Триумф королевы, или Замуж за палача (СИ) - Кос Анни - Страница 6

— Всё уже переоформлено на ваше имя. Что из этого вы посчитаете нужным передать супруге, корону не касается, однако его величество настоятельно рекомендует проявить сдержанность и приучить жену к смирению, — добавил из-за спины Жаньи. — Если позволите совет лично от себя…

— Не позволю, — холодно перебил Макс.

— … То новоиспеченной фрои Штрогге лучше покинуть столицу и жить в окружении верных короне людей, — Жаньи продолжил, словно ни в чем не бывало, — где-то, где будет проще контролировать её круг общения. Если её присутствие в столице будет необходимо, его величество даст знать.

— Дознание окончено, — Макс сложил бумаги в стопку и сунул их в протянутую канцлером папку. — Приговор вынесен и приведен в исполнение. Мы все выполнили требуемое. У короны нет и не может быть вопросов к моей жене. Я прав? — он с вызовом обернулся к канцлеру.

Однако Глосси нервно постучал ухоженными ногтями по лакированной поверхности стола:

— В целом, разумеется, да. Определенно, все договоренности на текущий момент остаются в силе. Его величество не из тех, кто забирает слова назад, тем более, что решение по делу Гвейстер было рассмотрено на высшем уровне и утверждено трибуналом страны. Однако…

Сучий потрох! Канцлер мялся и подбирал крайне обтекаемые, но точные, формулировки, как и всякий раз, когда должен был изложить неприятную новость. «На текущий момент». Макс почти физически ощутил запах гнильцы, которым веяло от этих слов. Расспрашивать сейчас? Можно, даже следовало бы. Если живешь на пороховой бочке, то стоит заранее разузнать о длине вставленного в него фитиля и удостовериться, что он не тлеет прямо сейчас.

Однако делать это в присутствии королевского фаворита не стоило. Максу хватит выдержки дождаться, когда им с канцлером удастся побеседовать наедине.

Он поднялся на ноги и поклонился:

— В таком случае более не стану отнимать ваше время. Благодарю за бумаги, дорогу до дома я найду, пусть ваши люди не беспокоятся. Хочу подышать свежим воздухом.

Макс успел дойти до потайной дверцы и даже протянуть руку к замаскированному в портьере рычагу открытия, когда в спину ударило приторное:

— Вы забыли рассказать нам, как здоровье вашей дражайшей супруги. Вы были с ней наедине с обеденного времени и почти до заката. И как она? Хороша в постели? Не имел удовольствия проверить, что скрывается между ног такой высокородной аристократки, но полагаю, в некоторых аспектах фрои Сюзанна не отличается от других женщин. Скоро ли ждать радостных новостей о пополнении в семье?

Штрогге едва зубами не скрипнул. Жаньи не был бы собой, если бы не попробовал залезть под юбку его жены хотя бы так.

— Говорят, на бракосочетании она выглядела бледной тенью. Надеюсь, у вас хватит фантазии, чтобы разжечь в ней хоть чуточку страсти, — добавил фаворит его величества.

— Она действительно нездорова, — резко обернувшись, Макс уставился прямо в глаза амарита, — и вам об этом отлично известно. Истощена и запугана, а шрамы на её теле не под силу вылечить даже мне.

— Но женские органы в порядке? Чрево способно дать жизнь?

— Возможно. Только не понимаю, какого хрена вас это интересует. Хотите заняться селекцией выродков, подобных мне? — криво усмехнулся он, отчего шрам на лице отвратительным образом изогнулся. Макс точно знал, что на тех, кто послабее нервами, от вида его улыбки воротило. Жаньи, к его чести, даже не дернулся.

— Почему нет, когда предоставляется случай? Выродки, если их вовремя приручить, могут быть очень полезны. Но в данном случае я интересуюсь не из праздного любопытства. Возможно, чрево вашей жены со временем принесет пользу короне.

— И каким же образом? — поинтересовался Штрогге. — Королю настолько не хватает фавориток, что он желает взять в постель племянницу?

— Ох, как грубо, — поморщился Жаньи, красноречиво облизывая тонкие губы, — мне нравится. — Он хохотнул и снова потянулся к бокалу, вальяжно закинув ноги в сапогах на диван. — Накормите её, подлечите. Если надо, пригласите толковую повитуху. Женщины разбираются в тонкостях зачатия и вынашивания всяко побольше нашего, может, она даст какие-то травы или пошепчет заклинания. Хорошо бы, чтобы Сюзанна родила или хотя бы понесла в течение года.

— Для кого хорошо?

— Для нее, конечно. Пусть займется детьми, а не политикой.

Макс смерил собеседника тяжелым взглядом:

— Что еще нужно королю?

— Узнаете со временем, — Жаньи мстительно отсалютовал бокалом и приложил палец к губам, показывая, тайна пока останется тайной.

— Не берите в голову, мэтр, — быстро встрял между спорщиками канцлер. — То, о чем говорит наш дорогой друг — это лишь запасная возможность, которая может и не потребоваться.

Макс отметил, что зрачки Глосси слегка расширены, а лоб покрыли бисеринки пота: канцлер волновался и чувствовал себя неуютно. Плохой знак, мелочи вряд ли заставили бы его дергаться. Нужно надавить посильнее.

Одного мысленного усилия хватило, чтобы магия хлынула в глаза тонкой струйкой, заполняя белки глаз чернотой. Глосси нервно сглотнул. Конечно, для него не было секретом, что клеймо, выжженное на плече Макса, не позволит применить силу в полной мере, однако и толики воздействия магии главного палача хватит для десятка бессонных ночей.

— Его величество может пожелать использовать родственные связи с Сюзанной Викторией, чтобы дать стране наследника, — пояснил он нехотя. — Не напрямую, конечно, то есть он не станет спать с ней сам. Выберет кого-то неболтливого и лишенного дара, но похожего на себя внешне, а магический компонент обеспечит её кровь. Фрои Штрогге всё же королевская родственница, значит, сила, которая передается младенцу, будет неотличима от силы его величества.

Дыхание Макса потяжелело. Гнев ударил в виски гулким молотом. Скоты! Ничего не меняется: какие бы договоры они не заключили, как бы они не были ему обязаны, они не собирались выполнять условия сделки. Его жена не будет принадлежать ему, не избавится от опеки тайной службы короля и постоянного надзора, следовательно, окажется бесполезной для самого Штрогге.

— Она не согласится.

— Да кто собирается её спрашивать? — отмахнулся канцлер. — Дела-то на пять минут. Потерпит.

— На вас лица нет, мэтр. Не стоит так переживать, — осклабился Жаньи. — Это произойдет только в случае, если королева не родит наследника в течение ближайшей пары лет.

— Что именно произойдет? — процедил Штрогге. — Король признает бастарда чужой жены и бывшей мятежницы наследником трона?

— Нет конечно. Сразу после родов ребенка заберут, выдав за кровного сына правящей четы, остальным, в том числе и матери, скажут, что роды прошли неудачно, и дитя не выжило.

— Собираетесь обмануть весь Лидор, заставив бесплодную королеву разгуливать с подушками под корсажем девять месяцев?

— Она не бесплодна, — неожиданно окрысился Жаньи.

— Три выкидыша на минимальных сроках, два мертворожденных ребенка — пяти и семи месяцев — и десять лет безуспешных попыток зачать. Вы уверены?

— Она. Не. Бесплодна. — Жаньи будто сваи вколачивал, а не слова произносил.

— Мнение фаворита венценосной семьи или частого гостя королевской спальни? — едко поинтересовался Макс.

— Знание амарита! — Надо же, кажется, Максу удалось впервые в жизни зацепить этого хлыща по-настоящему. — Она полноценная женщина и вот уже полгода я не вижу той тени, что преследовала её долгие годы. Может, не так уж безумны предположения, что кто-то из окружения герцога действительно травил её?

— Допустим. Плевать. — Макс тоже начал закипать. — Сюзанна — моя жена, а не портовая шлюха, и я не собираюсь делить её ни с королем, ни с кем бы то ни было. Её тело — моя собственность, а подобных условий прежде не было озвучено.

— И вы не согласны оказать стране такую скромную услугу? Династический кризис — это всегда смута, ваше согласие помогло бы её избежать.

— Нет.

— А если я предложу, скажем, что-то более существенное, чем благодарность?