Неистовый голод (ЛП) - Райт Сюзанна - Страница 48

Её лицо смягчилось от понимания.

— Я почти уверена, что Айрис упаковала его вещи и убрала к себе на чердак.

Клара встала, исчезла в кабинете, а затем быстро вернулась.

— Вот. Это ключ от её домика. Вы можете взять что-нибудь из его вещей на память. Айрис хотела бы этого, и он тоже.

Взяв ключ, Фрэнки кивнула.

— Спасибо.

— Мы с Кэмом подождём здесь, — сказала Лидия. — Для чего-то подобного тебе нужно уединение. Но, очевидно, у тебя не будет полного уединения — Трик пойдёт с тобой. Но я думаю, ты бы предпочла, чтобы он был там в любом случае.

Фрэнки улыбнулась.

— Ну, а как ещё я собираюсь доставать до верхних полок, отгонять пауков или поднимать тяжёлые коробки?

Фыркнув, Трик переплёл свои пальцы с её, а затем поднял её на ноги.

— Давай. Давай покончим с этим.

Клара последовала за ними к входной двери.

— О, Фрэнки, ты спрашивала о скульптуре. Только позже мне пришло в голову, что это могла быть твоя работа — особенно учитывая, что она несколько жутковатая. Ты поэтому спрашивала? — Когда Фрэнки кивнула, она сказала: — Так и думала. Ну, я поспрашивала вокруг, попыталась выяснить, кто это купил. Похоже, никто не знает.

Скрывая разочарование, Фрэнки одарила её благодарной улыбкой.

— Хорошо. Спасибо.

Выйдя на улицу, она заговорила с Триком.

— Может быть, Абигейл сможет отследить покупателя скульптуры. Я спрошу её.

— Хорошая идея. — Трик проводил её до внедорожника. — Ты уверена, что хочешь это сделать?

— Уверена.

— Хорошо. — Он открыл пассажирскую дверь. — Садись.

Несколько минут спустя они подъехали к домику Айрис. За исключением щебета птиц и шелеста листьев, было устрашающе тихо. Она бросила короткий взгляд на домик своего детства, прежде чем подойти к входной двери Айрис. Она отпёрла дверь, но Трик вошёл первым — этот защитный жест вызвал улыбку. Когда она вошла внутрь, брови приподнялись.

— Я удивлена, что никто не начал собирать её вещи.

Казалось, ничего не было убрано.

— Лидия хотела начать, но Клара ещё не готова — она хочет подождать несколько недель, — объяснил Трик. — Лидия согласилась дать ей время.

Он первым поднялся по лестнице и осмотрел потолок, пока не нашёл люк на чердак.

— Вот он. — Он достал складную лестницу. — Я пойду первым и проверю, устойчива ли лестница.

Фрэнки закатила глаза.

— Я думаю, со мной всё будет в порядке.

— Порадуй меня, — сказал он, взбираясь по деревянным перекладинам. Лестница лишь слегка покачивалась. Добравшись до верха, Трик оглядел чердак. Он проигнорировал лампу на шнурке. Будучи перевёртышами, они прекрасно видели в темноте.

— Краткое предупреждение: здесь не очень-то приятно пахнет.

— Я справлюсь с этим, — заверила Фрэнки. Но когда присоединилась к нему, то поднесла рукав к носу, поморщившись от запахов плесени, нафталина, затхлого воздуха и грибка. Её волчица скривила верхнюю губу в отвращении.

— Я не думаю, что здесь кто-то был какое-то время.

Лучи лунного света проникали сквозь единственное окно, освещая пылинки в воздухе.

— Моему волку не нравятся замкнутые пространства.

— Моей тоже.

Трик шагнул вперёд, но затем остановился, когда половица прогнулась у него под ногами.

— Давай не будем оставаться здесь слишком долго.

— Мне подходит.

Пыльные половицы скрипели, когда они шли, проходя мимо сундуков, застеленной простынями мебели, старого проигрывателя, детских игрушек и запечатанных коробок с этикетками. Вид колыбели в углу вызвал у неё улыбку.

Она обо что-то споткнулась и зашипела.

— Чёрт.

Посмотрев вниз, она поняла, что чуть не опрокинула картину, прислонённую к большому сундуку.

Присев на корточки, Трик внимательно рассмотрел её.

— Это похоже одна из работ Кристофера. Он любил рисовать пейзажи.

— Тогда, может быть, в этом сундуке его старые вещи, — задумчиво произнесла Фрэнки.

— Может быть. — Трик отодвинул картину. — Хочешь открыть сама?

— Да.

Присев на корточки, она открыла металлическую петлю и подняла тяжёлую крышку, поморщившись от громкого скрипа. Сундук затрясся, и воздух заволокло пылью. Она отвернулась, прикрывая нос.

— Чёрт.

— Эй, похоже, ты был прав.

Фрэнки снова повернулась к сундуку. На самом верху был портрет подростка Кристофера в рамке. Она мгновение смотрела на него, а затем осторожно поставила на пол. Она просмотрела другие предметы — там была одежда, книги, бейсбольные карточки, спортивные медали и…

— Красиво.

Она подняла цепочку. Сначала подвески выглядели как армейские жетоны. Но потом она поняла, что один из жетонов толще другого.

— Я думаю, это медальон.

— Открой.

Ногтем она вскрыла его. С обеих сторон были фотографии — Кэролайн и Фрэнки в детстве. С трудом сглотнув, она закрыла медальон и посмотрела на более тонкий жетон. На нём было выгравировано: «Лучшей паре, которого только может пожелать женщина. С днём рождения, Крис».

Когда она пошла, чтобы вернуть его в сундук, Трик мягко взял её запястье и сказал:

— Ты должна взять медальон.

Её брови приподнялись.

— Но…

— Твои родители хотели бы, чтобы он был у тебя точно так же, как и ты, если бы ситуация была обратной. Это что-то значило для них, так же, как и для тебя. Клара сказала, что ты можешь взять что-нибудь на память.

— Да, но это драгоценности. Выглядит дорого.

— Когда люди придут собирать вещи Айрис, они заберут и это. Многое из этого будет выброшено или передано на благотворительность. Лидия, вероятно, увидела бы это и сохранила, но потом всё равно отдала бы тебе. Никто не будет возражать, если ты возьмёшь.

Она скривила губы, растерявшись. Может, ей следует сначала спросить Лидию и…

Трик забрал его у неё и сунул в карман.

— Вот. Теперь я забрал его. Твоя совесть чиста.

Фрэнки тихо фыркнула от удовольствия.

— Если бы я не была занята, я бы арестовала тебя.

Она поднесла одну из рубашек Кристофера к носу. Сквозь запах несвежего хлопка чувствовался…

— Земляной мускус, тёмный шоколадный апельсин и… Кэролайн. Я помню этот запах. — По какой-то причине её глаза наполнились слезами. — Я не помнила её так отчётливо, как помню его. В этом нет смысла. У меня есть кое-что из её старых вещей.

— Да, но эти вещи, вероятно, принадлежали ей до того, как она соединилась с Кристофером, поэтому её запах на них будет немного отличаться. Ты узнала своих родителей только тогда, когда их запахи переплелись, — отметил он. Чёрт возьми, она не думала об этом с такой точки зрения. — Если бы ты нашла что-нибудь, принадлежавшее ей после того, как она соединилась с Кристофером, её запах запомнился бы тебе так же, как и его. — Трик бросил взгляд на рубашку. — Что ты чувствуешь, когда вдыхаешь его запах?

— Это заставляет меня чувствовать себя в безопасности и счастливой, — призналась она тихим голосом.

— До самого конца ты была в безопасности и счастлива.

— Некоторые думают, что Кристофер покончил собой, потому что не хотел жить без неё, но разве он всё равно не умер бы от разрыва связи?

— Верно. Но большинство считает, что он не мыслил ясно. Он действовал на эмоциях. Эмоции могут заставить совершать глупые поступки. Я всегда думал, что более вероятно, что он нажал на курок, потому что ненавидел себя за то, что сделал с твоей матерью, и просто не мог жить с этим больше — что он думал, что не заслуживает жить ни минутой дольше.

— Возможно.

Пыль защекотала ей горло, и она закашлялась.

— Готова идти?

— Да, готова. Она вернула всё в сундук, закрыла его, а затем выпрямилась. Потирая руки, чтобы стряхнуть пыль, она сказала: — Я рада, что сделала это.

Он слегка сжал её затылок.

— Хорошо.

Повернувшись, Трик пригнулся, стараясь не стукнуться головой о деревянную балку, а затем направился к лестнице.

— Подожди.

Он оглянулся через плечо.

— Что?

Но она не ответила. Она смотрела на огромную картонную коробку. Он подошёл к ней и увидел, что на боку коробки чёрным маркером было написано