Небесный странник (СИ) - Бектурганов Алибек - Страница 150

А дальше началось что-то невообразимое! Энакин стрелял, Энакин уклонялся, Энакин взрывал противников пачками. Пилотам, должно быть, казалось, что путь к ангару они прокладывают не все вместе, а лишь только он сам.

В эфире даже можно было услышать обрывки ахреневающих с его манёвров диалогов между ними. По ним становилось ясно, что они вообще были не уверены, что их облётанные не одним часом истребители были способны и на половину от того, что демонстрировал он сам на такой же машинке.

Мальчик виртуозно укладывал габариты корабля в малейшие прорехи внешней обшивки Барышника, тем самым заставляя дроидов, следуя заложенным в них протоколам, не вести огонь по союзным целям, раз за разом откладывать выстрел. Этими его манёврами пользовались уже набуанцы, расстреливая внушительный хвост стервятников, что просто и тупо преследовал его по пятам.

Вскоре они пробились до нужного ангара, куда Энакин залетел, а вернее рухнул, с подбитым правым двигателем и усаженными в ноль щитами. Внутри его уже ждали несколько танков и огромное количество дроидов.

— Это вы явно не подумав сделали, — сказал он, резко уводя штурвал вправо и заставляя лежащую на полу ангара машину искря и скрепя металлом закрутиться вокруг своей оси.

Мгновение, и Энакин со всех сил обеими руками вдавил гашетку. Быстро совершая обороты, будто бешенная юла, и отправляя в разные стороны настоящий ливень из плазмы, всего за жалких секунд тридцать он избавился от противников, а затем, стянув с взмокшего лба шлем, радостно спросил притихшего свидетеля этих безумных манёвров:

— Готов захватить эту посудину?

— Би-бип, би-би! — с готовностью и энтузиазмом отозвался R2D2.

— Отлично! Пошли в… — сверившись с планом «Барышника», который ему ранее скинул на датапад заботливый дроид, мальчик продолжил, указав в сторону вентиляционной решетки. — Туда. Давай, друг, вскрывай решётку. Мы с тобой идём по сервисным тоннелям!

— Би-ип?

— Да, встреченных разумных разрешаю нейтрализовывать! — согласно кивнул Энакин. — Только чур, не летально!

— Би-и-и-ип!

— Нет, — качнул головой он. — Не летально — это не чтоб не дёргались и не улетали, а чтоб не помирали!

— Би-и-и-и-и… — грустно и разочаровано пронеслось по ангарам.

Бесконечные тоннели им пришлось преодолевать бегом, ведь с ним успел связаться командир эскадрильи N-1, чтобы предупредить, что их боезапас на исходе и они вынуждены отступить. Также он сообщил, что с ними связывалась мастер-джедай и передала, что лично его ждут просто незабываемые ощущения! Сглотнув вмиг ставшую вязкой слюну и предчувствуя взбучку, у Энакина зачесалась задница, как бы говоря, куда будут направлены «непередаваемые очучения».

— Я делаю это во славу демократии! — пафосно изрёк он фразу, что в Сенате всегда прокатывала для всех косячных сенаторов.

— А она — в силу преподавательского порыва, — с каким-то мстительным самодовольством ответил командир, но тут же подобрел и заботливо закончил. — В общем, береги себя, парень, и давай, выключи этих гадких дроидов!

— Мне ещё минут десять бежать до командного узла, — пыхтя, словно толстая банта, решил уточнить Энакин.

Всё же тоннели не были предназначены для подобного рода перемещений, пусть и его габариты были сравнимы с несколькими R2D2. Но кабелей и прочей плохо закреплённой атрибутики внутри было просто море, и все норовили попасться именно ему под ноги. У дроида таких проблем не было, тот просто их либо объезжал, либо просто проезжал по ним.

— Тогда, — чуть замедлился с ответом командир, — удачи там тебе!

Но это было излишне, ведь в этот день удача была на стороне именно обоих Скайуокеров.

* * *

Регион: среднее кольцо. Сектор: Чоммель. Система: Набу. Планета: Набу. Столица Тид. Сад Королевского Дворца.

Год: 2 РС/32 ДБЯ.

Мастер-джедай Шаак Ти.

Световой меч — ультимативное индивидуальное оружие во всей Галактике. Шаак Ти всегда так считала. Конечно, тогрута отдавала себе отчёт в том, что таким оно становится только в умелых руках джедаев и имеет свои ограничения. Оно не было массовым, то есть за один раз не могло погубить огромное количество живых и разумных галактов, но это, наоборот, делало его в её глазах ещё лучше. Ведь джедаи были защитниками мира и жизни, а не губителями, в отличие от ситхов, которые в один недобрый миг перестали быть персонажами страшных сказок и легенд и вернулись из небытия.

Только встретившись с матукай, она поняла, что ультимативность её оружия не просто имеет свои ограничения, но против по-настоящему умелых противников всё его плюсы нивелируются огромным опытом и выучкой, а также персональными умениями. Там, где раньше одним лёгким движением можно было легко победить своего врага, теперь приходилось изворачиваться как какой-нибудь акробатке из цирка на Корусанте. Шаак Ти прыгала как кузнечик, вертелась юлой, изгибалась как змея и вообще изгалялась так, как ей и в кошмарах не снилось, но даже выкладываясь на все сто десять процентов, не могла никак не то, чтобы задеть свою противницу, а вообще противопоставить ей что-либо действенное. В такую глухую оборону джедайку не заставлял уходить даже великий магистр Йода, а он был невероятно опасным и неприятным противником, никогда не дававшим послаблений или спуска на тренировках и спаррингах.

Но самое странное во всём этом было то, что ей это невероятным образом нравилось. Нравилось не то, что она испытывала трудности в поединке, и не то, что ей причиняли физическую боль, нет, тогрута не была мазохисткой. А вот то, что представительница Храма с каждой секундой чувствовала, что становится лучше, прогрессирует, это чувство приносило невероятное удовлетворение.

Осознание этого факта не сразу пришло к Шаак Ти. Оно появлялось постепенно, когда с каждым разом скорость боя и силы ударов темнокожей женщины увеличивались на незаметные, но такие ощутимые доли. Когда же оно полностью пришло, то это даже немного подстегнуло тогруту.

Сам прогресс выражался в том, что широкие замахи глефой или же уон-шеном, как его называли сами матукай, перестали быть эффективными против неё, больше не снося в сторону с одного удара. И пусть заслуг именно фехтовальных навыков в этом практически не было, но вот укрепление и напитка тела Силой улучшились в разы. Благодаря этому тело стало сильнее, быстрее и более стойким. Заметно ускорилась реакция, а некоторые вещи вообще стали выходить на одних инстинктах: широких дуговой удар сверху от противницы, и тело само, без осознания этого, на одних рефлексах, наполняется Силой, нога делает шаг в нужную сторону, а жёсткий блок становится мягче, чтобы не повредить кисти рук и связки на них от мощного столкновения.

И вроде нормально было, терпимо, если не хорошо, но вот слова: — «Готовь свою прелестную попку, краснокожая. За последнюю сотню лет ты первая, кто сумел довести меня до такого состояния», — показали ей, что всё только началось.

Чуть хрустнув шеей, Авада вновь осклабилась, показывая невероятно белые зубы, а в глазах было что-то дикое, первобытное. Не кровожадность, и не ярость со злостью, но что-то очень близкое. Такое, у какого другого одарённого, легко бы могло вызвать падение на Тёмную сторону, но вот в чём был нюанс, от противницы не несло той гнилью и мерзостью, как от забрака. Это было чем-то похоже на Эйдана, в котором также была сильна Тьма. Только если в мальчике она была успокаивающе холодной и тягучей, как вода, то вот в темнокожей женщине Тьма ощущалась невероятно горячей и бушующей, словно дикое пламя.

Ярко-зелёные глаза корунай засветились, привлекая к себе внимание, но Шаак Ти этим было не отвлечь. Её концентрация была настолько сильной, что она могла заметить даже все пылинки, что пролетали между ними. При этом отметить, что ничего опасного и важного в них нет, не отвлекаясь от противницы.