Корабль - Брандхорст Андреас - Страница 22

– Что с ним произошло?

– Полагаем, это кристаллизация. Объект приобрел пластинчатую кристаллическую структуру и, соответственно, параллельные молекулярные цепи.

– Окаменел?.. Как длинные цепи в других пещерах?

– Не совсем. В объектах, о которых вы говорите, не может происходить реструктуризация. Видимо, там есть вещества, фиксирующие их в одном состоянии.

– Реструктуризация, – повторил Адам. – Это звучит… Это выглядит как заранее спланированный процесс.

– У нас осталось четыре минуты до истечения запасов энергии. Каково ваше впечатление?

Адам медленно обошел пьедестал. В некоторых местах пол скрипел.

– Как получилось, что вы только сейчас обнаружили эти пещеры? Ведь вы на планете уже триста лет?

– Мы и не искали, – ответил ассистент. – У нас были другие приоритеты.

– Создание Локального Кластера и расширение сети?

– Да.

– А энергопотери? Неужели вы не заметили их сразу?

– Аномалия по поглощению энергии возникла лишь три часа назад.

Адам остановился:

– Значит, это активно только три часа?

– Да.

– Что это значит?

– Неизвестно. Прикоснитесь к нему, Адам. Не к пьедесталу или к компонентам панциря. Прикоснитесь к мурийцу.

Адам протянул руку к одной из ног. Тактильные датчики сразу же отреагировали, зафиксировав легкую вибрацию и слабую вспышку над ногами, головой и телом: она загорелась и исчезла под высоким потолком.

– Это муриец забирает энергию? – спросил Адам, начав все понимать.

– Большую часть. Остальное поглощает его пьедестал.

– Вероятно, началась новая реструктуризация.

Стимуляторы разгоняли мысли Адама. До него стали доходить сообщения из базы данных. Он многого не понимал, но смог выделить нужную информацию и сделать из нее выводы.

– Панцирь этой станции управления… он еще активен?

– Да.

– А муриец… Может ли так быть, что он еще жив?

– Определенный вид кристаллизации может быть своего рода гибернацией – летаргическим сном, замедляющим процессы, – ответил ассистент.

– А энергопотери… Может ли это означать, что муриец проснулся?

– Локальный Кластер не исключает такой возможности.

Сейчас мысли Адама двигались быстрее. Это были не медленные и ленивые черви, как раньше казалось ему со стороны. Вместе со своим ассистентом старик снова медленно обошел пьедестал, наблюдая за панцирем и инсектоморфом внутри него.

– Если он просыпается, почему это происходит именно сейчас?

– Неизвестно.

– Связано ли это с сетью? С сигналами? – У Адама возникла новая мысль: – А может, это я его разбудил? – предположил он. – Муриец все еще находится в гибернации. Как ты это назвал? Еще сильнее кристаллизуется? Еще сильнее ждет реактивации, чтобы проснуться?

– После этих вспышек Локальный Кластер начал поиски.

«Вы здесь уже триста лет, – думал Адам. – И ничего при этом не искали. Кто этому поверит?»

Вероятно, старик, сам того не желая, произнес это вслух. Или они каким-то образом через закрытый канал соединили его с Кластером на Земле? Во всяком случае, ассистент заверил старика в том, что это правда.

Да, конечно, зачем машинам врать Адаму? Один из символов на пьедестале из этериума изменил очертания. Старик стал наблюдать, как его отверстие перемещается влево наверх, а затем начинает расширяться. Черта внутри круга сдвинулась в противоположном направлении и, казалось, поменялась местами с точкой.

– Возможно, – предполагал Адам, – отсюда муриец руководил обороной планеты Уриэль. Или стоял на ее страже. Но Мурия исчезла еще до Мирового Пожара.

– Мы считаем, что промежуток между этими событиями составил примерно пятьдесят тысяч лет, – сказал ассистент. – В то время как большинство народов погибли, мурийцы могли остаться в какой-нибудь отдаленной галактике.

Пятьдесят тысяч лет. Всего лишь «промежуток», как назвал это ассистент. Пятьдесят тысячелетий. Адам попытался представить, как изменилась за это время Земля. Это был примитивный мир людей, где отсутствовали машины и вообще какая-либо техника. Пятьдесят тысяч лет. Время достаточное, чтобы услышать, как бьется сердце планеты, увидеть движение континентов, то покрывающихся льдом, то освобождающихся от него.

Одна из мыслей в череде других задержалась в сознании Адама и привлекла его внимание.

– Раз здесь остался один муриец, который сейчас готовится к пробуждению, не значит ли это, что на планете Уриэль расположен вход в Каскад?

В его сознании кто-то шепнул: «Депозитум». Но этот шепот потонул среди других голосов в голове.

– Что вы порекомендуете, Адам?

Ответ уже готов. Именно для этого старик им и нужен. Именно за этим он здесь.

– Все имеющиеся ресурсы должны быть направлены на поиск подобных сооружений. Изолируйте найденного мурийца. Обновите протоколы связи. Сделайте все возможное, чтобы вступить в контакт с мурийцем… Что это? – прервал свои указания Адам.

Дальняя часть пьедестала из этериума изменилась. Символы выстроились в новом порядке и, казалось, стали плавать – этериум под ними сделался прозрачным как стекло. Адам подошел ближе и включил лампу, но свет быстро тускнел, вокруг сгущались тени.

– Критический порог достигнут, – ответил ассистент. – Нам нужно возвращаться.

– Подождите еще минуту.

Мигнул свет. Адам наклонился вперед. Движимый любопытством, старик прикоснулся к одному из символов, ожидая вновь увидеть вспышку над фигурой и панцирем. Вместо этого, несмотря на притупленные из-за энергопотерь аппарата ощущения, Адам услышал громкий хруст. Опустив взгляд, старик наблюдал, как на полу под ногами его фактотума двигается луч, рисуя узор из линий.

Адам провалился вниз.

«Эта шахта вырублена мурийцами миллион лет назад? Или же это естественная пещера?» – размышлял Адам, эмоционально отстранившись от произошедшего.

Он попробовал прозондировать шахту с помощью датчиков, но не смог проанализировать полученные данные. Удар был такой силы, что сломал ногу и повредил сервомоторы в задней части фактотума. Адам не мог самостоятельно подняться. Десять секунд свободного падения. Он сейчас на глубине около четырехсот пятидесяти метров – на планете Уриэль гравитация несколько меньше, чем на Земле.

Адам продолжал лежать в темноте, которую не могли разорвать сенсоры. Он отправил отчет о состоянии, но отметил, что телеметрическая связь отсутствует. Может, это и есть дефект коммуникативного модуля?

Настроив дальность работы визуальных датчиков, Адам посмотрел наверх, но не увидел и крошечного пятна света. Даже без телеметрии ассистент знал, где находится старик. Он сообщит, что произошло, другим сервомеханизмам и Кластеру. Спасатели, несомненно, уже в пути. Но успеют ли они? Заряд энергетической клетки Адама продолжал падать. Остается всего несколько минут до того, как он потеряет сознание.

В темноте над Адамом что-то зашевелилось, подул воздух. Старик полагал, что это были сервомеханизмы, однако он ошибся – что-то обрушилось на него сверху, придавив ноги и тело. Лишь голова и шея остались неповрежденными. Фактотум работал только благодаря простому конденсату разума – это гарантировало защиту сознания.

После перестройки Адам получил информацию о своем состоянии. Ему стало ясно: он потерял критически много энергии. Оставалось только одно: экстренное возвращение.

Адам сконцентрировался на тонкой линии квантового канала связи, соединяющего его с коннектором базовой станции и, соответственно, с Землей. Говорящий с Разумом направил весь оставшийся заряд энергетической клетки в канал. Его пронзила боль.

Старик путешествовал по каналу, пребывая не в сладком транспортировочном сне, а в страшных удушающих объятиях агонии.

– Ты вернулся, Адам. Ты снова с нами. Будь спокоен. Мы позаботимся о тебе.

Голос тих и необычно приглушен, однако старик узнал его и разобрал слова.

– Барт?

– Да, Адам.

– Я должен тебя кое о чем спросить. Это важно.