Дело драконьей бабушки, или Верните мне Новый год! (СИ) - Миш Виктория - Страница 24

Что же говорить о моей драконьей ипостаси?.. Нет, она долго-долго не сможет принять её.

Лиза, Лиза… В какой момент ты стала для меня важна?

Простая попаданка, обычная девушка без каких-либо особых достоинств.

…Третий размер груди только прыщавый подросток типа Паскаля может посчитать за достоинство. Нет, я привык смотреть вглубь. Оценивать человека или мага по его душевным качествам.

И теперь забота о ее психическом состоянии перекрывает горячие желание догнать её и всё объяснить. Пусть побудет одна. Пусть смирится с тем, что видела.

А мы с Генрисом пока займемся двумя пострадавшими. Придётся вызвать доктора к Эльдоре и Паскалю, признаться в гибели бабушки. Непредвиденное нападение заставляет меня обнародовать свое горе.

Не дожидаясь вечера.

Я внимательно посмотрел на лежащих плашмя на кровати Паскаля и Эльдору. Да, дело скверное. Они не просто потеряли сознание. Возможно, их души потерялись в межпространственном вакууме.

Бабушка называла его «астралом».

***

И всё же, день накануне Чудогодия продолжал удивлять. Всё шло не как обычно. Я бы даже сказал, перевернулось с ног на голову.

Нашего семейного доктора Гроуэнса не было на месте. Генрис вернулся и доложил, что доктор уехал на все праздники к дальней родне. Пришлось прибегнуть к помощи совершенно незнакомого мне человека, доктора Лайнса. Он купил крохотную практику на другом конце города, и Генрис пропал на целых полтора часа, пока не привез высокопарного сухонького старичка в нашу гостиную.

-У меня к вам деликатное дело, - заложив руки за спину, я чинно бродил вокруг мягкого кресла, на котором восседал доктор. Благородные черты лица его вызывали доверие. Как и готовность быть посвященным в семейную драму. Я с порога так назвал нашу экстраординарную ситуацию, - Моя бабушка, княгиня Стравински, умерла сегодня утром. Моя сестра, Эльдора Боррэй, дочь лорда Боррэй, находится в бессознательном состоянии, как и мой помощник Паскаль Грин.

- С кого вы желали бы начать, лорд? – деловито спросил старичок, - Если с трупа вашей бабушки, то…

- Не с трупа! – поморщившись, перебил его я, - С живых. Генрис проведет вас, и я прошу вас сохранить конфиденциальность.

- Разумеется, лорд! – доктор Лайнс покачал головой, - Надо же, какие неприятности свалились на вашу семью в Чудогодие!

Не найдя, что ответить, я махнул в сторону подошедшего слуги. Генрис вежливо предложил последовать за ним в гостевую спальню, где на двух кроватях (пришлось для Эльдоры притащить еще одну) возлежали наши страдальцы.

Доктор подхватил свой увесистый саквояж и последовал за Генрисом.

Я сел писать отчет, но не мог отделаться от одной мысли.

«Шоколад». «Неделю назад мадам распорядилась купить фунт растолченных какао-бобов, и мадемуазель Эльдора самолично приготовила из них шоколад»…

Казалось бы, причем здесь шоколад? Я слышал, что перед смертью у пожилых иногда меняются привычки. Или это говорилось про женщин в положении?

И всё равно, меня беспокоила эта странность. Заказать какао-бобы, попросить приготовить внучку домашний шоколад… Очень непривычно, странно. Проще же купить!

… Когда отчет был готов и отправлен, я вспомнил еще одну деталь: Эльдора приехала вчера. А значит, она за неделю она дважды приезжала в особняк. Но почему не осталась погостить на неделю?

Вопросы… Одни вопросы.

Но я не тот, кто позволяет себе не находить ответы.

Доктор Лайнс сработал профессионально. При помощи своей целительной магии он вернул в тело душу Эльдоры, проверил её ментальное сознание, физические реакции и заявил, что с девушкой теперь всё в порядке. Она мало пострадала, почти не лишилась жизненных сил (к ее счастью, магии в девушке не было и нечисти было нечего высасывать), так что теперь она может быть допущена к обычным каждодневным обязанностям. Стоило избегать лишь быстрых танцев да конных прогулок.

С Паскалем дело обстояло хуже – паренек прилично потерял магической силы. Зеленая нечисть, явно вырвавшаяся из другого мира, почти выпила его до дна.

- Восстановление займет пару дней. Ему не стоит нервничать, - вынес вердикт доктор, получая от меня гонорар за визит, - Я зайду после праздников его проверить. В случае ухудшения состояния – посылайте за мной.

- Спасибо, доктор.

Я проводил Лайнса до входной двери, исподволь проверяя на подслушивающие заклинания, передачу слов и эмоций на расстояния. К моему большому облегчению, их не было, так что доктор не оказался подсадной уткой.

… Тем временем, мне во всем виделся подвох. Такое количество странных событий в собственном доме, с родными людьми вызывало жгучую злость. Я не смог обезопасить их. Себя!

Спасти бабушку…

Чем больше я думал обо всём этом, тем явственнее видел присутствие чужой злой воли. Кто-то вознамерился уничтожить меня и мою семью. Смешать с грязью и выставить на посмешище.

… Очень не вовремя пришло письмо от главы нашего ведомства «Драконы его Величества», герцога Кемирона Даригила. Он спрашивал, не сошел ли я с ума, и почему он видит (ага, тоже мне ясновидящий! Небось, призрачный Волстен панику наводит), что я закопался?

В своем ответе я постарался деликатно намекнуть ему, чтобы не вмешивался не в свое дело, а лучше бы занимался собственным расследованием.

На планерке у Волстена были все семеро. И всем нашлось дело. Так что же его побудило вмешаться в мое?

Наверное, Волстен попросил. Наш старый учитель, вечный страж на службе короля, отличался вредным характером, злопамятностью и въедливостью. А я, всё-таки, прислал не заключительный отчет, как ожидалось, а промежуточный: «Дело ведётся. Преступник ищется, заодно и трупы по округе собираем…»

Да, я сам понимал, что со стороны это выглядело не очень. И оттого, еще больше злился.

На себя.

***

Ужин отменять не стали. Всё-таки канун Чудогодия, светлое время! Чудеса и благие поступки должны раскрасить все неприятности, исправить ошибки этого трудного дня. Я ощущал волшебство момента, когда думал о вечере, и не мог не признать важного: бабушка была бы рада, если ее имя соединится в нашей памяти с чистым праздником Чудогодия.

Она родилась в канун его, и ушла в то же время.

Благородно и символично.

… Но всё равно, я не мог смириться с ее смертью.

Нет, не могла она уйти по собственной воле. Нет, никак не могла. Всё указывает на то, что ей помогли. Хитроумно подвели к грани жизни и толкнули в спину.

Но кто?

Эльдора?

Сестра заперлась в моей спальне, так как Лиза закрылась в её. Их противостояние было бы смешным в другой ситуации, а пока вызывает лишь раздражение.

Генрис доложил, что с боем вытащил из моего шкафа праздничный фрак. Эльдора вредничала и не хотела его впускать. Потом, нашла другой способ всем насолить: взяла одно из платьев бабушки. Дейра ушила его прямо на ней, чтобы сидело хорошо.

Когда перед сном она будет снимать его, платье порвётся. Слишком нежная ткань.

- Ваша попаданка заперлась в спальне мадемуазель Эльдоры. Мы можем выломить дверь, - безэмоционально предложил дворецкий, - Леди переживает за свои вещи.

- Лиза – не воровка! – резко осадил его я, - Ты должен понимать, что ей непросто. Она увидела и пережила за сутки столько, сколько… не каждый человек переживет за всю свою жизнь!

- Понимаю, господин, - Генрис поклонился, - Но где будете спать вы? В спальне княгини покоится пресветлая княгиня, в спальне мадемуазель Эльдоры…

- Хватит, Генрис! – я устало помассировал веки, - До ночи нужно еще дожить. Проследи, чтобы к ужину было всё готово. А если Лиза позовёт, то… пусть кто-нибудь из служанок поможет ей собраться.

- Привести её в надлежащий вид? – понятливо кивнул Генрис, - Я приставлю к ней Лидию.

- Хорошо, Генрис. До ужина я буду в библиотеке.

- Конечно, господин. Вам подать чай с печеньем?

- Будь так любезен. Можно и с бутербродами! - съехидничал я, - Пока я сам не превратился в привидение и не накинулся на кого-нибудь.