Не драконьте короля! - Мамлеева Наталья - Страница 8

– Этот ответ я принимаю, – тихо ответил я. – Тогда позвольте перейти к предварительному брачному договору?

Хогард кивнул. Я же вновь вернулся мысленно к Купаве и особенно к нашей судьбоносной встрече на озере. Что ж, это будет даже забавно. Но недолго, я уверен.

Глава 3

– Ваше высочество, пора готовиться к приёму, – ворвался в мой сон голос служанки.

– Мне об этом никто не даёт забыть, – пробормотала сонно и перевернулась на другой бок. – Хмилья, нагрей пока воды.

– Ваше высочество, вы сейчас вновь заснёте! А ещё нужно успеть примерить платье к балу. Уже почти два часа дня. У нас осталось совсем ничего на подготовку!

Да что там готовиться…

Хотя… Может, сегодня специально сделать из себя страшилище, чтобы король Максимилиан ужаснулся и отказался жениться? Впрочем, выставлять себя дурнушкой перед ним не собираюсь, тем более, он видел меня в одной камизе, так что замаскироваться теперь будет труднее. Заставлю его отказаться другим способом.

– Хорошо, хорошо, – фыркнула я и еле поднялась. – Довольна?

Хмилья кивнула и вышла. Моя служанка – милая девушка чуть старше меня – настоящий тиран. Сколько раз я пыталась от неё избавиться, сколько ей жуков подкладывала в шутку, но она – кремень. Никак не собирается покидать насиженного места моей личной камеристки.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, вспоминая, что произошло ночью. Наверное, всё-таки показалось, что кто-то здесь был. Тем более ничего не пропало. Но я на всякий случай проверила свой медальон – он на месте, как и чешуйка внутри.

Хмилья позвала, когда вода нагрелась. Грелась она благодаря небольшим кристалликам, созданным с помощью магии. Сыпешь порошочек в воду – и она нагревается. Только нужно соблюдать и рассчитывать пропорции, чтобы не ошпариться. Хотя всегда можно разбавить.

Вода в комнату подавалась через трубы – лет триста назад в мир пришёл магический прогресс, благодаря которому теперь в каждом доме появился водопровод с холодной водой и канализация, а магические светильники стали подзаряжающиеся и стационарные. В общем, я любила время, в которое жила.

Хотя чего скрывать – я в принципе любила жизнь. И всем советовала её полюбить.

Подготовка заняла больше времени, чем я рассчитывала, поэтому на приём я опаздывала. Спешила, как могла, на ходу поправляя туфельки-лодочки – новые, а потому совершенно неудобные. Я боролась с Хмильей, пытаясь ей доказать, что на важные мероприятия нельзя надевать неудобную обувь, что лучше моих сиреневых туфелек обуви нет – до сих пор не стоптались, так нет же… «Сиреневые не подходят к золотому платью!»

Тьфу! Кто вообще выбрал это платье? Я в нём выглядела, как рыбка, ещё и эту корону из волос на голове соорудила Хмилья. Да в причёске такое количество шпилек, что ими можно целую роту заколоть, если использовать в качестве дротиков со снотворным.

Ох, если я сегодня упаду кому-нибудь в руки, во всём будет виновата Хмилья!

В итоге в аванзал я прибежала с опозданием. И в дверях налетела на его величество. Увы, не на моего отца.

Максимилиан окинул меня беглым взглядом и сосредоточился на глазах. Я тоже украдкой его осмотрела. Король был красив. Это бесспорно. Было в нём нечто магнетическое, такое, что заставляло меня разговаривать с ним. Хотелось уколоть его, спросить что-нибудь и вообще… потребовать держаться подальше, а то странно на меня влияет!

Осмотрев его светлый камзол, я подняла взгляд к зелёным глазам. Король выше меня на полторы головы минимум. Рядом с ним я казалась ребёнком.

– Добрый вечер, ваше высочество, – слегка склонил голову король.

– Добрый вечер, – кивнула я и присела в глубоком, но непродолжительном реверансе.

Мы стояли напротив и смотрели друг на друга. Я начинала понимать, что этот зелёный омут затягивает меня, поэтому, прокашлявшись, спросила:

– Как прошёл ваш день? Надеюсь, вы не простудились?

– Ночь была тёплой, к тому же меня в том озере согрели жаркие объятия, – откликнулся он, вызывая у меня жгучий румянец на щеках. Это он о том, как бесстыдно прижимал меня к себе?! – И та, что подарила мне тепло, кое-что забрала. Чешуйку.

Чешуйку… потому что я её нашла. Внезапно вспомнила о том, что драконы водились когда-то именно на территории Рамании. Да и уверенность Крепыша настораживала. Может, это какой-нибудь талисман Максимилиана и он его обронил? Почему же тогда сразу во всём не признался?

– Вы украли объятия, я – чешуйку. По-моему, всё честно, – с ехидной улыбкой отозвалась я.

– Считаете это равноценным обменом? – нарочито задумчиво спросил он и вздохнул. – Что же вы попросите у меня за нашу первую брачную ночь?

Что?.. Да как он… С чего он вообще взял, что эта ночь будет?

– Если говорить начистоту, то вы сами сказали, что всё, что утеряно, принадлежит короне, то есть мне и моему отцу.

– Вот как? Тогда поделитесь сокровищем как с будущим членом своей семьи? – быстро нашёлся он.

– Я не выйду за вас замуж, – чётко заявила я, хотя изначально совершенно не хотела лезть на рожон, сам вынудил. – И чешуйку вы назад не получите.

Максимилиан наклонился ко мне, опаляя кожу на правой щеке горячим дыханием. Он не разрывал контакта глаз, когда ещё более уверенно заявил:

– Это мы ещё посмотрим… принцесса.

Отойдя в сторону, он насмешливо пропустил меня вперёд. Да что ж с ним такое? Почему он так задевает моё самолюбие? Сжав кулаки, я прошла мимо короля и направилась к открытым дверям.

Целый вечер… целый вечер в одном зале с этим невыносимым королём! Боги, дайте мне сил…

Все гости уже собрались. Под их аплодисменты и приветствия я шла к отцу. Краем глаза заметила Малику Церг – она была, как всегда, прекрасна. В голубом платье с цветочным шлейфом и с распущенными волосами она выглядела эльфийкой, не меньше. А у меня эта корона на голове… мда.

Улыбаясь и отвечая на приветствия, я наконец поднялась на возвышение. По правую руку от отца сидела его вторая жена и нынешняя королева. Она мне приободряюще улыбнулась. Наши троны были немного смещены в сторону, потому что на второй половине возвышения стоял ещё один королевский трон – такой же массивный, но из тёмного дерева. Я бы узнала вензеля на нём, если бы не моё плохое зрение, а подходить ближе и, щурясь, рассматривать его, было бы как минимум странно. Впрочем, я прекрасно знала, для кого он подготовлен.

Поэтому молча села на небольшой трон по левую руку от отца.

– Ты опоздала, – прошептал король и подал знак музыкантам.

Заиграла приятная музыка. Церемониймейстер ударил трижды посохом по полу. Гости начали расходиться, создавая живой коридор.

– Ты видел этот ужас у меня на голове? – прошептала я. – Хмилья неуправляема! Я опоздала именно из-за этого.

– Если бы кто-то любил сон чуть меньше, чем проказничать, – хмыкнул отец, – то ты бы всё успела. А причёска красивая. И Хмилья единственная, кто может заставить тебя что-то сделать.

– Просто у меня нет сил слушать её причитания, – я закатила глаза и вновь скосила взгляд на трон. Тот стоял как раз с моей стороны.

И вовремя, потому что в этот момент двери в зал распахнулись, а зычный голос церемониймейстера разнёсся по залу:

– Его Величество Максимилиан Раманский, король Рамании, освободитель Орколейских островов, Владыка Малоземья!

Гости застыли, я заёрзала на троне, хмурясь и смотря вперёд, где по красной ковровой дорожке уже шёл монарх вместе со свитой. С каждым его шагом напряжение внутри меня нарастало. Просто казалось, что вот-вот произойдёт какая-то подстава. Слишком уж расслабленным выглядел этот Владыка.

– Приветствую ваших величеств и юную принцессу, – глубоким голосом произнёс король Рамании. – Желаю здравия и процветания и верю в дружбу между нашими королевствами. И в знак искренности намерений и признательности за столь радушное приглашение погостить в землях Бриоля, позвольте преподнести эти скромные дары.

Максимилиан сделал пас рукой и слегка развернулся корпусом, чтобы позволить своим послам поставить пять сундуков, каждый из которых был наполнен до отказа драгоценными артефактами, магическими материалами и благородными металлами. Я, хотя никогда и не была меркантильной, всё-таки подсчитала примерную стоимость такого добра. Баснословно! Хороший же выкуп собрался за меня предложить его величество Раманский! Видимо, наслышан о богатствах Бриоля, а потому не поскупился для союза с нами.