Мы – инопланетяне. Книга 3 - Тарарев Александр - Страница 5

Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, пытаясь осознать величие и многослойность этого нового понимания.

– Остынет ли Вселенная? Возможно, это произойдёт гораздо быстрее, чем мы можем предположить. Время – миллиарды лет, которые уходят на то, чтобы Вселенная расширялась и охлаждалась, поглощая свои собственные звёзды и планеты. И когда она достигнет своей предельной точки, начнётся обратное движение – медленный процесс сжатия, возвращения к исходному состоянию. Но на это уйдут ещё более многие миллиарды лет, – Солас снова сделал паузу, осмысливая собственные слова. – Времени более чем достаточно, чтобы подумать о вас и вашем месте во Вселенной. Ваше существование для нас – загадка. Зачем вы здесь? Какие цели вы преследуете? Какое значение имеет ваш народ в этом бесконечном цикле рождения и смерти галактик? Мы лишь начинаем осознавать, что вы – неотъемлемая часть этого уравнения. Но что это означает для нас? Что это означает для Вселенной?

Эти вопросы, прозвучавшие в сознании Соласа, отразили его новое понимание того, что Иджи могут быть чем-то большим, чем просто врагом. Их появление, их вмешательство в ход событий заставляло пересматривать все прежние представления о том, как устроена Вселенная и какую роль в ней играют разные формы жизни. Теперь, когда время вдруг стало осознаваться не просто как инструмент выживания, но как нечто, способное вместить в себя бесконечное количество возможностей и изменений, перед Соласом и его народом встала новая задача – понять свою роль в этом бесконечном космическом круговороте.

Пётр выслушал его внимательно, понимая, насколько сложными и глобальными категориями оперировал Солас, и ответил:

– Солас, при всём уважении, звучит неубедительно, – начал Пётр. – Ты мыслишь такими временными категориями, которые не под силу понять биологическим существам.

– Но ты же понимаешь? – отреагировал Солас.

– Да, понимаю. Но это не правило, а исключение из правил. Разумные существа живут мало, передают свои знания следующему поколению и прекращают своё существование, и так постоянно, пока искра жизни не погаснет от какой-нибудь случайности.

– Хорошо сказано, но разумность есть не только у биологических видов. Много других форм жизни, основанных на иных принципах, как я уже упоминал, на низкотемпературных или, как мы, плазмойды, и наши братья Кагмы.

– Солас, мы предлагаем молторанцам и кагмам безопасность и свободу во внутреннем периметре планеты. Что предлагаете вы, Ава, нам в ответ?

– Твой ход мыслей понятен. Ты мыслишь короткими промежутками времени. Для того чтобы ты понял меня, тебе придётся прожить миллиарды лет. Но такое предложение опять для будущего. В настоящем мы, молторанцы и кагмы, изолированы и не можем влиять на космические процессы. Разве что только на эту планету и максимум на Солнечную систему.

– Такое влияние уже немало. Если мы договоримся, то влияние на магнитное поле планеты очень много значит для людей. Прежде всего это защита от выбросов плазмы нашей звезды… – Солас перебил его нетерпеливо:

– Не только, командующий. Наше поле блокирует ещё множество космических излучений, и оно не только магнитное. Ещё есть и более тонкое, которое вы не улавливаете своими приборами. Все эти поля обеспечивают вашу жизнь на поверхности планеты Земля. Но мы к этому отношения не имеем – механизм создан до нас, мы не вмешиваемся в его работу.

– Понимаю, как всё непросто, – сказал Пётр, пытаясь осмыслить услышанное.

– Это ещё сложнее, чем ты можешь себе представить, – ответил Солас, его телепатический голос передавал глубину мысли. – Но у меня есть предложение, которое может изменить многое. Я хочу предложить тебе стать ПОСРЕДНИКОМ между нами, Ава, и другими цивилизациями Вселенной. Как ты смотришь на это?

Пётр ошеломлённо молчал. Он ожидал чего угодно, но не этого. Вопрос казалось висел в воздухе, становясь всё более весомым с каждой секундой. Нужно было отвечать, и он попытался.

– Я… в растерянности, – наконец произнёс он, чувствуя, как его мысли путаются. – Мы смертны, в том числе и я. Как я могу быть посредником при таком коротком0 времени жизни?

Солас, казалось, предвидел его сомнения, понимая состояние, в котором находится Пётр, поэтому ответил нейтрально:

– Вопрос не в том, как ты сможешь стать посредником, – мягко поправил его Солас. – Вопрос в том, хочешь ли ты им стать? Готов ли ты принять эту роль, несмотря на все сложности и риски?

Пётр молчал, понимая, что перед ним стоит действительно серьёзный выбор. Предложение, которое изменит его жизнь, возможно, жизнь всей цивилизации, к которой он принадлежит.

– Очень серьёзный вопрос, Солас, – медленно произнёс Пётр, чувствуя тяжесть решения, которое предстояло принять. – Мне нужно подумать.

– Думай, но не разрывай контакт со мной, – предупредил Солас, его телепатический голос звучал неумолимо. – Решение нужно принять здесь и сейчас. Мы находимся в условиях, когда каждый момент важен. Ты внутри планеты, окружён огненной средой, в нашем энергетическом пространстве. Мы в тесном телепатическом контакте. Остался лишь один шаг, чтобы ты смог изменить существующий порядок вещей. Ты уже узнал многое и узнаешь ещё больше, но выбор должен быть сделан тут.

Пётр замер, осознавая всю серьёзность ситуации. Мысли метались в его голове, сердце учащённо билось. Он чувствовал, как Солас внимательно следит за ним, и это ментальное внимание несло в себе нечто большее, чем просто интерес. «Взгляд» Соласа был пронизан напряжением, любопытством и ожиданием.

Внезапно Петра пронзило озарение, как будто пелена спала с разума. Он осознал природу молторанцев, понял их истинное предназначение. Эти существа предназначены для поддержания энергетического баланса во Вселенной. Озы и молторанцы – две противоположные силы, вместе создающие гармонию. Но что-то пошло не так, и система вышла из равновесия, разбалансировалась. Озы стали сильнее, и Вселенная начала охлаждаться, разрываясь на части. Процесс этот ещё можно остановить, но времени оставалось мало.

Имелась одна странность в этом озарении: в уравнении Вселенной не было места для биологических и других разумных существ, вроде людей. Они казались побочным продуктом, случайностью, возникшей на фоне более глобальных процессов. Эта мысль пронзила Петра, заставив его усомниться в значимости человечества в великом космическом плане.

Однако вместе с этим осознанием пришло понимание, что у него есть шанс. Шанс сделать нечто большее, чем просто существовать. Возможность повлиять на саму суть мироздания, на равновесие сил во Вселенной. И этот шанс был здесь, в глубине планеты, в самом сердце Земли.

Пётр глубоко вздохнул, осознав, что решение, которое он должен принять, выходит за рамки его личной жизни. Этот выбор определит судьбу не только его самого, но и всей цивилизации. Он понимал, что должен сделать этот шаг, потому что теперь его решение касалось всего сущего.

Солас внимательно наблюдал за его размышлениями и подбрасывал информацию, которую Пётр принял за озарения. Поэтому поощрительно прокомментировал:

– Очень точное определение, командующий. Не ожидал от тебя такого вывода.

– Сам не знаю, как его сделал.

– Ничего просто так не бывает. У всего есть начало и конец: мы – начало, и мы – конец, а ты – тот, кто создаст баланс.

– Скорее вернёт? – вставил Пётр.

– Неважно. Система Вселенной оказалась несовершенной, подверженной внешнему влиянию и, более того, тому, что вы называете эмоциями.

– Это ты к чему?

– Ну как к чему? Наша война с вами – большая и фатальная ошибка. Мы же не восстанавливаемся. Живём вечно, да, но если погибаем, то навсегда. У нас нет потомства, как у людей. А мы стольких Ава потеряли в этой войне с вами…

– Зная это, почему воевали?

– Даже ты, Иджи-человек, понимаешь пагубность этого шага. Почему не понял Зем – до сих пор остаётся для меня загадкой.

– Для меня это загадка тем более, – ответил Пётр.

Солас смотрел своим энергетическим взглядом на Петра, ещё раз оценивая его. На первый взгляд слабое, никчёмное существо, но его внутренняя сила заставляла смотреть на него иначе – как на потенциального спасителя Вселенной и его народа. Ему предстоит пройти долгий путь, пока он обретёт реальную силу, но потенциал велик, и он решил закончить начатое.