Перпендикулярность (СИ) - Любарская Анна - Страница 34

— Получилось⁈ — выдохнул Леша, приподнявшись на подушке, преодолевая мгновенное головокружение.

— Да. Аномалия исчезла. Процесс длился четыре дня. Ты не приходил в себя, заставил нас поволноваться. Но гипотеза, что ты очнешься, когда феномен перестанет существовать, только что подтвердилась.

— А вы записывали процесс исчезновения?

— Да, но это ведь не то же самое, что смотреть на нее из четвертого измерения во сне. Это выглядело наверняка не так впечатляюще и красиво. Я покажу тебе записи, позже, когда будем разбирать полеты. А сейчас откланяюсь. Тебе нужно восстановиться.

Роман Сергеевич помахал кофейным стаканчиком, и направился к выходу.

— Я хочу все знать, имею право! — крикнул Алексей вслед.

Тот, обернувшись в двери, серьезно пообещал:

— Не сомневайся, ты заслужил допуск. Но и ты, надеюсь, поделишься, как там все произошло, что чувствовал и видел. Нам еще предстоит поработать вместе.

Оставив Лешу раздумывать о том, что конкретно значит последняя фраза, Роман Сергеевич ушел. Ольга и Сергей еще похлопотали над ним, и тоже ушли. Мама осталась. Свернувшись клубком, он положил голову на ее ладонь и так заснул.

А утром проснулся оттого, что четыре лапы, несущие трехкилограммовый вес, встали ему на грудь, потоптались и, вздохнув, улеглись мягкой тушкой. Не веря счастью, Леша открыл глаза, приподнял голову, и ткнулся носом в лекошачью мордочку. Встретился глазами с завораживающим взглядом огромных изумрудных глаз.

— Дуська! — шепнул он, жмакнув ладонью по шерстяной жопке, — Фрикадель летающая, ты вернулась⁈

Та терпеливо вынесла неподобающее царственным особам обращение и зевнула на него, клацнув зубами в лицо. Без всяких намеков, просто зевота разобрала. Он сел, сграбастал лекошку вместе с крыльями, и, стараясь не придушить, сжал в объятиях. Та возмущенно мявкнула, но, понимая ситуацию, лизнула Лешу в нос.

— Ага, проснулся, — мама вошла в палату со стаканчиком кофе в руках, — А я вот, взбодриться захотела.

— Ты со мной всю ночь сидела? — с укоризной спросил Леша, — сама бы поспала…

— Ну что ты глупости говоришь, сына, я бы не смогла спать, — ответила мама, на бабушкин манер певуче растягивая слова, — Вот сегодня ночью уже отосплюсь. С папой связь через час, позавтракаешь пока?

— Да!

— Я скажу медсестре, — мама вышла, оставив их с Дусей наедине, чем Леша не преминул воспользоваться.

Опрокинул лекошку спиной и крыльями себе на колени. Та взметнула лапы кверху, в привычном игровом движении. Леша поинтересовался:

— Ты ведь тоже получила нейронный ключ? Только не смогла обработать, да?

Лекошка позволила почесать себе пузико, и снова мявкнула.

— Если бы ты могла говорить… — прошептал Леша, перебирая мягкие подушечки на лапах.

Дуся вздохнула.

Мама вернулась, и через пятнадцать минут Леша наслаждался завтраком. Пока она тихо разговаривала по телефону, видимо со своим начальником, он умял гречку с куриной котлетой, свежие овощи, и приступил к десерту: пирожному с кофе.

— Шоколада бы еще, — мечтательно прошептал он, думая, что мама не услышит.

Но она как раз закончила разговор, и удивленно подняла брови:

— Ты вроде не был сладкоежкой. Но Ольга предупредила, что тебе будет нужна глюкоза сверх обычного еще какое-то время. Ее все эти дни капельницей вводили, но видимо недостаточно.

Леша посмотрел на сгиб локтя, и правда, след от иглы. Дуся воспользовалась тем, что он отвлекся от нее, сползла с колен на кровать, и улеглась под боком, растянувшись во всю длину, и собрав крылья в полукупол.

— Очнулась сразу, как только аномалия исчезла, — сказала мама.

— Тебе уже рассказали все подробности?

— Да. Но я и без подробностей знаю о том, какой ты у нас молодец, — подошла и погладила его по щеке.

— Ну, мам, — капризно протянул Леша, — хватит уже этих нежностей, я про научное объяснение этого всего, — однако лицо не отодвинул, а наоборот, поверх ее ладони положил свою, и закрыл глаза. Когда еще он размякнет настолько, чтобы позволить маме гладить свое лицо?

Она рассмеялась и чуть более серьезным тоном ответила:

— Научное объяснение сейчас формируется, я уже приняла участие в нескольких совещаниях, на которых исследуются собранные данные и предъявляются гипотезы. Мы собираем все в кучу, анализируем, спорим, отсекаем лишнее и выстраиваем более-менее стройную теорию. Процесс пока идет. Но в любом случае, многие вопросы упираются в экзо-частицы, о происхождении которых науке до сих пор мало что известно. Немало вопросов и о последствиях.

— Последствиях?

— Мы сомневаемся, что такое событие в жизни нашей планеты и трехмерного пространства-времени пройдет бесследно. Пытаемся рассчитать возможные последствия существования перпендикулярного потока времени и супер-аномалии, чуть не ставшей черной дырой.

— Блин. А я думал, выключу ее, и на этом все.

Мама потрепала расстроенного Лешу по красным вихрам.

— Ты спас всех. Вообще — всех, понимаешь? А последствия… Мы узнаем, что с ними делать. Ты дал нам время на обретение этого знания.

Воспряв духом, он отвлекся на Дуську. Та даже не отбрыкивалась, явно соскучилась по играм и телячьим нежностям.

Вскоре привезли Ксюшу, и после обнимашек и тисканья брата вместе с лекошкой, она угомонилась, облюбовав диван напротив кровати. Так они и сидели: он в постели с Дуськой под боком, мама в кресле у окна и Ксюша на диване. А потом принесли планшет с гибким монитором. Наступило время разговора с папой. Сгрудившись вокруг Леши на кровати по бокам, они разговаривали вчетвером долго, минут сорок. Впервые сеанс связи длился столько в истории орбитальной группировки. Но и такой повод возник впервые.

Отец с трудом сдерживал слезы, а мама и Ксюша даже не пытались. Леша был единственным, кому хотелось смеяться, а не плакать. Зачем же плакать, думал он, когда так радостно и спокойно на душе?

На следующий день к нему приехали другие гости — Дима с Сашей, и Ника с младшим братом — Даней. Леше уже разрешили вставать, и они пошли гулять в парк, собирать осенние листья, сидеть в кафе, наслаждаясь десертами и кофе.

Димка радостно бузил и смеялся, Саша пыталась его приструнить, Ника подшучивала над Лешей чаще обычного, на что он слегка неуклюже шутил в ответ. А Даня с Ксюшей на другом конце стола о чем-то перешептывались. Время от времени в их разговоре проскальзывали математические термины, которых Леша не слышал даже в страшных снах. Зато Ксюша смотрела на Даню восхищенными глазами.

Улучив момент, Леша взглядом показал Нике на сестру, и поиграл бровями. Та рассмеялась, тут же зажав рот ладонью, и указала на безымянный палец правой руки. Мол — свадьба не за горами. Леша поднял глаза к потолку, вызвав у Ники новый приступ хиханек.

Вечером позвонила мама, не пытаясь скрыть радость:

— Леш, мы с папой говорили, его смогут заменить. Ради него сейчас готовят внеплановый запуск. Он будет с нами через неделю. Я даже попыталась отговорить, уже все спасены, зачем ему дергаться. А он сказал, что и так уже дерганный, куда дальше то, и хочет побыть с нами.

— Здорово! Мы же так соскучились!

— Нужно будет еще дедушкам и бабушкам позвонить. Предложить внепланово погостить. Кто-то приедет к нам, кого-то навестим мы. Обдумаем на досуге. Ладно, не буду тебя отвлекать. Позвоню завтра, обнимаю!

Леша положил смартфон на столик и задумался, улыбаясь, глядя в темноту за окном. По другую сторону стекла с шелестом облетали сухие листья на усилившемся ветру, верещала стайка школьниц, проходившая мимо больничного забора, возмущенно тявкала маленькая собачка, и трещали сороки, не поделив ветку.

Отойдя от окна, он устроился на диване, погрузившись в чтение с планшета. Потянуло на постапокалипсис, и роман «Бессонница» обещал не только увлекательную историю, но и сложные моральные выборы героя, живые характеры и жутковатую атмосферу. Для контраста, самое то.

Глава 21

Илья. 15 октября 2072

Синий или красный? Леша держал в левой руке синий лаковый комбинезончик, а в правой красный — из эко-кожи. Дуся ничем не помогала, делая вид, что это ее не касается. Выбрать предстояло самому.