Избранный (СИ) - Шер Вениамин - Страница 32

По ходу разговора я выведал все интересующие меня детали по поводу их распорядка, кто они такие и где, собственно, располагается этот разлом в основном мире. Оказывается, он находится в деревеньке Марьино, в тридцати километрах от Барнаула. Несколько лет назад он появился прямо в подвале заброшенного цеха по обработке древесины.

Некто Ярослав, один из искателей, выкупил этот цех по блату у бурмистра деревни. Он же и один из руководителей коммунистической ячейки по вербовке людей. Я, когда это услышал, понял, что прав в своих выводах на счёт радикалов. А что самое обидное, я хоть в душе либерал и безмерно уважал балабола Жириновского, но к коммунистам относился с некой теплотой. А тут на тебе – НКВД отдыхает.

Помимо вербовки обыкновенных простолюдинов, эти упыри занимаются тем, что похищают различных аристократов и просто их казнят, в основном, через повешение. В очень редких случаях, если аристократ может принести некую выгоду, их переправляют по северному пути в Японию, которая последняя вышла на коммунистический путь. Она, кстати, занимает всю территорию Кореи, Приморскую область, части Хабаровского края и весь остров Сахалин. Короче, неплохих размеров здешняя страна узкоглазых марксистов восходящего солнца.

«Суки! Поэтому они в этом мире не придумали аниме! Я в первую очередь это проверил в имении! Где мой Ванпанчмен, Блич и Эльфийская песнь?!»

Конкретных подробностей сторож не знал, так как вступил в это дерьмо пару месяцев назад под знакомые лозунги: «Власть народу», «На кол буржуев» и «Долой монархию». Видно, революция «1917» в этом мире только намечается.

Помимо вербовки, ещё коммуняки занимаются контрабандой из разломов, подкупом нужных чиновников и тайным вывозом людей из страны. Точнее, охранник это назвал «тайным вывозом невольников из Империи в свободные земли». И он, кстати, сам считается беглым невольником, который ждёт своей отправки на Сахалин.

Постоянные члены «ячейки» все без исключения владеют печатями. Но есть и обыкновенные свободные простолюдины, которые изъявили желание без выезда на свободу работать на них за коммунистическую идею. Это и сотрудники «Вольного общества искателей», и владельцы с работниками различных заведений «для своих», по типу того, в которое мне приспичило припереться «промочить горло».

Промочили горло… Удавкой, мазафака…

— И? Как часто они сюда притаскивают таких, как я? — задал я следующий вопрос.

— По-всякому… При мне вы третий, эт-самое… Кого-то приносят через неделю, а кого-то через месяц или два.

— Убивают здесь?

— Я… не с ними! Меня не зовут вниз к проклятым! — испуганно начал он.

— Успокойся! — шикнул я. — Они сюда заносят живых? — с нажимом спросил я, а охранник неуверенно закивал. — Куда потом девают тела?

Я сомневаюсь, что за пару лет существования этой базы с разломом здесь побывали всего три человека.

— Их… эт-самое… убивают… — промямлил он.

— Не понял. Ну да, их убили. А тела-то куда девают?

— Никуда… Я этого не видел, но… эт-самое… сменщик Фадей, говорит, месяц назад труп восстал и его убили начальники…

После его сбивчивого объяснения и моих множественных уточнений стало ясно, что у них «безотходное» производство. Трупы людей, до этого убиенных здесь, восстают примерно через месяц в виде неслабых умертвий. С них добывают накопители хороших размеров. Так что этот разлом играет роль скрытой базы, кладовки трупов и фермы, которая себя более чем окупает.

Сила зомбака зависит от круга сигила убитого. И обычно такой восставший не может сам выбраться из ячейки, продолжая рычать и беспорядочно тарабанить по её стенкам. Когда приносят очередного аристократа, зомби по ходу дела убивают, он рассыпается прахом, даря убийцам драгоценный лут. После этого следующего аристократа забивают как свинью, отрезают кисть, вешают на лампе и запирают в «инкубатор».

Охранник эти подробности узнал у сменщика. Тому приходилось не раз убирать весь пепел в морге, после жестокой процедуры. Для чего отрезают кисть, он не знал. Зато мне вспомнились какие-то странные ссылки в интернете, связанные с отрезанной рукой. Что-то я прошляпил некоторые криминальные новости… Не до этого было…

— Хорошо. А если умертвие выберется из морга? — задал я очередной вопрос.

— Нужно либо самостоятельно голову пробить, — кивнул охранник на автомат. — Иль выйти из червоточины и позвать на помощь. С той стороны, эт-самое, всегда находится один человек с силой, — закончил он, имея в виду носителя сигила.

Логично. Если поднимается зомби, то этот «данж» возвращает себе статус не зачищенного и отсюда можно выйти, чтобы тот не закрылся.

— А что со вторым разломом? Где он находится, знаешь?

— Д-да… — закивал он. — Он у входа на крышу… — кивнул головой наверх.

— Его чистили?

— Пытались. Говорят, там погибло несколько из поисковых, эт-самое… Бросили его… Так и оставили открытым…

— Почему? — удивился я. — Оттуда же монстры полезут через месяц.

— Вы што… — удивился теперь уже охранник. — Вторые червоточины не прорываются никогда… За столько времени тут бы засилье чудищ было.

— Дела-а… — протянул я.

Я, конечно, не углублённо изучал этот феномен, но думал, что знаю всё самое важное по разломам. Обычно вторые уровни разломов либо зачищают сразу, либо закрывают первый уровень, автоматом закрывая второй. Скорее всего, информация об этом есть, просто я опять её где-то прошляпил.

— Поговаривают… — продолжил мужик. — …там всего одно чудище, эт-самое. Должно статься, старания не стоят выгоды, коль нескольких уже положили там.

— Возможно…

И это верно. Вряд ли группы поисковиков будут рисковать ради одного босса. Выхлоп для них и правда маленький. А если разлом не мешает, то что его лишний раз трогать?

— Ты идёшь со мной, — скомандовал я и ловко рубанул провода мечом.

— К-куда? — пугливо спросил он, потирая запястья.

— В изолятор временного содержания, — хмыкнул я.

Схватив мужика за шкирку, я одной рукой поставил его на ноги, как подростка, и лёгким пинком отправил на выход из комнаты. При этом на животе я придерживал автомат, так как меч особого внушения не давал, чтобы не совершать побег.

Эх… А вот метанием холодного оружия я так и не успел заняться…

Когда мы подошли к двухстворчатой двери, что ведёт вниз, мужик затрясся и упал на колени.

— Прошу вас, господин, эт-самое! Не губите! Я клянусь, никого не убивал!

Он, видно, подумал, что я собираюсь его прирезать и запереть в ячейку.

— Никто тебя убивать не собирается. А ну встать! — шикнул я.

Мужик подскочил на ноги, и я стал подталкивать его вниз. Войдя в помещение морга я, приказал охраннику сесть на металлическое кресло и стянул ремнями по рукам и ногам – они заботливо свисали под подлокотниками и сидушкой.

— Г-господин! Не оставляйте меня тут! А если мертвячка выберется?! — заголосил он, когда я закончил его приковывать.

— Она уже больше месяца лежит? — кивнул я на вторую ячейку.

— П-почти!

— За полдня с тобой ничего не случится. Зачищу второй разлом и вернусь за тобой, — сказал я и направился к двери.

— А если она встанет, и вы не воротитесь?!

Я на его слова обернулся и усмехнулся.

— То тебя спасёт твой сменщик. Ну а если встанет раньше и сможет выбраться, значит, не судьба. Ты сам выбрал эту кривую дорожку, мужик, — ответил я и вышел из морга.

Охранник продолжил во всё горло голосить, но после того, как я прошёл вторую дверь, я практически перестал его слышать. Конечно, оставление в опасности даже преступника в мои принципы не входит. Вот только я уже не мент и нахожусь совершенно в другом мире и другой ситуации. Здесь вообще его ждёт казнь через сожжение, если прокурор докажет, что он причастен к убийству аристократов.

Но в данном случае мне нужно было его где-то запереть так, чтобы он не издавал лишнего шума – вдруг кто-то заглянет сюда раньше времени, пока я зачищаю второй разлом.

То, что рассказал мужик о втором уровне, меня неплохо так страшило, если даже укомплектованная группа поисковиков оттуда дала дёру всего лишь от одного босса. Но у меня было много аргументов в противоположную сторону.