Дочки-матери - Дягилева Алина - Страница 11

– Мама, почему ты ушла от меня ночью?

Мама замолчала и посмотрела на нее виновато.

– Лис, милая, прости, пожалуйста. Мне так неудобно было спать вдвоем, все-таки у тебя односпальная кровать. У меня затекло все тело, никак нельзя было даже лечь на спину. Я посмотрела, что ты уже крепко уснула, и решила пойти спать к себе, потому что боялась, что не смогу уснуть в такой неудобной позе. Ну кто же знал, что именно сегодня тебе приснится такой страшный кошмар! Прости меня, не надо было мне уходить.

Мама продолжала виновато смотреть на Лису. Та снова опустила взгляд в тарелку и продолжила ковырять ее содержимое. Спустя минуту, так и не домучив кашу, Лиса спросила:

– Можно мне пойти погулять?

– Сейчас? – удивился папа, глядя на часы. – Но еще только полдевятого, все твои приятели еще, наверное, спят.

Об этом Лис не подумала, но все же ей невыносимо хотелось выйти из дома, поэтому, получив согласие родителей, она быстро умылась, оделась и выбежала на улицу. На улице действительно было очень безлюдно. Неспешно она дошла до магазина. Закоулок между магазином и вагончиком был пуст, поэтому Лис уселась на свободный ящик, на котором вчера сидел Марк, пока рассказывал ей свою ужасную историю. Она спрятала лицо в ладони. Прошло несколько минут. Она старалась ни о чем не думать, но в ушах звенели слова Марка, а перед глазами стояли картины прошлой ночи. Вдруг кто-то похлопал ее по плечу. Лис подскочила от неожиданности. Перед ней стояла Лила. Она изучающе взглянула на нее.

– Что, началось? – просто спросила она. Впервые Лиса смогла разглядеть отчетливую эмоцию на ее лице. На нем читалось искреннее сочувствие. Лис кивнула. Лила села напротив нее. Некоторое время девочки молчали. Потом Лила спросила:

– Ну… Ты как вообще?

Лиса посмотрела на нее, думая, как можно ответить на такой вопрос. Так и не придумав, она спросила в ответ:

– А как было у тебя в первый раз?

Теперь задумалась Лила.

– В первый раз? Сложно сказать. Видишь ли, мы обычно точно не знаем, когда бывает наш первый раз. Потому что оно начинается неочевидно. Сначала ты можешь даже и не понять, что происходит. Только потом, когда узнаешь, вдруг понимаешь, что все началось несколько раньше, чем ты думала.

На этих словах Лиса чуть не вскрикнула от ужаса, но тут же закрыла рот руками.

– Ага, вот и ты вспомнила свой настоящий первый раз.

Лис медленно кивнула. В памяти пронеслись картины той ночи. Мамины ледяные пальцы под ее майкой. Ее ледяная улыбка. Палец, приложенный к губам, когда она выходила из ее комнаты. Тишина в коридоре после этого.

Девочки снова замолчали на несколько минут. Потом Лис снова спросила:

– И все же, как ты узнала наверняка?

Лила слегка нахмурилась, видно было, что ей неприятно говорить об этом, но все же она глубоко вздохнула и начала рассказывать:

– Мы переехали сюда полгода назад. Я и родители. Я смерть как не хотела здесь жить, не понравилось мне тут сразу. Но родители и слушать ничего не хотели. От города они устали, понимаешь. Мама фотограф, папа программист. Пандемия, все дела. Забрали меня из школы и на тебе. В общем, я бунтовала и ругалась, но они ни в какую. А потом… потом началось странное… – Лила замялась. – В общем, ребята мне довольно быстро рассказали, в чем дело. И я как-то сразу им поверила, потому что уже неделю или две все было очень странно. В тот вечер я пришла домой и устроила скандал. Я кричала, что мы должны уехать, что я сбегу, что покончу с собой, но все бесполезно. Тогда я сказала, что буду спать с ними. И стала спать с ними. Они сначала терпели, а потом нашли мне психолога. Онлайн! Представляешь, онлайн. Это мама настояла. Папа говорил, что это все блажь, и меня просто нужно строже воспитывать. Психологу я, конечно, ничего не рассказала, потому что она бы решила, что я сошла с ума.

Лила замолчала, чтобы перевести дух. Минуту спустя она продолжила:

– В общем, этот психолог сказала моим родителям, что я ими манипулирую. Что они больше не должны идти у меня на поводу. И тогда они сказали мне, что я должна снова спать в своей комнате. Я орала. Говорила, что вылезу в окно. Но они не передумали. Короче, я осталась одна в своей комнате. Тогда я решила, что если не выключать свет и вообще не ложиться спать, то, может быть, ничего и не случится. Я так и сделала. Сначала я просто сидела на кровати со включенным светом и тряслась от каждого шороха. Потом включила мультик на компе. Потом сериал. Потом меня стало очень сильно рубить, и я включила музыку. Когда почувствовала, что вот-вот усну, сделала погромче. Уже было очень поздно, конечно, часа два или три. И тут в комнату ворвался папа, злой как черт. Он орал, что у меня нет совести, что ему завтра рано вставать и работать, а я тут устроила дискотеку… Потом он схватил меня и швырнул на кровать… А потом… – Лила споткнулась на полуслове и замолчала, плотно сжав губы. Она крепко обхватила себя руками за плечи. – Знаешь, – продолжила она через некоторое время, – у нас тут как-то не принято рассказывать друг другу, как это бывает. Ну, это, типа, не то, чем хочется делиться с друзьями, – она усмехнулась.

Лиса кивнула. Ей и самой уже не очень-то хотелось услышать продолжение этой истории. Девочки снова сидели молча. Потом Лиса спросила:

– Ну, а что же теперь с этим делать? Ну, то есть, нельзя же так это и оставлять? Нужен какой-то план.

Лила посмотрела на нее с сочувствием и вздохнула.

– План? Какой тут может быть план. У них все продумано. Что бы ты ни сделала – ты в проигрыше.

Лис упрямо помотала головой.

– Нет, не может быть. Всегда можно найти выход. Нужно собраться всем вместе и все обговорить. Не может быть, чтобы не было решения.

Лила попинала ногой деревянный ящик, на котором сидела Лис.

– Знаешь, сколько мы всего об этом тут наговорили? Сколько идей обсудили? Ничего не выйдет. Смирись. Надейся лишь, что тебе удастся уговорить родителей уехать отсюда, а других шансов у тебя нет.

Лис смотрела на ее широко раскрытыми глазами. Как она может так легко сдаться? Она что, готова вот так вот жить дальше? Ну, она-то точно на такое не согласится.

– Так, дай мне номера всех, кого у меня еще нет. Я хочу собраться со всеми вместе! Сегодня днем, – сказала она тоном, не терпящим возражений.

Лила пожала плечами, достала телефон и продиктовала ей номера.

– Собраться, конечно, можно, чего не собраться. Мы каждый день тут все равно торчим.

– Тогда встречаемся на этом же месте после обеда, в час. Я сама всем напишу, и ты приходи. Обязательно.

Лис выжидающе смотрела на Лилу, пока та не кивнула.

– Окей. До встречи.

– Пока, – сказала Лис и быстрым шагом отправилась к дому.

Вернувшись домой, она быстро заглянула к родителям – папа работал в своем кабинете, мама слушала какой-то вебинар – и бегом поднялась в свою комнату. Войдя, прикрыла за собой дверь и в нерешительности остановилась. Неубранная кровать живо напомнила ей о событиях прошлой ночи, по телу тут же пробежал неприятный холодок. «Ничего, сейчас день, все в порядке», – сказала она сама себе и, глубоко вдохнув, направилась к столу, выдвинула ящик, достала дневник и села на стул.

Лис любила все раскладывать по полочкам – будь то вещи или мысли. Уборка в комнате всегда помогала ей успокоить чувства, а когда она сталкивалась с какой-то проблемой, ей обязательно нужно было изложить ее на бумаге, тогда решение приходило само собой. Поэтому Лис взяла в руки ручку и приготовилась писать.

Начать было непросто. Слова не приходили в голову. Она закрыла глаза и постаралась отпустить все мысли. Так ее научила делать мама. Она говорила, что, если слишком усердно думать о какой-то проблеме, разум зацикливается на ней и перестает видеть решения, альтернативы и общую картину. Нужно отпустить свои мысли, постараться ни о чем не думать, а вместо этого просто наблюдать за тем, что приходит тебе в голову. Тогда в какой-то момент обязательно придет прозрение.

С минуту посидев так, Лис, наконец, открыла глаза и начала писать. Слова Марка струились из-под ее шариковой ручки словно сами собой.