Неистовый голод (ЛП) - Райт Сюзанна - Страница 35

Фрэнки почувствовала, как её губы изогнулись в улыбке. Этот волк нравился всем.

— На самом деле, я не могу винить его, что он почесал твои зудящие места.

Особенно учитывая, что Маркус сексуален.

Маркус рассмеялся.

— Спасибо. Значит, между нами ничего странного не будет? Потому что я действительно этого не хочу.

— Не будет, — искренне заверила она.

— Хорошо. Увидимся за ужином, после того, как я узнаю, для чего Трей позвал нас.

Они разошлись, и вскоре Фрэнки зашла на кухню. Было немного странно заходить одной. Конечно, технически это её стая, но временами Фрэнки всё равно чувствовала себя гостьей. Скорбь омрачила воздух, но чувствовался неожиданный намёк на теплоту.

Джейми сразу улыбнулась, заметив её.

— Привет, Фрэнки. — Она приглашающе похлопала по стулу рядом с собой. — Лидия только что рассказывала нам обо всём безумном дерьме, которое Айрис вытворяла каждый раз, когда была пьяна. Лидия, расскажи о том времени, когда твоя мама написала стихотворение для барсука.

И Лидия рассказала, Фрэнки не смогла удержаться от смешка. Слушая о каждом пьяном инциденте Айрис, она чувствовала, как ослабевает крепкая хватка горя.

Шмыгнув носом, Грета вытерла его салфеткой.

— Я буду скучать по Айрис. Она была прекрасной женщиной.

Райли нахмурилась.

— Неделю назад ты желала ей сгореть.

— Я этого не делала, — оскорблённо заявила Грета.

За спиной старухи Грейс одними губами произнесла:

— Она точно этого хотела. — А затем поставила на стол ещё одну тарелку с едой.

— Я очень уважала её, — заявила Грета. — Мы с ней похожи. Семейные. Справедливые. Отзывчивые. Она через многое прошла, но не позволила ничему сломить её. Нет.

Тарин покачала головой, что было похоже на изумление.

— У тебя завышенное мнение о себе, которое в большей степени незаслуженно.

Макенна кивнула в знак согласия.

— Полагаю, некоторые считают неведение блаженством.

— Это мои мальчики живут в неведении, — съязвила Грета. — По какой-то причине они считают вас достойными их. Маркус заставил меня гордиться тем, что нашёл Рони. Но остальные… — Грета поморщилась. — Они подвели меня и себя тоже. — Её взгляд скользнул к Фрэнки. — Я возлагала большие надежды на Трика и Доминика, но вот ты сидишь с меткой моего Трика — наглая, как потаскушка, которой и являешься. В моё время такого не было. Не-е-ет. Я никогда не позволяла никому, кроме Артура, поставить метку на мне.

Фрэнки хихикнула.

— А ещё сдавала практику по вождению на динозавре.

Захлопав в ладоши, Райли запрокинула голову и рассмеялась. Дети, казалось, понятия не имели, что она нашла такого смешного, но начали аплодировать вместе с ней.

Джейми толкнула Фрэнки плечом.

— Айрис бы это понравилось.

В этот момент Трей, Данте, Тао и стражи зашли на кухню друг за другом. Трик опустился на кресло рядом с Фрэнки и поцеловал её в висок.

— Что такого смешного, что Райли согнулась пополам?

Фрэнки только покачала головой.

— Всё в порядке? Встреча была по поводу Дрейка?

Накладывая еду на тарелку, Трик объяснил:

— Трей хотел сообщить, что Морелли звонил ему с предупреждением.

Она нахмурилась.

— С каким предупреждением?

— Дрейк пропал. Или, более вероятно, ушёл в самоволку.

— А значит, он может снова прийти за тобой. — Верхняя губа её волчицы изогнулась. — Я бы сказала, что со стороны Морелли хорошо предупредить вас, но он, вероятно, сделал это, чтобы снять с себя подозрения за всё, что Дрейк сделает в следующий раз.

— И я об этом подумал. Скоро узнаем. А пока давай поедим.

Глава 11

Фрэнки никогда раньше не была на похоронах перевёртышей. Они мало чем отличались людских, за исключением отсутствия священников, читающих Библию. Вместо этого Альфа стаи Бьорн, Джош, один из старших братьев Данте, рассказал о том, каким тёплым, отзывчивым членом стаи была Айрис, а затем пожелал ей покоиться с миром. После этого другие волки и родственники начали по очереди делиться забавными или трогательными историями.

Фрэнки внимательно слушала, ей хотелось узнать побольше о своей бабушке. Сосредоточиться на них также помогло не обращать внимания на любопытные взгляды и шёпот волков Бьорна. Люди шмыгали носами и всхлипывали, даже когда смеялись над рассказами. Одно было ясно — эти люди очень любили Айрис. Что не удивительно: женщина быстро завоёвывала расположение Фрэнки. Именно в этот момент на сердце стало тяжело, а в горле застрял огромный ком. Да, и слёзы наворачивались на глаза. Надеясь отогнать их, она сделала глубокий вдох и втянула аромат Трика, а также запахи земли, свежих цветов и нагретого солнцем камня. В этот момент он взял её ладонь в свою тёплую руку в поддерживающем жесте. Он никогда не отходил от неё. Всегда прикасался к ней, целовал и успокаивал. Когда он не держал её за руку, массировал затылок, придерживал за локоть, держал руку на её спине или клал ей на плечо. Фрэнки нуждалась в его поддержке, нуждаясь в его силе.

Его присутствие успокоило и волчицу, которой не нравилось находиться на территории Бьорна, что удивило Фрэнки. Она здесь родилась и провела первые три года жизни, но волчицу это не тронуло. Не успокаивали её и некоторые запахи, которые она смутно узнавала. А на другой стороне кладбища были не очень приятные места.

В целом кладбище выглядело довольно ухоженным. Там было несколько рядов резных надгробий, гранитных, мраморных или бетонных. Большинство были ухожены, с декоративными цветочными клумбами и портретами в рамках. Другие были потрескавшимися и обесцвеченными, заросшие травой и с увядшими венками. Она задумалась, означало ли это, что люди, похороненные там, не очень нравились другим членам стаи.

Фрэнки успела заметить мраморное надгробие рядом с могилой Айрис: «КРИСТОФЕР БРУКС, ЛЮБИМЫЙ СЫН И БРАТ». На его могиле не было признаков запущенности, и она не покрыта граффити, как ожидала. В конце концов, он убил свою пару и себя. Возможно, надгробие оставили в покое из уважения к Айрис, Альфи и Лидии.

Кстати, о Лидии… Фрэнки мельком взглянула на неё. Женщина прислонилась к Кэму, плечи опущены, глаза опухшие, тихие слёзы текут по лицу. Она настояла, чтобы Фрэнки стояла впереди скорбящих, среди других людей, которые были близки Айрис. Честно говоря, Фрэнки почувствовала себя зевакой, поскольку она недостаточно хорошо знала Айрис, чтобы горевать так же глубоко, как они, но Лидия отказалась что-то менять.

Учитывая, что две стаи когда-то были одной, и у них какая-то серьёзная история, Фрэнки думала, что будет что-то вызывающее или позёрское. Вместо этого все были достаточно вежливы. Однако по большей части стаи оставались разделёнными даже у могилы. Волки Феникса стояли слева, а Бьорна — справа. Лишь несколько волков нарушили эту невидимую черту, и…

Шёпот, произнёсший имя, вырвал Фрэнки из мыслей. Она не оглянулась, чтобы посмотреть, кто бормочет. Вместо этого уставилась прямо перед собой и сжала руку Трика. Его большой палец провёл по её костяшкам. Ей хотелось кашлянуть, чтобы прочистить горло, но не хотела шуметь и привлекать к себе ещё больше внимания.

Когда служба, наконец, подошла к концу, Лидия бросила немного земли на гладкий гроб. Пробормотав что-то себе под нос, она слабо улыбнулась. Затем упала в распростёртые объятия своего супруга.

Другие последовали её примеру, бросая землю и что-то нашёптывая. Фрэнки… ну, она просто стояла там, чувствуя себя потерянной. Словно почувствовав это, Трик притянул её к себе, осторожно убирая волосы с лица.

— Давай подождём остальных в машине, чтобы ты могла побыть наедине и избавиться от рыданий, которые тебя душат.

Боже, он понимал её так хорошо, что временами это пугало.

— Я в порядке.

Чёрт, её голос надломился. Трик поцеловал её; простое касание губ, но эта нежность заставила почувствовать себя драгоценной.

— Никто не ожидает, что ты будешь в порядке, и меньше всего я.