Хозяйка лесопилки, или Забытая жена (СИ) - Хаард Дара - Страница 9

Я уже более-менее освоилась в круге. Частенько ходила с Линой на базар. Рассматривала поделки мастеровых, узнавал цены на еду, жилье, одежду, старалась прикинуть, как бы я жила, если вдруг была не замужем. Понимала, что пришлось бы идти на поденную работу. Это когда нанимаешься к кому-то, собирать урожай, платили копейки, но это лучше, чем ничего, тем более что кров и еду предоставляет наниматель. А там экономить и искать постоянную работу. Если рассчитывать, что живут тут поболее, чем на Земле, то накопить на собственный домишко под старость вполне реально…

Письма от Надима приходили все реже, сначала я не переживала, потому что он сказал, что скоро приедет, а вот сегодняшние разговоры за обязательным завтраком меня насторожили:

— Евочка такая умница, — щебетала Лариона Райсе, — Она так хорошо помогает Надиму на фабрике, я даже не могу представить, как бы он справился один.

— Ева Ашар, прекрасная девушка, — Райса брезгливо посмотрела на меня, и женщины переглянулись. Я, как всегда, завтракала с холодной миной. Могла бы отказаться от каждодневного лицезрения надоевших физиономий, но это как признать победу свекрови. Я не собиралась сидеть в своей спальне. Они пользуются моим приданным, так почему я должна прятаться и страдать в четырех стенах. Мое упущение, что я не спросила о карманных деньгах у Надима, но я была тогда так ошарашена всем, что не сообразила.

На карманные деньги меня надоумила Лина, когда мы ходили на базар, и она рассказывала, что отец Надима, Ларионе выделял хорошую сумму на «булавки». В письмах говорить о деньгах мне было как-то неудобно, там мы общались на отстранённые темы и просить деньги… было, как грязными сапогами пройтись по чистому полу.

Слова Ларионы о Еве, помогающей Надиму, меня насторожили, я тут же вспомнила, что в последних письмах он писал довольно кратко и мало. А слов о нашем будущем не было. Не пора ли сходить к законнику и спросить, на что я имею право, ведь когда я подписывала документы, то была под давлением мага и ничего не помню из того, что было написано в брачном договоре. Законники, почти все маги разума, это чтобы на их клиентов не оказывали давление, а тут я сама оказалась под давлением законника. Кричать об этом на всех углах или затаится и что-то предпринять…

— Ох, Райса, я так надеюсь, что Надим возьмётся я за ум и они станут, как мы хотели, с покойным мужем, хорошей парой, — свекровь театрально приложила к глазам белый платочек, хоть промокать там было нечего. Райса взглянула на меня искоса и довольно заулыбалась. Видимо, моя маска отстранённости треснула. А кто бы ни расстроился? Обидно, конечно, но пока мне не скажет об этом сам Надим, верить свекрови я не собиралась. Сегодня же напишу ему письмо, я решительно отодвинула от себя тарелку и встала.

В спину мне неслись два мерзких смешка. Лина шла следом и в спальне хмуро посмотрела на меня.

— Мне нужно к законнику.

— Это бесполезно, Анэнья, — женщина покачала головой, — законник в круге принадлежит семье.

— Ты думаешь, меня выкинут из дома без нечего?

— Господин Надим на такое не пойдет, — горячо заверила меня Лина, и я поняла, что тут она мне не помощница, женщина слишком привязана к Надиму, и даже ненависть к Еве, не заставит ее мне помогать против хозяина.

До вечера я много думала, украдкой собрала сумку с вещами, припрятала пару дорогих вещиц, несколько раз пыталась писать письмо, и тут же бросала. Я не знала, с чего начать, словно слова Ларионы, разорвали тут ниточку, что связывала меня с мужем.

А на следующий день приехала Ева.

Глава 6

Я как раз записывала по памяти цены на местном базаре, подсчитывала, сколько нужно на прожиточный минимум. Деньги тут были магические монеты, назывались краги. Каждая монетка имела печать имперского дома, который не подделать и свой номинал. Самой крупной была в тысячу крагов, самая малая — в два крага. За два крага можно было купить булочку с изюмом у торговки на улице. Нормально поесть за пятнадцать крагов. Одеться на один раз за триста крагов, в набор входила юбка, рубашка, жилет и обувь, простые сапоги. Когда мне пару раз удалось выторговать на базаре продукты подешевле, разницу Лина отдавала мне. И сейчас я подсчитала свои крохи, всего двадцать крагов. Смешно. Как раз в этот момент и приехала Ева.

Она ворвалась в дом, как в собственный, я услышала гомон даже из крыла слуг. Лариона так и не переселила меня в комнаты, которые были рядом со спальней Надима, а я не требовала, здесь на отшибе, было легче жить, без ее глаз. Как бы теперь не пожалеть. Я тоже решила выйти и посмотреть на бывшую невесту мужа. Не прятаться же теперь от нее.

Девушка была красива. Высокая, как все драконы, с синими глазами, рыжими, как пламя, волосами. Она обнималась с Ларионой, которая пускала слезу:

— Девочка моя, как же я рада, что ты меня навестила. А где же Надим?

— Тетушка, он приедет позже, решил заехать за подарками в круг Нусурам, вы же знаете, какие там базары, за день не обойдешь, а какой там выбор, глаза разбегаются, и не знаешь, что выбрать.

Она оторвалась от Ларионы и кивком поздоровалась с госпожой Райсой, не удосуживая приветственного слова, отчего учительница этикета густо покраснела. Пробежав взглядом по слугам, Ева остановила жгучий взгляд на мне. Я сразу поняла, что она ищет меня. Зрачок тут же стал узким, черты лица заострились, словно драконица прямо тут, обернется.

Надо сказать, что драконы редко меняли ипостась, в «кругах», это было запрещено, так как зверь опасен и человек может не совладать с ним, а ездить в специальные «круги», где драконы могут спокойно оборачиваться и летать, не всегда есть время. Так что постепенно для них становилось нормальным не выпускать зверя годами. Вследствие чего, характер почти у всех драконов был не сахар.

— Ах, тётушка, познакомь меня с женой Надима, я так хочу узнать ее поближе, — голос и взгляд не соответствовали и вводили меня в диссонанс.

Лариона фыркнула:

— Дорогая, эта дикарка не стоит твоей дружбы.

—Тетушка, — Ева посмотрела на свекровь большими невинными глазами, отчего та послушно улыбнулась и повернулась к Лине с приказом.

—Позови эту, — сказала она, не замечая, что я уже стою в дверях.

— Не нужно меня звать, — я взяла себя в руки и смело вышла в общую гостиную. Слуги были отосланы кивком головы, и сделала эта не Лариона, а Ева, словно показывая, «смотри, я тут хозяйка».

Наша встреча походила на знакомство двух хищников. И если Ева похожа на наглого, уверенного в себе монстра, то я на загнанного, но не сдающегося зверька, который, прежде чем умрет, немало кровушки попьет.

— Вот дорогая, — сморщилась Лариона, — Ее зовут Анэнья.

Мне приставлять Еву она не стала, не посчитаяла важным. Ева жадно пожирала меня взглядом, он блуждал от простых туфель, на небольшом каблучке, до макушки головы, где короной была уложена коса. За эти месяцы я хорошо отъелась и не походила на заморенного червяка. Из зеркала на меня по утрам смотрела вполне симпатичная девушка с зелеными, как листва, глазами, вьющимися темными волосами, с аккуратным носиком и пухлыми алыми губками. Я себе нравилась и была в восторге от миниатюрной фигурки и изящных ножек… Еве осмотр не понравился, но неудовольствие мелькнуло всего на секунду и тут же сменилось слащавой восторженностью. Не зря Лина говорила, что она змея, извивается и скользит, не показывая свое нутро.

— Я так рада знакомству, Анэнья, — девушка обняла меня за плечи, и я ощутила, как она вдыхает мой запах. Очень хотелось ее оттолкнуть, но я в который раз натянула на губы улыбку и позволила ей сделать вид, что мы обе рады знакомству. — Меня зовут Ева, я хорошая подруга твоего мужа.

— Ах, дорогая, не стоит тебе перед ней распинаться я надеюсь, Надим за это время пришёл в себя и понял, что лучше тебя жены ему не найти.

— Что вы, тетушка, — голос Евы на секунду обдал холодом так, что Лариона поежилась, — Я давно поняла, что нам с Надимом лучше остаться друзьями.