Оборотень с границы (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 44

Он тоже долго сомневался, когда услышал мои слова. Я сказал, что он не сможет стать вепрем, как его родитель. Он не способен идти вперед, проламывая стены. Это угнетает его, потому что противно его природе.

Пришедший ко мне родился Пауком. Он умел воспринимать информацию и научился плести такие комбинации, с которыми не сравнится ни одна паутина. Мужчина сидел напротив меня и не верил моим словам, но потом решился попробовать. И тогда он добился всего того, чего желал сам, причем очень быстро. Сейчас он советник губернатора, у него нет подчиненных, и ему не нужно никому приказывать, но одно его слово ценнее десятка иных документов. Его ролью было плести паутины и дергать за ниточки, а стены за него ломали другие. Так что, этот человек нашел себя, а бизнес отца был передан кому-то в доверительное управление.

Гамзат закончил свой рассказ и посмотрел на меня, ожидая реакции.

— Удивительная история, — потер я затылок. — Но она все-равно не отвечает на вопрос, безопасно ли для меня и окружающих дать свободу своей сущности.

Гамзат улыбнулся и легонько потряс опустевший чайник.

— Я не могу сделать выбор за тебя, Андрей. Решение, что делать дальше, ты должен принять сам. Мне было приятно говорить с тобой, но я стар и нуждаюсь в отдыхе. Прости меня, но наша встреча закончилась.

— А что мне делать с кольцом? — спросил я, не до конца веря, что наша беседа завершилась. — Может быть вы знаете, к кому я могу обратиться за помощью?

— Увы, — покачал головой Гамзат. — Я всего лишь старый человек, который прожил долгую жизнь и может что-то рассказать тем, кто просит совета. Но то, о чем ты говоришь, никогда не попадалось в поле моего зрения. Ведьмы не очень любят мечети.

И он тихо засмеялся, глядя на меня и как бы приглашая присоединиться к своему веселью.

— Но может быть вы знаете, у кого можно спросить? — не отступал я, надеясь хоть на какую-то подсказку.

— Иди, Андрей, иди. Мне было приятно говорить с тобой, — и Гамзат потушил огарок свечи кончиками пальцев.

Его фигура моментально спряталась в темноте. Как бы не хотелось чего-то другого, но пришлось встать и направиться к выходу. Меня раздирали самые противоречивые эмоции, ведь в какой-то момент я поверил, что этот человек может помочь мне. Но приходилось уходить ни с чем. Желание закончить разговор продемонстрировали предельно доходчиво.

На пороге я все-таки нашел в себе силы обернуться и поклониться в темноту.

— Спасибо за совет, уважаемый Гамзат! — с чувством выговорил я. — Надеюсь, что сумею правильно понять его.

Ответом мне была тишина. Подождав еще несколько секунд, я развернулся и вышел на улицу.

Мои друзья сидели в машине и курили в открытые окна.

— Ну что? — выскочил навстречу Мирон. — Удачно?

— Поехали на заставу, — не ответил я на его вопрос. — Там все расскажу.

К моему удивлению, Мурад не пожелал попрощаться с дедушкой. Точно так же он не продемонстрировал ни малейшего интереса к моему разговору с Гамзатом и его итогам. Сидел в автомобиле с таким видом, как будто вообще не имеет к происходящему никакого отношения. Только на вопрос Мерзкого, куда его подвезти, коротко ответил «Домой!»

— Уважаемый, мы что-то должны тебе за помощь? — спросил Мирон у Мурада. Мне показалось или наш проводник вздрогнул от этого вопроса? Показалось, наверное.

— Ничего нэ надо, — с ярко выраженным акцентом ответил он. — Рад, если сумел помочь уважаемым людям.

Мы высадили Мурада на том же месте, где он встречал нас, и помчались в сторону пограничной заставы.

— Я уж думал, что ты там ночевать решил остаться, — Мерзкому явно было любопытно, чем закончилась моя беседа с бывшим муллой, но спрашивать напрямую он не стал.

— Интересный человек оказался этот бывший мулла, — со вздохом ответил я. — Жаль только, что помочь он нам ничем не может.

— Или не захотел, — подал голос Мирон.

— Да нет, — не согласился с ним я. — Не может. Он не удивился, услышав про ведьмовское кольцо, но вполне логично сказал, что эти барышни не очень любят святые места. Нам надо искать родственников Анны Харт. Наверняка, у нее были дети, племянники. В конце концов, кто-то же передал это кольцо господину барону.

— Ребят, слушать вас, без сомнения, безумно увлекательно! — голос Мерзкого стал серьезным и ехидным одновременно. — Но вообще-то, вы мне обещали объяснить, что происходит. А то ситуация потихоньку начинает меня напрягать. Ведьмы, бароны, медведи… Мне бы тоже очень хотелось участвовать в вашем диалоге, а не таксиста изображать.

Мы переглянулись. Претензии Мерзкого были обоснованы, но объяснить ему, что происходит — дело явно не пяти минут. Да и объяснить надо так, чтобы он поверил, а не решил опять, что мы наркоманы или сумасшедшие.

— Максим, может быть дождемся возвращения на заставу? — попытался немного отсрочить я неизбежное.

— А может быть начнем рассказывать прямо сейчас? — теперь в голосе моего однокашника слышалась злость. — Винни, что происходит? Начни, пожалуйста, свой рассказ с того, почему в башню пригласили только медведя и с чего вдруг ты побежал туда молодым кабанчиком? Ты был знаком с хозяином башни раньше? К чему тогда был весь этот спектакль?

Я вздохнул и открыл рот для ответа, но так и не успел ничего сказать. Мы как раз выехали на укатанную грунтовку, шедшую посреди ущелья, и неожиданно машину ощутимо повело юзом, а Мерзкий коротко выматерился и затормозил.

— Ничего себе, — ругнулся Мирон. — Мы колесо пробили?

— По моим ощущениям, мы вообще без колес остались, — добавил я. — Как-то уж очень хорошо нас занесло.

— Сейчас посмотрим, — ответил Максим, выключая зажигание, но вылезти из автомобиля не успел.

Метрах в ста от нашего джипа зажглись фары другой машины, и в их свете мы увидели, как в нашу сторону идут три человеческие фигуры.

— Так, сидим тихо, — повернулся к нам Мерзкий. — Встревайте только в том случае, если совсем жарко будет. Держи, это на самый-самый крайний случай.

Я почувствовал, как мне в руку уперлась рукоятка пистолета.

— Твою мать! — еще раз с чувством выругался Мирон. — Ведь хотел с собой нашу сумку взять. Мы, как голые, теперь.

— Сидите и не рыпайтесь! — повторил Мерзкий. — Я разберусь, меня здесь все знают!

И вылез из машины. Он успел пройти буквально шагов десять, как зажглись фары еще нескольких автомобилей, ослепивших нас со всех сторон.

— Вот это называется — приехали, — услышал я голос Мирона и даже не нашелся, что ему ответить.

Глава 14

— Ну и что? — спросил у меня Мирон, крутя головой в разные стороны. — Ведьмы нашли нас и здесь?

— Не знаю, — честно ответил я, также пытаясь разглядеть сложившуюся обстановку. — Но очень надеюсь, что с ведьмами ты ошибся. Да и как они могли нас здесь найти?

— А кто это тогда? — недовольно проворчал Мирон, машинально разминая широкие плечи.

— Сейчас и узнаем, — пожал плечами я.

— Фары выключи! — послышался недовольный крик Мерзкого. — Что вы тут за цирк устроили?

Окна в нашей машине остались открытыми, поэтому разговор Максима с неизвестными был слышен прекрасно. А голос моего друга ни капельки не дрожал, я бы даже сказал, что он оказался по-прежнему уверенным, или скорее всего, наглым.

— Погасите, — раздался резкий гортанный голос. И как по мановению волшебной палочки дальний свет погас, остались гореть только габаритные огни. — Добрый ночи, товарищ майор. Очень рад встрече.

— А вот я вообще не рад, — Макс меня поражает все больше и больше. Такое ощущение, что он каждый день попадает в подобные ситуации. По крайней мере, держится он с таким чувством собственного достоинства, как будто ему сейчас не опасность грозит, а, наоборот, все должны вокруг.

— Понторезы, — пробурчал рядом со мной Мирон. — Я-то реально подумал, что их больше.

Как оказалось, у граждан, организовавших нам столь теплую встречу, в наличии было всего три автомобиля. Старые внедорожники были оборудованы дополнительными фонарями, поэтому и создавали ощущение бригады прожекторов, но сейчас диспозиция проглядывалась вполне четко.