Все мужчины негодяи? - Робинс Сари - Страница 43

– Ай-ай-ай! А вы еще обещали мне держать себя в руках, Эвелина! Это совсем не похоже на допрос с пристрастием или выдергивание волос у него из головы – один за другим! – раздался сзади глубокий мужской голос.

Эвелина вздрогнула и подняла голову.

– Анхель! – Девушку охватила паника. Она вскочила на ноги, ее щеки пылали от стыда. Растерявшись, она не знала, что сказать.

– Вижу, вы уже решили для себя, на чьей стороне играет Баркли, – язвительно заметил Анхель. Он снял шляпу, и с нее полилась дождевая вода. Его сырой черный плащ стал глянцевым от дождя. – Я хотел бы немного перекусить. Вы присоединитесь ко мне? – Анхель вышел из комнаты, стуча каблуками по деревянному полу.

– Я не слышал, как он вошел, – сказал Джастин, садясь на кровати и одергивая свой пиджак.

Все еще не оправившись от потрясения, Эвелина пробормотала, приводя в порядок свое платье:

– Мы оказали Анхелю не самый подходящий для героя прием. – Девушка испытывала чувство вины. Пока ее верный товарищ смотрел в лицо смерти, она в тепле и безопасности, Позабыв обо всем, беспечно развлекалась с Баркли.

Эвелина вошла на кухню, боясь встречаться взглядом со своим другом.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – сказал Анхель, поглощая тушеное мясо с таким аппетитом, как будто не ел несколько дней.

Фаиза стояла у плиты, повернувшись ко всем спиной. Анхель отломил от буханки большой ломоть хлеба.

– Когда в моей жизни любовь и интрига скрестили шпаги, удача меня оставила. Может быть, вам повезет больше, Эвелина.

Она не поняла, что именно молодой испанец имел в виду. Но, как бы оправдываясь, сказала:

– Он очень быстро поправляется.

– Я это заметил.

Сев на стул напротив Анхеля, Эвелина продолжала защищаться:

– Баркли ответил на все мои вопросы, и, кажется, он искренне и горячо заинтересован помогать нам.

– А может, это вы искренне и горячо заинтересованы в нем, дорогая? – спокойно спросил Анхель. – Совсем недавно вы были готовы растерзать его за то, что он предал вас. А теперь вы вдруг полюбили его?

Эвелина, сидевшая с опущенной головой, заерзала на табуретке.

– Я… Я никогда не говорила, что люблю его. Он, конечно, умен, с ним есть о чем поговорить и… Ну… Он на нашей стороне!

Анхель презрительно фыркнул. Она пожала плечами.

– Я не вижу в этом ничего дурного.

– Правда? Нет, вы серьезно не видите в этом ничего дурного?

На кухню вошел Баркли, взял стоящую в углу табуретку и сел рядом с Эвелиной. Девушка облегченно вздохнула при его появлении: в присутствии Джастина она чувствовала себя увереннее. Глядя на красивое лицо мужчины, в котором она души не чаяла, Эвелина постаралась отбросить прочь все сомнения в своей правоте. Разумеется, это ясно, как день: Джастину можно доверять. Но сомнение все равно закралось ей в душу.

– Я хочу поблагодарить вас, Аролас, за вашу помощь, – сказал Джастин и протянул испанцу свою руку. – Эвелина рассказывала, что вы оказали мне первую помощь – там, в доме моего брата, – вызвали врача, привезли меня сюда и обеспечили всех нас провизией. Не могу выразить вам всю степень моей признательности за ваши усилия.

Анхель даже не шевельнулся и не поднял глаз от тарелки. Он сухо заметил:

– Я делал все это не ради вас, а ради Эвелины.

Джастин опустил протянутую руку, притворившись, что не замечает подчеркнутой неприязни испанца, и с вызовом произнес:

– Я до конца своих дней буду благодарить вас за то, что вы сделали для Эвелины!

Фаиза поставила перед Эвелиной и Джастином тарелки с едой.

– И вы садись с нами, Фаиза, – попросила служанку девушка.

Джастин поднялся и галантно предложил Фаизе свою табуретку.

– Я принесу стул из своей комнаты.

Следующие несколько минут прошли в полной тишине. Каждый сидел, неподвижно уставясь в свою тарелку. Со стороны могло показаться, что все до предела сосредоточены на еде. Эвелина затаив дыхание ждала, что Анхель нарушит тишину, сообщив ей новости о Салли. Но она не хотела его торопить, давая молодому человеку возможность как следует подкрепиться. Он выглядел таким уставшим и изможденным. Под глазами у него залегли темные тени, красивая оливковая кожа казалась очень бледной. Терпкий запах его одеколона щекотал ей ноздри, и Эвелина с удивлением отметила про себя, что невольно сравнивает этот аромат со ставшим родным для нее запахом Джастина.

Она мысленно благодарила Бога, что Анхель жив и здоров, что он вернулся к ним.

– Я так рада вас видеть, Анхель! – воскликнула девушка, и на глазах у нее заблестели слезы. – И так счастлива, что с вами все в порядке!

Откинувшись на спинку стула, Анхель взъерошил свои черные волнистые волосы.

– А вы похудели, Эвелина, – неодобрительно заметил он.

Эвелину не слишком беспокоила проблема собственного веса, и она спросила то, что ее действительно сейчас волновало:

– Вы нашли Салли?

– Вы же знаете, я бы сразу сказал вам об этом, если бы мы его нашли. – Он нахмурился. – Мы шли по его следам, которые вели к дому возле пирса, но затем след оборвался. Как будто кто-то водит его кругами.

В глазах Эвелины промелькнула надежда:

– Но он жив!

Обычно приятный и мелодичный голос Анхеля стал хриплым.

– Кажется, да.

Джастин наклонился вперед.

– Дом возле пирса расположен на Лонгстон-стрит?

Анхель поднял бровь.

– Да.

– Это укрытие, которое используется моим отделом.

– Куда могли отвести Салли, Джастин? Где его могут держать?! – взволнованным голосом воскликнула Эвелина.

Он в задумчивости почесал подбородок.

– Ну, есть еще по крайней мере пять укрытий в самом Лондоне и еще несколько – в пригороде.

Эвелина стиснула руки.

– Я составлю список и проверю их все – один за другим!

– Никуда вы не поедете! – возразил Анхель и, кивнув на Джастина, сказал: – Мать Баркли подняла шум на весь город из-за исчезновения своего сына. – Он повернулся к Эвелине: – И власти выдали полиции предписание на ваш арест, Эвелина, обвиняя вас в похищении лорда Баркли.

Она захлопала ресницами, а затем махнула рукой.

– Мы можем вернуть Джастина домой – и им будет нечего мне предъявить.

– Как только вы это сделаете, вас в тот же миг задержат, а Салли мы так и не найдем. И тогда все пропало! – резко сказал Анхель.

– В таком случае что же нам делать?! – в сердцах вскричала Эвелина. – Нам нужно как-то освободить Салли! – Она поджала губы. – Может, попробовать обменять Джастина на Салли… – Когда до нее самой дошел смысл ее слов, щеки Эвелины вспыхнули, и она прикусила губу. – Джастин, мы это сделаем только для того, чтобы вернуть Салли. А вы ведь и в самом деле соскучились по дому…

Джастин хмуро посмотрел на девушку:

– Даже если вы так поступите, они все равно вас арестуют!

– Но вы вернетесь домой – целый и невредимый…

Анхель и Джастин обменялись взглядами. Видимо, они молча согласились друг с другом. Голос Анхеля стал мягче:

– Баркли прав, дорогая. Они вас арестуют. Именно в этом и заключается их конечная цель. Им нужны вы, Эвелина!

Эвелину охватило отчаяние. Она бессильно сжимала кулаки, как будто умоляя небеса о помощи.

– Но зачем же я им нужна?

– Лучше спросите об этом его. – Анхель указал на маркиза.

– Провалиться мне на этом месте, если я это знаю, – заметил Джастин и потер виски. – Но в одном я уверен: вам, Эвелина, опасно возвращаться в Лондон. Этим вы подвергнете себя большому риску.

– Но мне нужно найти Салли!

Анхель посмотрел на девушку с нежностью и улыбнулся.

– Вы всегда были смелы до безрассудства, Эвелина, и первой бросались на помощь другу. Но на этот раз вам придется позволить мне сделать это за вас.

Джастин не сводил с Анхеля настороженного взгляда, но Эвелине было сейчас не до его обид.

– Есть еще какие-нибудь новости? – сухо спросил Баркли.

Анхель пожал плечами.

– С Ахметом все в порядке. На улицах говорят о каком-то заговоре, но похоже, что для этих слухов нет серьезных оснований.