Свет vs Тьма. Избранная (СИ) - Иванова Ольга Владимировна - Страница 31

Ох, если бы я знала, что мне предстоит общаться с Королевой, я бы надела на себя все самое лучшее и нарядное. Сейчас же, стоя перед этой царственной особой в джинсах и футболке, я ощущала себя самой настоящей замарашкой. Кроме того, Королева была необыкновенно красива. Ее светлые прямые волосы, распущенные по плечам, в свете сотен ламп отливали платиной. Лицо нежное и юное, с легким девичьим румянцем. Серо-зеленые глаза в обрамлении густых черных ресниц выражали ум и спокойствие. Голубой шелк платья струился по ее стройной фигуре, подчеркивая скрытую красоту мягких женских округлостей.

— Когда-то я тоже стояла здесь и также робела перед предыдущей Королевой, — с усмешкой проговорила она, минуя приветствия. — Но мне удалось занять ее место… — в голосе повелительницы фейри промелькнули нотки высокомерия. — Желаю и вам, Анна, добиться тех же успехов, что и я… А пока… Вверяю вас одному из самых достойных фейри Благого двора — лорду Арону О’Ши… Но с ним, думаю, вы уже знакомы…

После этих слов Королева попросту развернулась и молча удалилась. Вот тебе и встреча. А все так помпезно начиналось…

Я посмотрела на Арона, взглядом вопрошая, что мне делать дальше. Он мотнул головой, будто стряхивая с себя оцепенение, и подошел ко мне.

— Пойдемте, госпожа, я покажу выделенные вам комнаты, — легкий учтивый кивок, грациозный разворот — и я уже торопливо семеню за развевающимся плащом «лорда О’Ши», время от времени оглядываясь на своего телохранителя.

— Королева распорядилась отдать в ваше пользование весь второй этаж западной башни, — Арон чуть сбавил шаг, и мне удалось почти поравняться с ним. — У вас будет своя личная столовая, гостиная, две спальни — для вас и вашего телохранителя, будуар, купальня, отдельный выход в королевский парк… В услужение к вам поступают три горничные и повар. К ним вы можете обращаться с любой просьбой на протяжении всех двадцати четырех часов… Охранять вас будет отряд валькирий из восьми человек. Если заскучаете, можете всегда пригласить к себе музыканта, певца, поэта, танцовщицу, на ваше усмотрение…

Я слушала Арона и не могла до конца поверить, что все это действительно происходит со мной. Личные горничные? Повар? Будуар?.. Ох, я точно попала в сказку…

Но предоставленные «апартаменты» все же превзошли все мои ожидания: мраморные полы и колонны, стены, обитые самым настоящим шелком, столовая с большим круглым столом, будуар с зеркалом в золоченой раме и главное — немыслимых размеров кровать с балдахином. А еще вазы: большие и миниатюрные, с пышными цветочными букетами и одиночными изящными цветками — они были повсюду, оживляя интерьер и делая его еще изысканней и роскошней. Когда же Арон сказал:

— Не сочтите за дерзость, но у нас не принято ходить в современной человеческой одежде, поэтому мы приготовили для вас наряды, привычные нашему миру, — а потом показал мне гардеробную с целым рядом платьев, по красоте не уступающим тому, в котором была местная королева, и я не сдержала восхищенного вздоха.

Вот она — мечта девочек всех возрастов…

— Нет, все прекрасно, — пролепетала я, разглядывая это великолепие.

— Тогда, если не возражаете, попрошу вас переодеться и перейти в столовую, где вас будет ожидать ужин… Вас, господин, также надеемся увидеть за ужином, — Арон наконец обратился к моему телохранителю. — В своей спальне вы тоже найдете подобающую одежду…

— Благодарю, — коротко ответил тот.

— Госпожа Анна, я пришлю служанку, чтобы она помогла вам переодеться и причесаться, — сообщил потом фейри тоном, не терпящим возражения.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась я, понимая, что служанки — неотъемлемая часть подобного образа жизни, и придется с этим мириться, как бы неловко мне не было.

— Жду вас в столовой, — повторил Арон и, откланявшись, удалился.

Нет, ну что за дурацкие наряды у этих фейри? Никита с недовольством посмотрел на себя в зеркало. Высокие сапоги, неудобные узкие штаны, туника до колен, подпоясанная жестким кожаным ремнем, и длинный плащ с капюшоном. И все это неприемлемого для него фиолетового цвета. Хорошо еще, что не белого, как у этого Арона… Да уж, при других обстоятельствах он никогда бы не надел на себя ничего подобного.

Зато Аню вынужденная смена гардероба привела в восторг. Когда она вышла из своей спальни, то прямо светилась от счастья. Правда, что греха таить, легкое и воздушное, бледно-желтого цвета, платье фейри ей очень шло. А с завитыми локонами и необычно уложенными волосами она походила на настоящую принцессу.

— Отлично выглядишь, — только и смог выговорить Никита, мысленно злясь на себя, что так и не научился говорить женщинам комплименты и красивые слова. А Аня уж тем более заслуживает больше, чем это «отлично выглядишь».

Но она все равно сказала:

— Спасибо, — и так мило порозовела от смущения, что Никиту захлестнула волна нежности и еще того самого томящего чувства, которому он пока не хотел давать определения.

— Не за что, — зачем-то ответил Никита и вновь возненавидел себя за косноязычие.

— Ты, кстати, тоже ничего смотришься в этом костюме, — улыбнулась Аня, а после предложила: — Пойдем?..

— Да, конечно, — Никита предложил ей взять себя под руку, и они чинно проследовали в столовую.

Усевшись за стол и ожидая, пока слуги разольют вино и разнесут закуски, я с интересом рассматривала столовую. Особенно мой взгляд привлекали огромные картины, развешанные по периметру всей комнаты. На каждой из них были изображены прекрасные мужчины и женщины в той или иной обстановке.

— На этих полотнах запечатлена вся история нашего народа, — заметив мое любопытство, сказал Арон. — Если пожелаете, я могу подробней о них рассказать…

— С удовольствием послушаю, — улыбнулась я.

После моих слов Арон поднялся и прошествовал к портрету светловолосой девушки в короне.

— Это Медб — наша первая Королева и родоначальница всех фейри … Она была необычайно красива… Если ей на пути встречался человек, мужчина, то он влюблялся в нее без памяти и вскоре умирал от любовной тоски… Впрочем, все фейри обладают любовной магией, способной подчинить себе любого человека… Но Медб в этом не было равных…

— Здесь изображен момент раздела сущего мира на части, — фейри перешел к панорамной картине с несколькими персонажами. — Это случилось после долгой и кровопролитной войны между магическими расами, в результате которой наш народ был вынужден уйти в недра холмов Сид и жить обособленно…

Далее последовали портреты фейри-поэтов, музыкантов, охотников и воинов, что демонстрировало, насколько искусны и разносторонни представители этой волшебной расы. Так же я успела заметить, что все люди на портретах были стройными изящными блондинами.

— На этой картине изображен фейри, обучающий магии первых друидов… Здесь женщина-фейри участвует в сражении наравне с мужчинами… — Арон двигался вдоль стен, комментируя каждое художество, и, в конце концов, остановился у последнего, самого большого портрета, где были нарисованы двое мужчин: один в светлом плаще, другой в темном. — А тут запечатлен момент раскола между Благим и Неблагим Двором… — при этих словах на красивом лице Арона промелькнуло выражение неприязни.

— А в чем была причина раскола? — осмелилась спросить я.

— В мировоззрении, — коротко ответил фейри, возвращаясь за стол. — Дело в том, что когда-то над всеми фейри главенствовали два равноправных Двора, рода… Свое правление они делили по очереди, в зависимости от времени года. Благой Двор приходил к власти весной и летом. Видите ли, Благие всегда почитали красоту и свет, расцвет природы и саму жизнь… А осенью и зимой бразды правления на себя брал Неблагой Двор, превозносящий смерть над жизнью, а тьму над светом… Смена дворов происходила в определенные дни: 31 октября на праздник Самайн и 1 мая на Бельтейн… Но однажды Благой Двор отказался отдавать власть Неблагим, посчитав, что этому миру достаточно тьмы, зла и бесчинства… Неблагим, как бы они этого не противились, пришлось отступить… С тех пор в нашем мире царит вечная весна, а добро не дает пробиться даже ростку зла…