Рыцарь Резервации (СИ) - Артемов Александр Александрович - Страница 63

— А ты шевели лапками, дорогуша! Новый хозяин вот-вот вернется, и все должно быть в лучшем виде!

Скоро по полу зашуршали щетки, заплескалась вода и застучали открываемые окна. Затем кто-то включил автомат-радиолу, и под бодрый напев «Аа, в Африке реки вот такой ширины!» усадьба начала просыпаться от векового сна.

Дело пошло!

— Тихо, Петрович! Слышишь⁈

И оба ушастика-охотника встали посреди рощи как вкопанные, а затем залегли. Руки сами собой потянулись к портупее с патронами.

Возможно, вот он — момент истины…

— Вот жеж громко живот у тебя урчит, дружище, — прошептал серошерстный Петрович спустя минуту. — Ничего!

Рыжий Козьма выдохнул. Они и так на нервах после вчерашнего «визита» Винни, а тут еще и некий хрен по фамилии Бездомный решил податься в бега.

Как гласили листовки, рассылаемые жандармерией: Степан Варфоломеевич Бездомный — опасный тип, бывший начальник поезда «Ураган», подозреваемый во множестве злоупотреблений. Нынче скрывается от закона где-то в этих лесах.

Награда за его голову: три тысячи рублей.

Особые приметы негодяя, сообщенные персоналом «Урагана»: рост выше среднего, тело пухлое, белое и рассыпчатое, с опаленным и полностью лысым лицом. Сам по себе туп, жаден, прожорлив, ради собственной выгоды пойдет на все. Характер прескверный, не женат.

Короче, особо опасный элемент, от которого лучше держаться подальше. Однако узнав о награде, Петрович с Козьмой и еще парочкой охочих парней из Таврино охотно взялись его изловить, как вдруг…

— Слышишь! — снова поднял палец Козьма, и они вновь залегли.

Минута напряженного ожидания ничего не дала, и парочка вновь поднялась на ноги.

— Тю, дурья твоя башка! — сплюнул Петрович. — Домой нам, видно, пора, скоро уж ужин. Черт с ним с этим…

— Да нет же! — зашипел на него Козьма, вновь уловив какой-то шум. — Со стороны барской усадьбы, неужто не слышишь?

— Врешь! — и Петрович в третий раз навострил волосатые уши.

Роща тонула в птичьих напевах, однако…

— А то и верно! — охнул Петрович, разглаживая усы. — Тихо… Кажись, про каких-то попугаев поют?

Не успел Козьма ответить, как послышались шаги. Оба ушастика тут же залегли за пенек. Ствол ружья Козьмы устремился в сторону звуков, револьвер Петровича тоже был наготове.

Кажется, впереди пролегала тропка, и именно оттуда слышался хруст веточек. Все ближе и ближе!

Та-а-ак… Это кто же бродит по лесу, да еще и пешком⁈ В окрестностях Амерзонии уже давно никто не отходит от Убежищ дальше километра без машины. А тут? Либо конченный псих, либо…

— Беглец! — улыбнулся Козьма в усы и снял ружье с предохранителя. — Сейчас дадим пуд соли в жирную задницу!

Вдруг между деревьями показалась тень.

Так-так-так! Этой тропкой уже давно мало кто ходил. Видать, совсем заплутал, бедолага!

Петрович взял негодяя на мушку. Вот-вот он покаже…

Никого! Что за диво⁈

— Добрый день, друзья, — вдруг раздался голос, и оба охотника подскочили на месте. Лишь случай уберег палец Козьмы от того, чтобы не дернуть спуск.

Они обернулись, и увидели перед собой высоченного мужчину в брючном костюме-тройке, плаще и с чемоданчиком. И снова лишь случай уберег Козьму, чтобы не огреть его прикладом.

Нет, по описанию не подходит. Совершенно другой типаж, да и где? В лесу⁈ Однако!

— Эта дорога ведет в Таврино? — спросил мужчина, коснувшись пальцем полей котелка.

— Д-да… — промычал Петрович, лихорадочно рассматривая странного типа, а затем указал направление деревни. — Вон, в той стороне. А вы…

— Благодарю покорно, — кивнул мужчина. — А если вы ищете здоровенного толстяка, который носится по округе в совершенно скотском виде, то мы с ним разминулись буквально десять минут назад.

— Кто? Где⁈

— Беглец, говорю. Жирный, злой и вонючий аки медведь. В той стороне, — указал незнакомец себе за спину и, поправив галстук, пошагал вперед. — Поспешите, а то ваш друг сам не свой. Как бы кого не загрыз…

И хмыкнув, странный мужчина удалился.

Охотники переглянулись и бегом направились к броневику. Сейчас загоним зайца!

Отбежав от «стоянки» метров двадцать, Козьма оглянулся. А этого типа и след простыл.

— Итак, следующий лот! — забасил распорядитель, перекрикивая гомон толпы. — Меч настоящего рыцаря-резервата!

Толпа затихла, и рядом с трибуной положили меч в ножнах. Самый обычный, пусть и рукоять у него отчего-то была довольно длинной.

Свиридову снова понесло — ее глаза плотоядно сверкнули.

— Она чего с ума сошла? — подняла бровь Метта. — Опять выложит кучу бабла за какую-то железку?

Судя по настрою Юлии Константиновны, да. И окружающие, видя ее прыть, даже не собирались противостоять магичке.

Интересно, а Вернер знает о том, куда она, очевидно, вкидывает деньги организации?

— Наверное, да, а иначе зачем ей эта броня и оружие? — заметила Метта.

— А стулья?

— Ну, тут уж может она из своих…

Я же пристальней присмотрелся к рукояти меча, и вдруг заметил на конце рукояти след от…

— Геометрики? — насторожилась Метта. — Там же паз для того, чтобы вставить в рукоять артефакт?

— Так сразу и не скажешь. Думаю, Юлия знает, что это…

Моя спутница переместилась к мечу и начала его внимательно рассматривать. Я же прищурился, чтобы ей было удобней.

Меч, несмотря на кажущуюся простоту, выглядел мастерски сделанным орудием резерваторского ремесла. Не слишком длинный, однако ширина клинка была как у тесака.

Самое оно, чтобы мочить монстров. Если он еще и зачарован…

— Но есть нюанс! — заговорил распорядитель, затем поднял меч и вынул его из ножен.

Хлоп! — и народ ахнул.

Клинка у меча не было. Вообще. Распорядитель крутил в руке пустую рукоять с гардой.

С задних рядов захихикали, однако мне смеяться совсем не хотелось. Нет, все не так просто с этой штуковиной… Иначе, зачем Свиридова так волнуется?

— Итак, — поднял молоточек распорядитель, — стартовая цена за рукоять с ножнами — триста рублей. Минимальный шаг — сто!

— Четыреста рублей! — крикнул я, подняв руку. Я опередил Свиридову на какое-то мгновение.

Смешки сразу затихли. Все обернулись на меня, и Юлия тоже. В ее взгляде мелькнуло недоумение, однако оно быстро испарилось.

— Так, четыреста рублей от юноши в пятом ряду! — крикнул распорядитель. — Четыреста рублей — раз! Кто больше?

Повисла тишина, и все посмотрели на Свиридову. Однако она только пожала плечами и уселась на свое место.

— Четыреста рублей — два!

Все по прежнему молчали и, очевидно, ждали реакции от Юлии. Ввязываться в схватку с членом ШИИРа уже боялись. Магичка же, как ни в чем ни бывало, закинула ногу на ногу и, подмигнув мне, расплылась в улыбке.

Молчание тянулось, и кажется, какой-то человек робко поднял руку, но потом быстро убрал.

— Четыреста рублей — три! Продано! — и распорядитель бахнул молотком по трибуне. — Рукоять с ножнами уходит молодому человеку в пятом ряду! Поздравляем!

Снова послышались смешки, но кое-кто даже захлопал.

Как ни крути, но рукоять с ножнами все же стоящая вещь — ее можно прикрутить к моему старому мечу, если Яр скажет, что с теми уже ничего не сделаешь.

Однако что-то мне подсказывало, что и с этим можно сотворить нечто интересное. Ведь паз для геометрики там явно не для красоты.

И еще момент, который меня интересовал: если бы Свиридова выкрикнула свою цену, она превышала бы заявленную стоимость вдвое или втрое? Или же в пятеро, если тут нашелся бы хрен, решивший посоревноваться?

Похоже, я помог ей вытащить эту явно ценную штуковину с аукциона с минимальными издержками. Осталось только узнать, в чем ее ценность.

— Это было странно, но интересно, — сказала Метта. — Одно могу сказать точно — туда действительно можно вставить специально подготовленный артефакт. Под слоем копоти виднеются следы от прохождения энергии.