Любовь и оргазм - Лоуэн Александр - Страница 104

В поведении Лауры доминировала позитивная сторона двойственности проститутки. Вместо отрицания своей потребности любви, она принимала ее; она сознавала неизбежность поиска и обретения своей сексуальности; она принимала свою зависимость от мужчины, которого в то же время боялась и ненавидела. Ее неспособность достичь вагинальной кульминации была обусловлена неадекватными тазовыми движениями. Во время полового акта она выдвигала таз вперед, будто ребенок, который тянется к груди. Когда пенис входил во влагалище, она сжимала его, боясь потерять. Поскольку ноги и таз были ригидными, сексуальные движения осуществлялись неуверенно и вызывали ощущение незащиненности. Фиксированное положение выдвинутого вперед таза было настолько прочным, что дыхание женщины нарушалось. Она не могла пережить оргазм, потому что не могла «раскрепоститься», и не могла найти себе подходящего мужа, потому что была неспособна отказывать мужчинам.

В каждой женщине, которая была «папенькиной дочкой», скрыта проститутка; иными словами, каждая девочка интуитивно сознает, что у нее есть то, что может сделать мужчину счастливым. Глубоко в сознании у нее скрыта мысль, что ради этого мужчина может многое для нее сделать. Бессознательно сознавая, что женщина для мужчины является сексуальным объектом, она принимает этот факт. Реакция более взрослых женщин на поведение юной девушки часто бывает чрезмерной. Девушек ругательно называют проститутками или кем-то вроде этого, перед их отцами или перед мужчинами, проявившими к ним интерес. Большой вред наносит ребенку непомерное внимание, которое взрослые зачастую придают эксгибиционизму. Действия ребенка, связанные с этим явлением, – вполне естественное выражение женской сущности, женской природы, все это позже трансформируется в нормальное развитие, если, конечно, не нарушать его. Во многих отношениях Лаура вела себя со своими любовниками так же, как профессиональные проститутки со своим сутенером.

Отрицательная сторона двойственности тоже присутствовала в ее поведении, но редко проявлялась непосредственно. Ее призыв к любви содержал в себе разрушительный компонент. Прелесть ее глаз, соблазнительность манер была столь же смертоносна, как ловушка Венеры. Мужчине, попавшему в нее, предстояло быть «сожранным», психологически, конечно. Только «заглатывая» своих партнеров, она могла заполнить внутреннюю бессодержательность своего существа. Сколько бы мужчин у нее ни было, их никогда не хватало. Эта потребность не насыщалась, а любовникам оставалось лишь переживать чувство вины за свою неуклюжесть. В конце концов, она прогоняла их, как ничего не заслуживающих. Презрение к мужчинам тяготило ее. Лаура сказала: «Они не ведают, обретают ли что– нибудь в сексе или ничего не приобретают». На фрустрацию Лаура отвечала депрессией, которая заключала ее в темное облако и часто увлекала своим отчаянием и любовников.

Мужчины, которых привлекала внешность Лауры, искали в ней материнскую сущность. Мне пришлось лечить одного из ее любовников. Он искал покровительства матери, которая не слишком бы много требовала от него и была бы мягкой и отзывчивой. Лаура сулила именно это. Сама же Лаура нуждалась в покровительстве отца, который нравился бы ей, заботился бы о ней и любил бы ее. Они напоминали двух детей, играющих в игру, в которой они изображают, будто уже взрослые. Работать с ними было невозможно, и работа действительно не состоялась.

2. Сестринское отношение к мужчине вырастает из общности интересов и ощущения равенства. Оно отражает чувства девочки предпубертатного возраста к мальчикам ее возрастной группы, к их братьям и друзьям. Истинное сестринское чувство к мальчику или настоящее братское отношение к девочке подразумевает признание прав другого человека и его личности и принятие его как представителя другого пола. Сестринские отношения, однако, в своей основе лишены сексуальности, поскольку это биологически определено латентным периодом, который продолжается с пяти-шести лет вплоть до поры взросления.

Многие девочки застывают на этом уровне развития личности. Однако это не препятствует их вступлению в брак или рождению детей. Застывание на сестринском уровне специфическим образом выстраивает их отношения с мужьями. Супружеские отношения выходят на первый план, а сексуальные отходят на второй, но, тем не менее, первые обеспечивают взаимную поддержку во внешнем мире. Мне пришлось лечить мужа и жену, которые состояли в таких отношениях. Они бросились ко мне, как два ребенка, долго бродившие по темному лесу, взявшись за руки, чтобы поддерживать друг друга и защищать. Действительно, каждый боялся остаться в одиночестве, и если кто-то из них собирался уйти из семьи, другой впадал в панику. Мужчине было тридцать лет, а женщине – двадцать шесть. До этого они уже состояли в браке.

Женщина в своих сестринских отношениях с сексуальным партнером осознает себя, прежде всего, как компаньонку и как его сподвижницу. Она стремится разделить его жизнь, быть на его стороне в борьбе, участвовать в обсуждении грядущих решений. Вроде бы ничего ложного в такой позиции нет. Затруднение возникает, когда мужчина настаивает на праве иметь свою собственную личную жизнь. Это рано или поздно происходит, и мужчина начинает ощущать, что позиция женщины ограничивает и связывает его. Женщина-сестра, если уж попытаться описать ее цель в данном случае, не бывает удовлетворена положением, при котором она остается «на вторых ролях». Ее желание быть незаменимой для мужа заставляет ее доказывать, что она превосходит его интеллектуально или в деловом отношении. Таким образом, она не только его компаньон и соратник, но и конкурент.

Нетрудно предвидеть проблемы, возникающие из таких отношений. Все общее, нет ничего личного. Каждое изменение настроения отражается на партнере. Секс не является страстью, но выступает как демонстрация единства интересов и как залог лояльности. После первого возбуждения, вызванного тем, что пал барьер инцеста, сексуальное чувство, как правило, быстро идет на спад. Женщина-сестра изначально сторонится секса и вступает в такие взаимоотношения, чтобы избежать появления чувства сексуальной вины.