Свет vs Тьма. Избранная (СИ) - Иванова Ольга Владимировна - Страница 48

— Ты хоть понимаешь, что можешь распрощаться со своей идеей стать Светлым? — Алина подалась вперед и, положив локти на стол, прямо посмотрела на Никиту. На этот раз ее тон был серьезен, без малейшего намека на сарказм. — Тьма не хочет отпускать тебя… Признай это и смирись.

— Ни за что, — разделяя каждое слово, проговорил Никита в ответ. — Мне все равно, кто там что считает. Мне плевать, что считаешь ты. Главное, я знаю, кто я есть на самом деле и чего я хочу.

«А теперь, — добавил он мысленно, — когда Аня стала тоже Светлой, я хочу этого еще больше».

— Тогда почему твой сигнум говорит об обратном? — не унималась Алина.

— А что с моим сигнумом? Он снова нейтрален, — Никита показал свое запястье.

— Да, но только ты не знаешь, когда Тьма захочет вернуться… Да признай же ты наконец, что сглупил, когда решил принять сторону Света! Темному стать Светлым почти нереально! Вспомни, когда и кому последнему это удавалось?.. Кажется, в сорок третьем году?

— В 1944. Немец Герман Абель.

— Да, точно, он отказался работать внутри СС. А потом еще четыре года ждал, пока его сигнум станет светлым. Заметь, с тех пор Темных, перешедших к Свету больше не было.

— Просто больше никто и не пытался, — возразил Никита.

— Ну как же? А та Темная… Хотя, нет, — поправилась тут же Алина. — Она же умерла, так и не став Светлой. Кстати, ты знаешь, что она и являлась матерью твоей Ани?.. Да-да, — заметив, как изменился в лице Никита, оживилась она, — я о той старой скандальной истории про шашни между Светлым и Темной… Это и есть родители нашей Избранной девочки.

Никита, услышав эти откровения, был настолько ошеломлен, что даже не нашелся что ответить. Так вот почему к Ане было столь пристальное внимание с обеих сторон… Она — ребенок Темной и Светлого. Того самого Светлого, уборщика из школы, который так повлиял на выбранный им, Никитой, путь…

— А как Аня это восприняла? — спросил он потом.

— Ой, да все хорошо с твоей Аней, я же сказала, — раздраженно ответила Алина, поднимаясь из-за стола. — Тем более что за ней хвостом ходит Власов… Пылинки с нее сдувает… Смотри, как бы не отбил ее у тебя… Ладно, заболталась я тут с тобой… Идти мне надо. Работать.

— А чего приходила-то? — усмехнулся Никита.

— Проведать тебя, баран упрямый. Все-таки не чужой мне… — бросила Темная, направляясь к выходу.

Потом, уже стоя в дверях, она внезапно произнесла:

— Сама не знаю зачем говорю это… Но… Она думает о тебе… И, кажется, переживает… — после чего, не оборачиваясь и не прощаясь, вышла вон.

После того как мы расстались с Власовым, домой я не пошла, а решила прогуляться по городу, благо что погода стояла солнечная, хоть и не жаркая. Я ходила по знакомым улицам, заглядывала в магазины, спустилась в метро и все время невольно ловила себя на мысли, что чувствую себя здесь, в окружении привычных вещей, чужеродным элементом. Только теперь ко мне начало приходить осознание, что Ани Скрябиной, той простой среднестатической девушки, которая работает обычным банковским служащим, больше нет. Есть же некий адъютор Света, которого мне еще придется узнать и принять, стать с ним одним целым.

— Анька! — внезапно окликнул меня родной голос.

Я обернулась, и мой взгляд тут же выхватил из толпы рыжую взъерошенную шевелюру, а еще через мгновения сам ее обладатель уже бежал мне навстречу, расталкивая зазевавшихся прохожих.

— Что ты делаешь в метро? Ты уже вернулась? Почему не позвонила? — выстреливал он один за другим вопросы еще на подходе ко мне.

Я же просто стояла и смотрела на него со счастливой улыбкой. Нет, я ошиблась. Все-таки осталась одна ниточка, которая связывала и всегда будет связывать меня с этим миром. Это мой друг Данила. И для него я всегда буду той самой Анькой, с которой он играл в песочнице, танцевал на выпускном балу и делился своими любовными похождениями.

— Эй, ты чего плачешь? — Даник уже стоя около меня и тревожно заглядывал в глаза.

Плачу? Я дотронулась до своей щеки и ощутила на ней влажную дорожку. И правда, плачу… Сама не заметила, как…

— Просто рада тебя видеть, — прошептала я и крепко обняла его.

— Первый раз вижу тебя плачущей от радости, — ухмыльнулся тот и тоже крепко прижал меня к себе. — Ладно, пойдем отсюда… Нечего на людях слезы лить…

Мы вышли на улицу, и Даник сразу затащил меня в ближайшую забегаловку, где взял нам по чашке кофе и пирожку.

— Вообще-то я недавно обедала, — улыбнулась я, разворачивая выпечку.

— А-а-а, — потянул Данила, одним махом откусывая пол своего пирожка и запивая кофе. — А в метро чего делала?

— Гуляла… — пожала я плечами. — Решила проехать несколько остановок.

— Давно вернулась?

— Вчера.

— А позвонить нельзя было?

— Извини, я собиралась сделать это сегодня…

— Короче, — Даник дожевал последний кусок пирожка и отряхнул руки, — выкладывай. Что там у тебя стряслось? Не надо делать из меня идиота и рассказывать, как ты рада меня видеть, аж до слез…

Он был прав: обманывать было бесполезно. Мы слишком хорошо знали друг друга. Поэтому я честно ответила:

— Я не могу тебе обо всем рассказать. Во всяком случае пока… Но не волнуйся, со мной все в порядке. Правда.

— Влюбилась?

Я не сдержала улыбку… Все-таки Даник видит меня насквозь.

— И это тоже…

— Хоть достойная кандидатура? — деловито поинтересовался он.

— Да, — я продолжала улыбаться.

— Познакомишь как-нибудь?

— Обязательно…

— Смотри, если окажется какой-нибудь мудак… Набью ему морду.

— Не окажется… А у тебя как дела на личном фронте? — решила я перевести тему, а заодно и прощупать почву насчет его отношений с Алиной.

— Временное затишье, — ответил Данила, отбирая у меня так и не начатый пирожок и бесцеремонно отправляя его себе в рот. — Расстался недавно с Кариной…

— Кариной? — осторожно переспросила я. — А разве ее звали не Алина?.. Блондинка с голубыми глазами…

— Алина? Какая Алина? — непонимающе уставился на меня друг. — У меня никогда не было никаких Алин… Да и блондинок я не очень люблю… Что-то ты, мать, путаешь… Точно, у тебя что-то случилось, что память отшибло…

— Действительно, перепутала, наверное, — махнула рукой я и полезла в сумочку за внезапно растрезвонившимся телефоном.

Я напряженно замерла, увидев на экране «Власов».

— Да? — быстро подняла трубку.

— Анна Геннадьевна, — начал быстро тот. — Я только что был в Спецотделе… Мне удалось договориться о вашей встрече с Берниковым. Завтра утром.

Глава 18. Долгожданные встречи

Ночь я провела без сна, постоянно думая о предстоящем свидании с Никитой. Я так хотела его видеть, столько нужно было у него спросить и, конечно же, поддержать. А еще обнять, вновь почувствовать его тепло рядом, прижаться крепко-крепко к груди и сказать, как он дорог мне…

Встретиться с Власовым мы договорились в девять, но на ногах я уже была, лишь за окном начало светать. Солнце, как мне казалось, вставало медленно, будто нехотя, и я мысленно злилась на него и поторапливала. В ожидании оговоренного времени было выпито несколько чашек кофе, съедена целая плитка шоколада, перемерено с десяток нарядов, когда же Светлый адъютор позвонил мне сообщить, что он ждет меня у подъезда, я пулей вылетела из дома, едва не забыв запереть дверь.

Всю дорогу я находилась в нетерпеливом ожидании, то и дело ерзая на месте и невпопад отвечая на вопросы спутника.

— Вижу, вы уже освоились здесь, — с усмешкой прокомментировал он, когда я, опережая его, вошла в здание офиса, а потом сама нажала на кнопку вызова лифта. — Быстро, однако…

Я не удостоила его ответа и устремилась в кабину только что подошедшего лифта.

— Двадцать пятый, — напомнил Светлый, когда я задержала свой взгляд на панели с кнопками.

— Да, спасибо, — я нашла нужный этаж.

— Разрешите, я все-таки вас дальше сам поведу? — с легким нажимом проговорил Власов, когда я решила проявить самостоятельность и со следующим лифтом. — Боюсь, вы не знаете, где находится спецотдел…