Сержант. Назад в СССР. Книга 4 (СИ) - Гаусс Максим - Страница 47

Но вместо Кэпа, ответил я.

— Все просто. У командования появилась срочная задача, а отправить было просто некого. Скорее всего, все упирается во время. А мы, судя по всему, ближе всех и с хорошей рекомендацией. Вот кто-то из наших смышленых кураторов и предложил задействовать группу в полном составе. Генералам ведь все равно, кто идет выполнять задачу.

— Громов прав! — согласился Игнатьев. — Даже начальник учебного центра удивился, когда пришла шифртелеграмма, да еще и «ракетой». И вот что я вам скажу, мы просто обязаны выполнить поставленную нам задачу, что бы там ни было.

Все покачали головами. С одной стороны почти всем уже хотелось проверить себя в полноценном боевом задании, с другой же стороны мы знали — шутки и учения закончились. В Афганистане идет война, что бы там ни было, просто не будет.

— Ну а известно, что там у них произошло и куда именно мы летим? — снова спросил Самарин. — Может, опять где-то вертушка упала? Макс, помнишь ту историю, когда наш прапорщик Лось увел стариков в горы?

— Помню! — кивнул я. Про старшину с тех пор не было ни слуху, ни духу. Скорее всего, его и в живых-то больше нет.

— А может кого-то эвакуировать нужно, а Кэп?

— Или что-нибудь взорвать! — усмехнулся Шут.

— Так! Ну, хватит уже! — повысил голос Игнатьев. — По прибытии на авиабазу, нам проведут подробный инструктаж, там все и узнаем. Нечего гадать, я знаю не больше вашего. Мне лишь сообщили, что дело первостепенной важности, которое требует особого внимания…

— И потому привлекают спецназ ГРУ? — негромко спросил я.

Кэп не ответил. И верно, такие группы как наша, привлекаются только в особых случаях. Я сидел на кресле и перебирал в голове варианты — что же могло случиться⁈ Ни к чему не пришел, потому что вариаций было очень много. Вскоре АН-26 пошел на посадку. В салоне погас свет — мера предосторожности, да и навигационные тоже. Самолет без опознавательных огней, в темном небе почти не видно. Нас немного потрясло, но это абсолютно нормальное явление.

Когда шасси коснулись поверхности взлетно-посадочной полосы, самолет чуть вздрогнул. Сели хорошо, без проблем. Выбрались наружу.

Я тут же ощутил хорошо знакомый мне запах перегретого машинного масла, пыли и сухого воздуха. Такая смесь запахов бывает только на аэродромах, особенно на военных. Вообще, в это время года в Афганистане температура уже доходила до тридцати пяти градусов. Днем стояла ощутимая жара, а вот по вечерам было еще более менее терпимо. Чуть ли не главное правило нахождения в сухом и жарком климате научить свой организм контролировать потребление влаги. Бесконтрольно пить воду ни к чему хорошему не приведет.

Солнце уже практически село.

Нас уже встречали — рядом со взлетной полосой стоял ГАЗ-66. Старшим машины был какой-то капитан в типичной потертой «афганке». Он торопливо представился Игнатьеву, но я его фамилию не расслышал. Загрузились в «Шишигу», Кэп в кабину, мы в кузов. Сразу же тронулись с места, рванули вперед.

Через десять минут добрались до здания штаба, которое представляло собой квадратный одноэтажный бункер, утопленный в землю. Со всех сторон его окружала бетонная стена, пустота заполнена землей. Сверху, над редкими деревьями, висели хорошо знакомые нам маскировочные сети. Это сугубо советская разработка уж за столько лет афганской войны даже не удивительно.

По периметру были расставлены темно-зеленые деревянные ящики, обмотанные колючей проволокой. По тому же принципу штаб прятали и в Сирийско-Арабской Республике — я на подобные вещи насмотрелся вдоволь.

Спустились в штаб, там нас уже ждали. Офицер в звании подполковника, вошел в помещение, бросил на стол папку с документами.

— Товарищи сержанты, прапорщики и офицеры… — он задержал взгляд на Игнатьеве. — Я куратор операции «Фарватер», подполковник Захарченко. Это я предложил задействовать вашу группу. Сейчас моя задача быстро ввести вас в курс дела, времени мало. Чем быстрее приступите к выполнению задачи, тем лучше. Значит, ситуация следующая — менее пяти часов назад в квадрате «Д-4» произошло нападение душманов на колонну нашей военной техники. Выживший только один, его духи увели с собой. В составе колонны была специальная аппаратная СА-9, на которой осуществлялась перевозка одного экземпляра экспериментальной шифровальной аппаратуры «Закат», вместе с комплектом документации, ключей и блокнотов. Единственный выживший, которого увел в плен противник, является ее оператором и большим опытом работы. Думаю, не нужно объяснять, что все это значит⁈ Это беспрецедентный случай, подобное сложно представить но, тем не менее, это случилось. Про захват немецкой Энигмы все слышали?

Захарченко сделал небольшую паузу, затем продолжил.

— Духи бестолковые, они часто тащат все, что шурави плохо положили. Чтоб потом продать. Чаще всего они тащат оружие и боеприпасы, провизию, вещи. Но тут, судя по всему, ситуация иная. Перевозка шифровальной аппаратуры нигде и никак не оглашалась, маршрут был строго засекречен. Утечка информации, не иначе. Контрразведка уже работает по данному вопросы. Душманы намеренно устроили обвал на дороге, чтобы колонна выдвинулась по параллельному маршруту, где попала в засаду и была уничтожена. Там высокие скалы, вертушкам работать неудобно. Все закончилось очень быстро.

— И зачем она им?

— Известно, что в этом секторе есть только четыре места, где душманы смогут попытаться продать «Закат». Три из них находятся уже на территории соседнего Пакистана, четвертая на границе Афгана с Пакистаном. Прямо сейчас две группы спецназа уже в пути, еще одна в воздухе. Вы — четвертая группа, ваша точка третья по удаленности. Задача — выйти на след украденной аппаратуры и вернуть ее обратно. Если возможности для этого не будет, то ее необходимо уничтожить вместе со всей документацией. Любой ценой не допустить попадания советской шифровальной аппаратуры в лапы врага. Вытащить из плена оператора. Вопросы?

— Охренеть! — выдохнул я, прекрасно понимая, что произошло. — Это ж как нужно было постараться!

Захарченко молча посмотрел на меня, но ничего не сказал. Все и так было понятно.

— Куда именно выдвигается моя группа? — спросил Кэп.

— Вот сюда! — подполковник указкой показал на рабочую карту. — Квадрат «Ж-6», Пакистан. Там находится одна из повстанческих баз, где могут находиться американские инструктора, агенты ЦРУ, а также представители разведки других недружественных Советскому Союзу стран. Проникнуть туда нужно скрытно, иначе может быть спровоцирован международный скандал. Вероятность того, про передача техники будет там — минимальна, но не исключена полностью. Как вы это сделаете, решать вам самим. Если же от какой-то иной группы поступит сигнал, что аппаратура найдена, все группы выдвигаются туда и прикрывают отход. Главное, это не спровоцировать вооруженный конфликт на территории самого Пакистана. В случае критической обстановки выйти на границу с Афганистаном, там мы организуем эвакуацию.

Честно говоря, я не верил своим ушам. Это как же командованию не хочется, чтобы их «грязными трусами» махала иностранная разведка, что привлекают группу, у которой еще нет опыта в таких тонких делах. По словам Захарченко, нас отправят на самый маловероятный маршрут, куда духи могут и не пойти вовсе. Вроде как для того, чтобы исключить вариант и «заткнуть» дырку.

Наверняка, кому-то в Министерстве очень серьезно прилетело по шапке за такое халатное варварство. И в самом деле, глупость несусветная. Самим духам она и на фиг не сдалась, но найдутся те, кто за груз очень хорошо заплатит.

Зачем вообще нужно было тащить шифровальную аппаратуру в Афган, да еще и через серую зону? Ну симулировали бы боевые действия где-то на границе, погодные условия примерно те же. Для вида взорвали бы что-нибудь… О чем думал тот офицер в больших погонах, что подписывал приказ на все это дело? По сути, украденный «Закат» это и есть те самые «трусы», которые нужно было либо вернуть, либо уничтожить.

Захарченко ответил еще на несколько уточняющих вопросов, которые в основном задавал Кэп. Я слушал лишь краем уха — по собственному опыту знал, что для того, чтобы допустить подобное, нужно сильно постараться. Как говориться, звезды сошлись…