую-то авантюру, рассчитывая на мою поддержку? Деньги от него получать, конечно, приятно, но карьера дороже… Дёрнул же меня чёрт с ним связаться! Всегда избегал таких раскладов, где меня можно на горячем прихватить, хотя и денег в разы больше предлагали, было ради чего рисковать. А тут и деньги не такие, чтобы ах, и неприятности ещё какие-то… Надо будет завтра прижать Сальникова и поговорить откровенно, что там у него происходит.

Москва. Песчаная улица.

Захаров и Бортко опять встретились в парке у дома Захарова. Их встречи уже стали традиционными. В конце каждого рабочего дня Мещеряков докладывал им о проделанной работе за день.

— Ну, что нового, Андрей Юрьевич? — с нетерпением спросил Бортко только подошедшего Мещерякова.

— Приветствую, товарищи, — поспешно пожал Мещеряков протянутые руки. — По порядку… Значит, разобрались мы с супругом Дружининой. Большой начальник в Центральном профсоюзе, как нам первоначально удалось узнать, на самом деле, это заместитель начальника отдела в ВЦСПС.

— Да уж, небольшого полёта птица, — хмыкнул Захаров, переглянувшись с Бортко. — Вряд ли Сальников так оборзел, рассчитывая на его покровительство.

— Зато теперь понятно, как Дружинина председателем месткома оказалась, — заметил Бортко

— Выяснили, на какой должности тот однокурсник, что во Внешторге? — спросил Захаров.

— Да, он начальник отдела, — ответил Мещеряков. — Текущих контактов Сальникова с ним не зафиксировано.

— Внешторг, конечно, очень влиятельная организация, — задумчиво проговорил Захаров. — Но не на уровне начальников отделов. Тем более, зачем ему заниматься чем-то, что не связано с заграничными поставками товаров? Они там свой клювик окунают. В полной безопасности, никому ни в жизнь не докопаться, сколько они получили на лапу в какой-нибудь Франции через посредника…