Призывая Луну (ЛП) - Каст Кристин - Страница 5

— Нет, всё не так, дядя Брэд. — Рен заправляет розовые пряди волос за ухо. — Это просто Ли.

Просто Ли? Чёрт.

Вот что губит поэтов — безответная любовь.

Я игнорирую ту часть моего мозга, которая напоминает мне, что моя любовь не может быть безответной, если Рен не замечает её, и обращаю внимание на магазины, которые начинают просыпаться вокруг нас. Через несколько дверей Алтон выходит из парикмахерской с рекламным щитом, предлагающим скидки на летние стрижки. Я киваю в молчаливом приветствии человеку, в кресле которого я вырос. Он останавливается на полпути к поклону, и линии, вырезанные на его тёмной коже, углубляются, когда он смотрит на меня.

Я вспоминаю состояние своих косичек, и теперь моя осанка становится такой же, как у Рен. Я беру её за руку и веду через улицу подальше от Алтона, но вред уже нанесён.

— У меня есть место в три! Записываю твоё имя! — кричит он. — Не могу позволить тебе ходить по всему городу с этим беспорядком на голове. Неужели в Нью-Йорке это считается красивым?

— Спасибо, Алтон. — Я машу ему и надеюсь, что он не напишет моим родителям.

— Спасибо? Парень, я должен брать с тебя вдвое больше. — Он поправляет свой джинсовый фартук вокруг толстой талии и возвращается в кирпичное здание магазина.

Рен мямлит последние слова и заканчивает звонок, обвивая руку вокруг моей. Клянусь, в моих костях пробегает заряд электричества. Если она не магическая, то кто тогда?

— Твои дяди в панике? — спрашиваю я, когда мы проходим мимо кофейни и пекарни «Бобы и Хлеба».

— Это ещё мягко сказано. Джоэл буквально кричал на заднем плане. Кричал. Я никогда не слышала, чтобы он повышал голос.

— А как насчёт того раза, когда ты— Я замолкаю, когда чёрный внедорожник проносится мимо. Я пытаюсь разглядеть водителя, но они мчатся через наш маленький город.

— Надеюсь, они возвращаются в Портленд. — Ворчание Рен заканчивается в тот момент, когда визжат шины, и машина делает разворот.

— Они не…

Она не успевает закончить фразу. Я знаю, о чём она думает, и ответ — да. Внедорожник едет прямо на нас.

Я прижимаю Рен к себе и веду её коротким путём в переулок между «Бобами и Хлебом» и «Оптикой доктора Вотта». Если это не грузовик с доставкой, то машине здесь делать нечего. Мы в безопасности.

Это не из-за тебя, напоминаю я своим напряжённым мышцам и магии, которая бурлит под кожей. Тем не менее, Рен и я молчим, и ей почти приходится бежать, чтобы не отставать от меня.

Гравий хрустит, когда внедорожник заезжает в переулок. Я не жду другого знака. Этот достаточно большой.

Я хватаю Рен за руку и бросаюсь к задней дороге в конце переулка, который разделяет Мейн-стрит и дома, тянув её за собой, как флаг. Мы подбегаем к забору, и я поднимаю Рен, прежде чем перелезть сам. Я приземляюсь на ноги и морщусь, когда шипы розовых кустов миссис Калли вонзаются мне в икры.

— Беги дальше, — рычу я, высвобождаясь из помятых кустов, за которые миссис Калли будет нас ругать до конца своих дней. — Добирайся до своего дома.

Я вижу блестящие чёрные рейлинги на крыше внедорожника через забор и не даю Рен шанса ответить, прежде чем почти тащу её через лужайку и калитку. Мы выходим на Уолнат Лейн и не сбавляем темп, петляя по кварталу, в котором я провёл всю свою жизнь до двух лет назад. Мы поворачиваем на Пекан Авеню, улицу Рен и мой любимый пирог, и кровь стынет в моих жилах.

Внедорожник стоит на подъездной дорожке у дома Рен.

Глава 3. Рен

Внедорожник пуст. Тяжело дыша, мы с Ли обходим его и направляемся к крыльцу.

— Что происходит? — шепчу я, в панике обращаясь к Ли.

— Я не знаю, но мне это не нравится, — отвечает он.

Я сжимаю кулаки, чтобы они не дрожали, когда мы поднимаемся по ступенькам на широкое переднее крыльцо, которым так гордится дядя Джоэл. Моё сердце колотится, словно отбойный молоток. Это слишком. Слишком много неизвестного. Слишком много изменений. Слишком много страха. Что, если мои дяди так разволновались из-за того, что я пропала на всю ночь, что вызвали какого-то частного детектива, чтобы найти меня? Почему? Это не имеет никакого смысла. Ничего из этого не имеет смысла.

Ли кладет свою тёплую руку мне на плечо и сжимает его. — Делай глубокие вдохи.

Я киваю и пытаюсь успокоить своё тело дыханием. Слышу глубокий, грохочущий голос дяди Брэда. Не могу разобрать, что он говорит, но слышу его тон.

— Он в бешенстве, — шепчу я Ли, держа руку на двери. — Тебе не обязательно заходить. Это не будет весело, даже без учёта того — я киваю в сторону странного внедорожника — что это вообще здесь делает.

— Я тебя не оставлю. — Ли касается моего плеча, и я оборачиваюсь, чтобы встретиться с его взглядом. Дверь распахивается, и перед нами стоит дядя Джоэл.

— О, заходите, — его голос полон сарказма, и он делает широкое жесты внутрь аккуратного, художественно оформленного дома, который стал для меня родным.

— Привет. — Я нахально улыбаюсь мужу дяди. — С днём рождения меня!

Когда он даже не пытается улыбнуться, я понимаю, что вляпалась по-крупному, и пробую другой подход.

— Дядя Джоэл. — Я понижаю голос и подхожу ближе к нему. — Почему возле нашего дома стоит этот подозрительный внедорожник?»

— Почему он подозрительный? — переспрашивает дядя Джоэл. Чем больше он раздражён, тем чаще отвечает вопросом на вопрос.

— Потому что он следил за нами, — говорит Ли.

— Ну, здравствуйте, мистер Янг. Взгляд дяди Джоэла скользит от ботинок Ли к его одежде, испачканной травой, и к его растрёпанным косам, и я замечаю, что в них всё ещё застряли листья. — Ты выглядишь необычно неопрятно. Полагаю, это результат того, что ты удерживал нашу Рен вне дома всю ночь.

— Дядя Джоэл, — объясняю я, — Ли не держал меня. Я держала его. Он помогал мне отмечать мой день рождения и—

— Рен Блисс Найтингейл, заходи сюда. Сейчас же. Голос дяди Брэда раздаётся из гостиной.

И да, это моё настоящее имя. Мои родители утверждали, что не курили травку, когда выбирали его. Никто им никогда не верил.

— Чёрт! — говорю я себе под нос, потому что дядя Брэд звучит ещё более раздражённо, чем Джоэл.

Ли подходит ближе и сжимает мою руку. — Они поймут, — говорит он мягко.

Я делаю шаг вперёд, но дядя Джоэл преграждает мне путь. В его взгляде больше нет раздражения, только беспокойство. — Подожди. Что-то случилось? Ты в порядке?

Мы с Ли обмениваемся быстрым взглядом, и он одобрительно кивает. — Да, — говорю я. — И да, думаю, что так, но это сложно.

Дядя Джоэл касается моей щеки. — Ну, мы разберёмся, что бы это ни было. Вместе. И с днём рождения, моя маленькая Рени.

Мне приходится несколько раз моргнуть, так как мои глаза наполняются слезами. Я хочу броситься в объятия дяди Джоэла и рассказать ему всё, но из гостиной доносится грохот незнакомого мужского голоса, и я вспоминаю про внедорожник. Я поднимаюсь на цыпочки и целую Джоэла в щёку. — Спасибо. — Затем, с Ли рядом, мы идём через прихожую в гостиную.

Гостиная уютно оформлена в аметистовых и бирюзовых тонах, с кремовыми акцентами. Диван и два широких кресла современные, но удобные. Свежие лилии в двух больших вазах в форме обнажённых мужских торсов наполняют комнату ароматом. Каменный камин — центр комнаты, но первым, что все замечают, являются книжные полки от пола до потолка, заполненные красивыми книгами и абстрактными статуэтками, которые дядя Джоэл называет произведениями искусства.

Сегодня я замечаю только мужчину, сидящего в бирюзовом кресле. Он старше, вероятно, около пятидесяти, но выглядит всё ещё в хорошей форме. Его костюм дорогой. Я знаю, потому что дядя Брэд сделал из меня эксперта по дорогим костюмам. У этого пожилого человека седая бородка. Мне никогда не нравились бородки. Его глаза поразительного орехового цвета, которые, кажется, пронзают меня насквозь. Я отвожу взгляд от него и смотрю на дядю Брэда.

— Простите, что заставила вас волноваться, — быстро говорю я.