Время линкоров (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 15

— А ведь Шенснович первым заметил бедственное положение великого князя, надеюсь, что жив, и не ранен — флаг не спущен. Тогда…

Макаров задумался — «Ретвизан» и три «инока» слабее оставшихся четырех быстроходных броненосцев, а потому и там требовалось немедленное усиление, причем такое, чтобы не только противостоять японским кораблям, но и постараться выбить хоть один из линии.

— Вице-адмирал Матусевич пусть ведет бой своими броненосцами, потому «Бородино» пусть остается в колоне — впятером справятся. А нам нужно присоединиться к Шенсновичу — вспомогательный калибр «Цесаревича» достаточно опасен для «цукуб». Так что поднимите сигнал — «иду к „Ретвизану“ на помощь» — Николай Александрович поймет правильно.

Приказ командующего сразу же стал выполняться — на броненосце переложили руль, и он плавно лег на циркуляцию, чтобы присоединиться ко 2-й дивизии, и там стать головным. В том что «Цукубе» придется плохо, он не сомневался — на «Цесаревиче» десятидюймовый броневой пояс, совершенно непробиваемый вражескими снарядами. В то же время как против его 305 мм и 203 мм орудий вражеский корабль долго противостоять не сможет — семь дюймов брони хороши для крейсера, но никак не для нормального броненосца. А «цукубы» просто возросшие по водоизмещению «асамоиды», на которых поставили новые башни главного калибра — вместо бесполезных 203 мм вполне могущественные 305 мм. Но защита осталась прежней, а опыт прошлой войны прямо указывал — затягивать бой с броненосцем для них грозит самыми печальными последствиями.

— Я сделал ошибку — нам на «Цесаревиче» следовало возглавить не 1-ю, а 3-ю дивизию, а «святителей» сразу отправить великому князю. Тогда была бы вполне сильная 2-я дивизия. И не отделять «императоров» — вместе с «Ростиславом» они бы вместе составили вполне сильный отряд, который и стал бы нашим резервом. Но кто же мог предположить, что у японцев окажутся в колонне два английских «формидейбла»⁈

Степан Осипович выругался, хотя был отнюдь не любителем «крепкого словца», но тут кроме ругани ничего не оставалось — два непонятно откуда взявшихся броненосца, которых «прошляпила» военно-морская разведка в Петербурге и крейсера Вирена здесь, смешали всю диспозицию. «Петропавловск» вышиблен в самом начале, получил несколько подводных пробоин, а с пластырем уже сражаться не сможет. И должен немедленно следовать в Дальний на ремонт — терять броненосец нельзя…

— Господи, «Сисой»…

— Спаси и сохрани рабов своих!

Броненосец «Сисой Великий» неожиданно вывалился из строя — крен на правый борт и дифферент на нос быстро росли, угрожающе быстро. Стало ясно, что переборка, не доходившая до верхней палубы, или не выдержала, либо ворвавшаяся через пробоины вода просто перехлестнула через нее. Корабль ведь строился двадцать лет тому назад, оконечности были не прикрыты броней, ведь тогда считали, что попадания крупнокалиберных снарядов будут единичные. Но теперь под градом фугасов небронированный в оконечностях борт превратился в решето, а так как броненосец не собирался выходить из строя, то врывавшаяся в него из всех пробоин вода и погубила корабль.

Степан Осипович только перекрестился, когда старый броненосец повалился на борт, как падает на землю смертельно раненый солдат — навзничь. И медленно, словно нехотя перевернулся — минуту над поверхностью моря возвышалось днище с крутящимися винтами.

Страшная для всех русских моряков картина, которая навсегда останется в памяти тех, кто ее видел. Но еще ужасней участь тех несчастных, кто оставался внутри корабля, и сейчас погибал вместе с ним — раненых в лазарете, комендоров в погребах, две сотни душ кочегаров и машинной команды, которые сейчас умирали в преисподней, в хлынувшей воде, в паре лопнувших труб и с взрывающимися котлами.

Прошлая война многому научила русских моряков, взаимовыручка у них была в крови. К месту трагедии сразу бросились старые дестройеры, что выполняли при дивизиях броненосцев роль посыльных судов — авизо. Так что многих выловят из воды, и передадут на «Алмаз» — бывшая яхта сейчас исполняла роль госпитального корабля как раз для таких случаев. А вооружение из семи 120 мм орудий позволяло отбиться от любых миноносцев, даже новых эсминцев, что попытаются пойти в торпедную атаку.

— «Три святителя» встал в линию, ваше высокопревосходительство! К «Петропавловску» подошли «Всадник» и «Гайдамак», с броненосца спустили вымпел царствующего Дома!

Степан Осипович напрягся — гибель великого князя в сражении была бы очень некстати. Вот кто не бездельник среди членов правящей династии, так это именно он, и моряк толковый и опытный. Но нет — трехцветный вымпел поднялся на мачте «Гайдамака», и новый минный крейсер отвалил от броненосца, который пополз на нескольких узлах к корейскому побережью, видимо, повреждения оказались серьезными. А к «Всаднику» присоединился малый крейсер «Боярин» в охранение, потому что с двух направлений подходили вражеские миноносцы, демонстрируя желание атаковать и добить торпедами беспомощный, еле ползущий по морю броненосец.

Но сделать это будет уже чертовски сложно — избегавшие боя «камушки» уже спешили на помощь, а на «Жемчуге» и «Изумруде» стояло по восемь 120 мм орудий, смертельно опасных для вражеских миноносцев. В сражении крейсеров они не принимали никакого участия — любой попавший 203 мм снаряд, или два-три 152 мм фугаса могли их начисто «выбить», превратить в потерявшего ход «калеку».

— «Севастополь» выходит из линии!

Молас на секунду потерял свое удивительное хладнокровие, начальник штаба не упускал из вида схватку 3-й дивизии с самыми мощными японскими броненосцами. А сам Степан Осипович смотрел на «Икому», по которой «Цесаревич» уже закончил пристрелку и открыл огонь полновесными залпами. И удачно — сразу накрытие одним восьмидюймовым снарядом.

— Передайте приказ 3-й дивизии — держаться! Скрипеть зубами, но продержаться, пока мы здесь не выбьем один из броненосцев, а Матусевич не покончит с «Сикисимой»! Немедленно радируйте Эссену — пусть выходит из боя, его линкоры нужны здесь! Оторвется легко — у него ход намного быстрее, успеет прибыть намного раньше! «Сацумы» надо подставить под огонь наших линкоров, иначе они всю 3-ю дивизию выбьют!

Русский ответ на «Лорда Нельсона» и «Сацуму» с «Дантоном» оказался и сильно запоздавшим, и абсолютно не нужным. Броненосцы «Андрей Первозванный» и «Император Павел I» были заложены еще до начала русско-японской войны, как улучшенные «Бородино» с заменой среднего калибра 152 мм на 203 мм орудия. Именно разрушительное воздействие этих снарядов при Цусиме заставило пересмотреть проект и полностью забронировать корабль именно для защиты от среднекалиберной артиллерии. И прими они участие в Цусимском бою, в нем стали бы идеальными участниками. Но они опоздали на семь лет, и к тому времени когда вошли в строй, уже являлись бесполезными, просто «мальчиками для битья»…

Глава 14

— Ваше превосходительство, а ведь мы их дожимаем! Дожимаем, Николай Оттович, еще немного и пузыри пускать будут! Посмотрите на «Такасаго», он ведь ход потерял!

Эссен только усмехнулся, искоса поглядывая на разгорячившегося Бахирева, которому горячая казацкая кровь ударила в голову. Он сам испытывал подобное состояние, но хладнокровие остзейских немцев всегда благотворно действовала на природную горячность.

— Не так сразу, Михаил Коронатович, на помощь «трехтрубники» подошли, а «нийтаки» хоть маленькие, но на каждом полдюжины шестидюймовых пушек. Так что теперь «витязам» отступить придется и немного подождать, пока мы «Ибуки» не разделаем. Тогда вражескими крейсерами «Георгий» займется — они от него не уйдут.

— Простите, Николай Оттович, что-то я разгорячился.

Бахирев опомнился от «мягкого» выговора, и принялся нарочито внимательно рассматривать вражеский броненосец, когда-то считавшийся быстроходным, а сейчас идущий на семнадцати узлах. Противостоять «Рюрику» этот «полулинейный крейсер», прозванный так газетчиками, не смог. Все же русский линейный крейсер был «настоящим», с ходом на пять узлов большим, и в полтора раза большим водоизмещением — а ведь все моряки знают, что чем крупнее корабль, тем больше на нем может быть пушек и толще броневые плиты. Так что вроде примерное равенство в весе бортового залпа сейчас не играло никакой роли — каждое из восьми 283 мм «Рюрика» отправляло во врага в минуту два увесистых 303 кг снаряда, в ответ получали только четыре двенадцатидюймовых 386 кг «подарка». И то, что японские 203 мм пушки со своих четырех стволов в минуты выстреливали тоже восемь 112 кг снарядов, лишь немного смягчало ситуацию для самураев — против 48 центнеров стали и взрывчатки самураи в горячке отправляли по русскому кораблю только 24 центнера — вдвое меньше. А сейчас ситуация стала для них прескверной — две башни, носовая двенадцатидюймовая и одна из бортовых восьмидюймовых были вышиблены. И за прошедшие четверть часа из них не сделали ни одного выстрела.