Голубка для князя (СИ) - Рэйн Ева - Страница 4

— Не желаю я, матушка, Ивручем править. Не по сердцу мне вперед брата бежать, негоже это и пред людьми, и пред Богами. Закон же есть, зачем его нарушать?

Княгиня только головой покачала, дивясь наивности сына.

— А понимаешь ли ты, сколько бед всему княжеству его правление принесет? Избаловали мы с мужем Вардея, хлипок он здоровьем был в детстве, от того и тряслись над ним, дозволяли все, чего захочет, лишь бы жив был. Не чаяли, что в зрелость войдет, а он вырос, да жаден стал. И жестокость в нем с годами все крепнет. Дворня от него стонет, скольких избил чуть не до смерти, девок скольких перепортил. Женили его на дочери сотника, думали, остепенится, а она еще хуже Вардея оказалась. Власти желает, сети плетет, совсем уж сыну моему голову заморочила. Ты ему престол отдать хочешь, а спроси себя — хоть единую слезу пролил он сегодня по старшему брату? Мертв Любомир, сгорел заживо вместе с женой и не рожденным сыном, а Вардею и дела нет. Теперь думай — хороший ли с него князь будет?

— Но… я… — Деян запнулся, обдумывая слова матери.

— Именно, что ты. Не смей отцу завтра перечить. Не готовили мы тебя для княжения, да токмо судьба так повернулась. И более того тебе молвлю — коли даже ты от престола откажешься, все равно не быть Вардею князем.

— А кто ж тогда править будет, матушка? — удивился Деян.

— Отправит Мстислав письмо великому князю, тот пришлет надежного человека. Это ты думаешь, что у отца твоего всего трое сыновей — ты, Любомир, да Вардей. А их четверо — Ивруч князю тот же сын, только ответственности за него у Мстислава больше, чем за всех вас. Понял ли ты меня, али еще объяснить?

— Понял, матушка… — Деян опустил голову, не решившись перечить.

— То-то же. Поди спать, и чтоб завтра из города ни ногой.

Глядя вслед удалявшемуся сыну, княгиня почувствовала, как на глаза снова набегают слезы. Смерть Любомира прожгла ей душу, и некуда было деваться от этой боли. Но в первую очередь она была не матерью, а княгиней — Варваре приходилось думать не о своих бедах, а о городе, которым она много лет правила вместе с Мстиславом. В каждом доме за пределами княжеского терема были живые люди, и их малые дети. Не повинны они, что она едва не тронулась умом, узнав, что потеряла своего первенца. И за их судьбы тоже придется нести ответственность, а значит — не бывать ее среднему сыну князем, иначе погубит он Ивруч, ослепленный жадностью своей и гневом.

Глава 2 «Охота»

На следующий день созвали вече.

Князь Мстислав поднял руку, призывая собравшихся замолчать. Его жест был истолкован верно — дружина, бояре и даже волхвы почтительно умолкли, хоть еще секунду назад говорили все разом, перебивая друг друга.

— Не о чем тут спорить, Вардею не место на престоле княжеском, и то — последнее мое слово. — тяжело молвил Мстислав, глядя в пол.

Старший из волхвов, Велемир, склонил голову, соглашаясь с решением правителя.

— Кого же наследником своим назовешь, княже?

— Деяна. Хоть и не готов он, а все — не велика беда. Добр Деян, в меру спокоен, разумен и люд простой не обидит. Пока был жив мой старший сын… — лицо Мстислава исказила гримаса боли, — не было необходимости возлагать на Деяна столь тяжкую ношу. Но теперь ему одному могу доверить Ивруч. Такова моя воля.

— Верно говоришь, княже! И нам Деян люб, его хотим князем видеть, заместо Вардея! Пусть и не по старшинству это, но и о народе подумать следует! — выступил вперед княжеский сотник Ужата.

Его поддержало множество голосов, и Мстислав понял — все. Обошла смута Ивруч, не станут ни бояре, ни волхвы препятствовать его решению. Быть Деяну князем, и точка.

— Коли решили, о сроках поговорить надобно… негоже это дело откладывать. И так разговоры пошли, что лишился Ивруч престолонаследника. Как бы вороги не прознали, да не попытались напасть, надеясь, что горе ослабило дом княжеский. Или пока великий князь своих людей не прислал, заместо Деяна. Нельзя Ивруч пришлому чужаку отдавать — не будет он так о городе радеть, как сын Мстислава! — снова взял слово Велемир.

Но Мстислав лишь тяжело качнул головой.

— Мал Деян и не обучен. Да и прежде чем на княжение сажать, женить его надобно. Князь семьей силен, наследник ему нужен, чтобы власть сохранить. Только уж не погневитесь, не могу достойную невесту сыскать… боюсь, кабы не вышло, как с Мазырей.

Бояре разволновались, снова наперебой начав называть имена подходящих, по их мнению, девиц, и конечно, каждый желал выгоду свою не упустить, предлагая женить младшего княжича на девушках своего рода. Кто ж упустит возможность с самим князем породниться…

— Тихооооо! — раздался властный голос Велемира.

Собравшиеся снова примолкли, сердито глядя друг на друга.

— Непростая судьба у княжича Деяна. Есть у него уже суженая, от которой ему не скрыться-не спрятаться. И коли он на другой женится, погибнет Ивруч в огне, и род княжеский прервется.

Двое других волхвов согласно качнули головами, подтверждая его слова. По рядам присутствовавших пролетел разочарованный вздох.

— Ну и кто ж она, эта суженая? — Ужата с интересом уставился на волхва.

— Ответа от Богов требуешь, невежа? Смотри, кабы не укоротили они твой дерзкий язык. — тяжело молвил Велемир, и поклонившись князю, ушел, опираясь на посох.

— Ну, дела… — пожал плечами Ужата, повернувшись к Мстиславу, — Что делать-то будем, княже?

Мстислав вздрогнул, отвлекаясь от тяжких дум.

— С Велемиром я сам поговорю — то моя печаль, не ваша. Вечером тризна будет по Любомиру и Зоряне… а до того времени оставьте меня в покое.

Поднявшись с престола, Мстислав покинул терем, направившись к жене. Дружина и бояре проводили его сочувственными взглядами, но никто не осмелился сказать ни единого слова.

А пока князь торопился к Варваре, желая разделить горе с любимой женой, в избе сотника Ратибора шла не менее напряженная беседа. Мазыря, не поверившая в то, что Деян сдержит слово и откажется от престола, попрекала Вардея за глупость.

— Да сколько ж еще горя мне с тобой вынести придется, убожный? Тебе в уши водицы налей — ты и радуешься! Обманул тебя Деян, чтобы ты ждал да надеялся! А сам уже, поди — к князю побежал, вызнавать, когда ему власть над Ивручем отдадут!

Вардей зло скрипнул зубами, устав от причитаний Мазыри.

— Да что бы все воешь, дура баба! Не таков Деян, глуп он просто и мал летами — не понимает, блажной, что творит. Нравится ему жизнь вольная, и ни за что он от нее не откажется! Что б ты еще в людях-то понимала, толстогузая…

Последнюю фразу он добавил шепотом, так, чтобы жена точно ее не услышала. Но Мазыря пребывала в таком бешенстве, что Вардей мог и не стараться — стоило ему открыть рот, как она состроила презрительную гримасу и отвернулась к стене.

— Хватит мне зубы заговаривать. Чтоб нынче же вечером от него избавился. Не то… сказывала уж тебе, что будет. А коли думаешь, что князь меня не послушает — так я чрез батюшку ему все передам, вот!

Мелькнув подолом, Мазыря выбежала из комнаты, оставив мужа в состоянии, близком к слабому помешательству. Страх и лютая жажда власти, вкупе с давлением жены, делали свое дело — Вардей медленно, но верно сходил с ума.

— Проще и впрямь от Деяна избавиться… не то эта змеища меня самого со свету сживет. — прошептал он, решившись.

Хмурень-месяц в этом году выдался дивный — стояло благостное тепло, и дичи в лесах было много. Зная, что Деян и дня не может прожить без охоты, Вардей встал и вышел из дома, отправившись искать младшего брата. В его голове зрел отвратительный план…

Подойдя к княжескому терему, Вардей остановился посмотреть за ходом работы по восстановлению уничтоженных пожаром палат. Издалека заметил отца, обнимавшего за плечи безутешно рыдавшую княгиню, насторожился. На земле перед Мстиславом и Варварой лежали изуродованные огнем тела. Вардей остановился, оторопело глядя на эту картину — видеть труп брата так близко ему почему-то не хотелось. Но князь уже заметил его, и Вардею пришлось подойти.