Время линкоров (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 33

Все дело в том, что крупные по водоизмещению русские эсминцы и минные крейсера впервые стали истреблять вражеские миноносцы, поведя на них целенаправленную «охоту». А те и отбиться не могли, имея четырех и трехдюймовые пушки против русских 120 мм, причем на эсминцах таковых было два, реже три, а на минных крейсерах по пять таких стволов. К тому же за ними были в прикрытии малые крейсера — «Новик» и оба «камушка».

Все вражеские крейсера давно держались на порядочном отдалении от ведущегося не на жизнь, а на смерть, сражения. Более сильные русские «шеститысячники» и особенно «витязи», имеющие благодаря турбинам высокий ход. Семь крейсеров это много против четырех, причем более слабых, а броненосных крейсеров для поддержки у японцев уже не осталось — всех «асамоидов» потопили на пару «Рюрик» с «Георгием Победоносцем».

— Микаса' отходит со своими броненосцами, Степан Осипович! И линкоры пытаются уйти, да и «Сацума» отвернул к югу!

— А что им остается делать, Михаил Павлович? Драться до последнего снаряда, когда у нас большое численное превосходство? Перетопим же всех, и Япония вообще без флота останется. А так хоть какой-то шанс остается, если англичане все же решат с нами воевать. Так что будем преследовать неприятеля, и добивать всех «подранков», как это Миклуха делает!

Действительно, за «Микасой» отходили только три броненосца, а вот бывший когда-то трехтрубным, а сейчас с единственной оставшейся трубой «Сикисима», был окружен подошедшими броненосцами береговой обороны, за которыми поджидали удобного момента для начала атаки миноносцы. А четыре вражеских броненосца уходили, преследуемые пятью русскими — к дивизии Матусевича присоединился «Три святителя».

За «Сацумой» последовали только «Касима» и «Катори», и четыре русских броненосца — перестрелка между ними продолжалась с прежним ожесточением, ничуть не ослабевающим. «Ниссин» и «Касуга» отставали, по ним стреляли «Ретвизан», «Севастополь» и «Сисой Великий», причем флагман уже перекрыл путь к зюйду, и этот маневробрекал два вражеских броненосца на последующее уничтожение, ведь к ним направился еще и «Ростислав». Так что против четырех противников они долго не выстоят — слишком велико превосходство в силах.

Также вышли из боя вражеские линкоры — «Кавачи» и «Сетсу» смогли вырваться из сражения, за ними гнались «Рюрик» и «Георгий». «Аки» отставал — этому броненосцу крепко досталось в бою, его девятидюймовая броня плохо защищала от длинноствольных германских пушек. Корабль горел, принял много воды, полз на десяти узлах, но продолжал упрямо сражаться сразу с двумя русскими линкорами. Впрочем, вряд ли это продлится долго — противостоять тот не сможет, и скорее всего, скоро будет добит миноносцами, что уже направлялись к поверженному исполину.

— Отправьте радио Шульцу — пусть немедленно идет со своими линкорами за Эссеном! Есть шанс догнать — потеря еще одного линкора станет для японцев катастрофичной! «Полтаве» с «императорами» заняться «Аки». Он от них никуда не уйдет, уже «ползает». А мы дальше преследуем «Сацуму», Михаил Павлович — нельзя отпускать этот отряд, когда есть возможность выбить хотя бы еще один броненосец.

Отдав приказ, Макаров бросил быстрый взгляд на север, разглядев в дымке уходящие к Мозампо «Громобоя» и «Коджона». После заделки повреждений, крейсерам нужно идти во Владивосток, и там встать на долгий ремонт — уж больно крепко их изуродовали. Зато броненосцы «Курама» и «Ибуки» уже затонули — первый от полученных повреждений, второй «милосердно» добит торпедой. И японцев, в отличие от пошлых сражений, никто не спасал — высадка в Приморье показала, что гуманным отношением к русским те не обременены. К тому формально нет никаких претензий даже у англичан — никто не спасает вражеские команды, пока не окончен бой. Так что как аукнется, так и откликнется, жалеть самураев никто не станет.

— Теперь мы их все десанты передавим, как крыс — без снабжения они долго не продержаться. А помочь Объединенный флот не сможет, мы его тут крепко потрепали — два уже на дне, и четверо туда же отправятся…

— Скорее всего, пятеро, а то и все семеро, Степан Осипович, Шульц сюда направился с «Гангутом» и «Андреем Первозванным». Радио сейчас получено — на линкорах поломки в машинах, ход 17 узлов держать не смогут.

— Ну, раз так, пусть линкоры Михаила Федоровича заходят в «голову» — вшестером троих избивать куда сподручнее, не думаю, что бой затянется…

Греческий броненосный крейсер «Георгий Аверофф» построенный на итальянской верфи в 1911 году один из немногих кораблей доживших до наших дней вместе с американским и русским крейсерами «Олимпия» и «Аврора», японским броненосцем «Микаса». Этот корабль принимал участие в четырех войнах, не считая гражданской междоусобицы. Но его «звездный час» в самой первой — с турками в 1912 году — противостоять ему старые германские броненосцы, поднявшие турецкие флаги, не смогли…

Часть третья

«КАЖДОМУ СВОЕ» май — июль 1912 года

Глава 29

— Ни один броненосец не устоит, когда его вот так расстреливают линкоры — слишком несоразмерными являются залпы. Так что, Михаил Павлович, мы с вами стали свидетелями прихода иного времени, где на морях будут безраздельно царствовать линейные корабли.

Степан Осипович уже не мог с деланным хладнокровием смотреть как тяжелые снаряды в четыре центнера весом, буквально сокрушают «Сацуму». «Гангут» и «Андрей Первозванный» чередовали залпы, а с дистанции меньше пятнадцати кабельтовых промахов у них практически не было. «Касима» и «Катори» еще отбивались, упорно пробиваясь к скалистым берегам острова Цусима, их обложили с двух сторон четыре броненосца, что шли за флагманским «Цесаревичем». Это был уже не бой, который шел несколько часов раньше — натуральное избиение, японцев никто не жалел, дорогой ценой была оплачена эта победа. И в тоже время адмирал отчетливо представлял, что произойдет с русским флотом, когда придется вот так сойтись с британскими линкорами. А такое столкновение неизбежно, перед выходом в море пришла шифрованная телеграмма из столицы с предупреждением о возможности скорой войны, в самое ближайшее время, с Англией.

— Зато если броненосцев много, они вполне могут и линкор растерзать. Посмотрите на отряд контр-адмирала Миклухи, Степан Осипович, это ведь вполне допустимая аллегория.

Адмирал посмотрел, там действительно шло самое настоящее сражение — «Сикисима» упорно шел к Цусиме, а вокруг корабля водоизмещением в 15 тысяч тонн, как на охоте на медведя с собаками, крутились маленькие, чуть больше четырех тысяч тонн броненосцы береговой обороны. И бой уже шел с их явным преимуществом — только лишь одна 305 мм пушка из кормовой башни вражеского корабля продолжала время от времени стрелять, и ее поддерживали лишь несколько шестидюймовых орудий, три или четыре.

И тут неожиданно произошло ужасное — как медведь на охоте цепляет когтистой лапой собаку, нанося той смертельную рану, так и сейчас двенадцатидюймовая пушка выстрелила по приблизившемуся на пятнадцать кабельтовых корейскому броненосцу береговой обороны. Германские корабли славились своей защитой, но броня была сталежелезной «компаунд», так как построены корабли были двадцать лет тому назад, дистанция самой короткой, бортовая барбетная установка 24 см пушки слишком уязвимой — страшный внутренний взрыв разрушил броненосец, лишь недолго поплававший под корейским флагом. Но оставшиеся четыре кораблика словно не заметили потери «сослуживца», и еще больше приблизились — взрывы на японском броненосце теперь следовали один за другим, по нему ведь могло стрелять до дюжины крупнокалиберных орудий.

— Ну да, в нашем народе так и говорят — артелью сподручно и батьку бить, — усмехнулся Степан Осипович, и неожиданно жестко произнес: