Корабль - Брандхорст Андреас - Страница 37

Старик что-то сказал, и через несколько секунд из устройства донесся звонкий человеческий голос:

– Для вас важен внешний вид?

«Переводчик, – удивленно подумал Адам. – И он не был сделан брутерами Кластера из системы Стрелец-94. Вероятно, Крисали собрали его сами. Но откуда у похожих на бабочек существ есть знания в области техники?»

Он спросил об этом старого Крисали и надеялся, что переводчик правильно распознает его слова.

– Я собрал его вместе с учениками и Помощниками, – раздался через какое-то время голос из устройства.

– У вас хорошие Помощники. Вы всегда говорите о них хорошо.

«Помощники…» – подумал Адам, отвернувшись от озера, и заметил, как через боковой вход в пещере появляется множество Крисали. Всего их двадцать семь, все – ученики, адепты седого старика с морщинистым лицом. В толпе были не только молодые Крисали, но и некоторые постарше, которые пошли между скал к берегу озера тем же путем, что и Адам. Другие полетели и приземлились на место, освещенное лампой. Последние двое переплыли озеро. Адам наблюдал за ними.

– Помощники… – задумчиво повторил он. – Они… были такими же, как я?

– Да, подтверждаю, такими же, как ты, – сказал старый Крисали. – Иди к нам, новый Помощник, говори с нами от всего сакрального сердца. Всегда говори хорошо. Говори с кораблем от нашего имени и сердца машины. Прекратите посылать огонь с неба. Прекратите!

Он крикнул последнее слово, а другой Крисали, его ученик, повторил за ним: «Прекратите, прекратите».

Адаму показалось, что среди щелчков и шипения он слышал громкий звук, похожий на слово «Кахалла»; переводчик интерпретировал его как «сакральное сердце».

– Вы хотите отвести меня к Кахалле, чтобы прекратить войну? – спросил он

– Да, конечно.

– Но до Кахаллы тысячи километров отсюда. – Он подумал, что Крисали, возможно, не знают слова «километр», и добавил: – Она расположена на другом конце планеты.

– Ложь, неправда, – прощелкал старый Крисали. – Отсюда есть путь до Кахаллы, который Крисали могут преодолеть за один взмах крыла. – После некоторого колебания он добавил: – Пожалуйста, пройди несколько шагов. Нам нужна помощь.

Озеро тянулось на множество километров и проходило сквозь четыре пещеры. Пока они шли по скалистому берегу, Адам узнал, что старого Крисали зовут Энроэль и он Хранитель своего народа. Судя по всему, его задача заключалась в сохранении знаний, накопленных до переселения его народа на Ретос, самый большой из шестидесяти четырех спутников Хауканда.

– Это происходило в течение пятидесяти поколений, – сказал Энроэль.

Это вряд ли могло успокоить Адама, но одно было совершенно ясно: до переселения Крисали обладали высокоразвитой культурой и посылали к другим планетам корабли, которые находил Кластер. Однако теперь, живя на Ретосе, они, казалось, потеряли свое технологическое наследие. Или по какой-то причине добровольно от него отказались. Теперь это наследие берегли лишь Хранители. Раньше, как рассказывал Энроэль, их были десятки или даже сотни, но теперь остался только он и двадцать семь учеников.

– Еще совсем недавно их было сорок, – подчеркнул старый Крисали. Но машины Кластера, копающие повсюду без уважения к священным местам, а затем борьба с темным кораблем убедили тринадцать учеников в том, что технологии, не достигшие определенного уровня, бесполезны и не стоит их охранять.

Пока они проходили через темную пещеру вместе

со стариком, а другие Крисали пролетали ее на крыльях, освещая путь лампами, которые отражались в водной глади озера, Говорящий с Разумом думал о произошедших событиях. Он вспомнил, как Крисали хотел убить его камнем. У того не было переводчика – устройство находилось только у Энроэля, – но тем не менее он смог понять те несколько слов просьбы о помощи, которые Адам выдавил из себя, и отнес его в лес. И поэтому Говорящий с Разумом вступил в контакт с Хранителем и его учениками. В конечном счете именно Энроэлю Адам был обязан своим спасением. Он отметил, что переводчик имеет замечательную конструкцию и работает на удивление хорошо. Говорящий с Разумом сообщил Энроэлю, что среди машин и механизмов есть те, кто обладает самостоятельным мышлением. Этим он, казалось, завоевал его доверие, и тот стал называть его Помощником. Но что стало с другими? И кто они были? Бартоломеус не упоминал о предшественниках Кластера, но у Адама со времени, когда он летал в системе Стрельца-94, возникли смутные воспоминания, что на Ретос летали другие Говорящие с Разумом. Однако он не знал, кто это был.

«Нас так мало, – подумал он. – Я должен их знать».

– А где остальные Говорящие с Разумом? – спросил Адам, когда они дошли до четвертой пещеры. Могу ли я поговорить с ними?

– Вы говорите хорошо, – прощелкал Энроэль. – Однако это невозможно. Они пропали.

– Другие Помощники пропали?

– Да, я и глазом моргнуть не успел. Они не последовали совету и ушли по неизвестному маршруту. Маршруту невозврата.

Теперь Адаму стало настолько любопытно, что он не нажал бы на кнопку экстренного возвращения, даже если мог бы это сделать. Хотя Хранитель и его ученики искусно сделали ему конечности и другие части тела, но коммуникатор, работающий как передатчик и необходимый для экстренного возвращения, по-прежнему работал плохо. Даже если бы он решился на возвращение, был риск неврологического шока, который его тело, находящееся на Земле в ванне с эмульсией, не пережило бы. Место Адама-солдата занял Адам-наблюдатель, появившийся из маленькой программы, которую Эвелин добавила к коду транспортировки. Он хотел узнать, почему исчезли другие Говорящие с Разумом. Как можно добраться до Кахаллы, находящейся на другой стороне планеты. Он что-то подозревал, но не смел делать самостоятельные выводы.

На другом конце озера забрезжил свет. Молодые летающие Крисали закрякали и начали садиться, а старые, ведомые Энроэлем, проворно пробиравшиеся по берегу между скал, быстро побежали через реку. Адам не мог за ними угнаться – из-за замены ноги его двигательный контроллер пришлось откалибровать.

Лежащие на мелководье валуны торчали из воды озера, как белые зубы. Дальше тянулся пологий склон, заваленный не камнями – их Крисали убрали в сторону, – а кусками металла и полимеров различных размеров и форм. Некоторые из них были сложены друг на друга, образуя серебристые или ржаво-коричневые холмики. Остальные были частично склеены между собой и занимали такую же территорию, как старая столица Грюндландии – Нуук. Дорога путников пролегала через гору металлолома, которую лампы освещали лишь частично. Впереди на расстоянии пятисот или шестисот метров виднелось нечто, что человеческий глаз принял бы за пасть огромного монстра. Однако визуальные датчики Адама, которые теперь получили достаточно энергии для работы, различили часть корпуса – остатки старого корабля. Энроэль пояснил, что это были обломки одного из «ковчегов», на которых предки Крисали прибыли на спутник Хауканда пятьдесят поколений назад.

Когда процессия достигла груды металла, которая, по-видимому, простиралась на четыре или пять квадратных километров, над ними по поверхности Ретоса словно прошли великаны. Земля подпрыгнула на несколько сантиметров, по системе пещер пронесся стон и грохот, а озеро забурлило и покрылось волнами. От высокого свода пещеры отрывались куски породы, падая с грохотом в воду. Последний летевший Крисали приземлился с кряканьем. Энроэль схватил Адама за руку и потащил за собой.

– Быстрее, быстрее! – прокричал он, и переводчик завибрировал. Вероятно, на перевод следующей фразы ушло слишком много времени: – Нужно поговорить. Остановить борьбу и не разрушать этот мир.

«Он ожидает, что я принесу мир на Ретос, – подумал Адам. – Но я не могу этого сделать. Я знаю, что не могу это сделать».

Они побежали по одной из троп, мимо древних, ржавых деталей машин, фрагментов полимеров и керамики, обрывков обшивки и пятиметровой горы шестеренок, из которой торчали два стержня, похожие на кривые стрелки сломанных аналоговых часов. Было видно, что кто-то пытался отсортировать технологическое наследие прошлого, если не по виду, то по форме и по цвету. Кое-где собранная здесь на протяжении веков и тысячелетий груда обломков сформировала монолитную стену.