Спасибо за обман (СИ) - "NeTa" - Страница 42

Она говорила медленно, стараясь отвлечь внимание на себя, чтобы дать возможность Тамаре опомниться и отойти с ребёнком дальше от неадекватной женщины. Лариса, казалось, забыла о том, что за её спиной находился сын и соперница, до того была поражена появлением свекрови, которую узнала сразу: Арай был очень похож на свою мать.

— Я копила на квартиру среднему сыну, — начала лепетать она, чувствуя тот же страх перед ней, какой всегда был и перед собственной матерью. Пытаясь оправдать себя за обман, быстро кивала, пожимала плечами, словно не понимала, почему её осуждают. — Не для себя же старалась. Вы же должны понять меня, как мать. А он ушёл от нас, бросил меня с детьми, не платил…

— Хватит нести чушь, — строго пресекла Ануш нытьё Ларисы. — Сейчас вызову полицию, пусть тебя накажут за нападение с нанесением побоев, а ещё лучше проверить бы на вменяемость. Может, дурка по тебе плачет?

Она заметила резкое движение Саши, который удивлённо посмотрел на неё. Его глаза наполнялись слезами, он чуть покачал головой из стороны в сторону, словно просил не делать этого. И Тамара, которая стояла рядом с ним, повторила такой же жест. Ануш не знала, почему они против её предложения. Могла только предположить, что ребёнку жаль собственную мать. Он уже готов был разрыдаться, дрожал и прижимал к себе щенка.

Ануш сунула сумку совершенно потерянной женщине и сказала:

— Иди отсюда, пока Арай не пришёл, и сам не вызвал полицию. Не хочу для него неприятностей и такого стыда. Но не думай, что всё это сойдёт тебе с рук. Сюда направлена уличная камера над входом в клинику, и все твои действия зарегистрированы. Я приложу все силы, чтобы ты больше не появилась в жизни семьи моего сына. Пошла отсюда. Быстро!

Лариса, едва слышно завывая, размазывая макияж по лицу, поспешила почти бегом в сторону остановки. Она уже забыла, что собиралась на медосмотр, не помнила, почему оказалась в этом месте. Лишь испытывала ощущение дикого страха перед тюрьмой или другими последствиями собственных действий, жуткой обиды на весь мир и бесконечной жалости к самой себе. И в то же время её переполняло чувство полного удовлетворения, потому что смогла «победить» соперницу. Эта маленькая радость согревала её, придавала значимости и уверенности, но ненадолго. Снова возвращалось осознание того, что могла бы сейчас уже находиться в каком-нибудь отделении полиции.

«Это — не Арая дразнить, — думала Лариса, плюхаясь на сиденье автобуса, увозившего её в сторону правого берега. — Старая грымза припёрлась, ещё неизвестно, чем всё это кончится. Да неужели Арай будет связываться с полицией? Это же стыд для него: бывшая супруга ввязалась в драку с новой женой. А для меня не стыд? Вот ещё! Но бабка права, лучше не показываться им на глаза. К чёрту их всех. Лишь бы только не дали делу ход, а то так и на работу нигде не возьмут. Работа! Я забыла! А, ладно, завтра ещё есть время».

В её мыслях не было места маленькому мальчику. Она ни разу не вспомнила о младшем сыне…

Немногочисленные посетители частного медицинского учреждения спускались и поднимались по лестнице. Каждый был занят своими проблемами и здоровьем.

Когда Арай с отцом вышел из клиники, очень удивился, увидев, что все мирно сидят на скамейке. В середине находился Саша, у которого на коленях лежал Коржик. А по бокам — женщины, которые держали мальчика за руки, и спокойно о чём-то разговаривали. Тамара, заметив его, улыбнулась и спросила, не дожидаясь, когда они приблизятся:

— Порадуете нас чем-нибудь? А то мы тут… заждались вас.

— Порадуем, можно и так сказать, — грустно усмехнувшись, ответил ей муж. — Врач сказал, что возможно отец будет видеть только одним глазом. Не больше тридцати процентов. Вот так.

— И это-то хорошо, — сказал пожилой мужчина. — У нас мне отказали вообще. А тут! Хоть увижу сына и внука перед смертью.

— Пап, хватит. Что ты заладил о смерти? Чуть за восемьдесят всего-то.

— Совсем не чуть, — подала голос Ануш. — Поехали домой, пожалуйста, устала я что-то.

— А как же обследование? — удивился Арай.

— Да чего я там не знаю? Всё одно и то же — старость. Поехали, а?

На обратном пути он обратил внимание, что все, кто сидел на заднем сидении, выглядели не просто уставшими, а измученными. Даже Саша привалился к Тамаре и уснул, как и его щенок. Женщины казались бледными, но Арай списал это на яркий дневной свет.

Когда все вышли из машины в старом тихом дворе, он взял спящего ребёнка на руки и негромко предложил родителям зайти в гости. Однако, услышав, что семья сына живёт на четвёртом этаже, они отказались.

— Но вечером я зайду к вам, надо больше находиться на свежем воздухе, хотя он у нас не очень-то хорош.

— Да, тяжело дышится после горной местности, — вздохнув, подтвердил отец Арая, протягивая руку к жене. Ануш взяла его под локоть и повела к подъезду, не ответив сыну. Но перед ступеньками оглянулась и молча кивнула. Её муж тоже обернулся и, глядя перед собой, сделал встречное предложение. — Заходите лучше вы.

Тамара несла Коржика и чувствовала, что её тоже клонит в сон.

«Я бы подумала, что у меня лёгкое сотрясение мозга, но вряд ли это так: голова бы кружилась. Скорее всего, стресс сыграл свою роль. Слишком много всего произошло за один день, — думала она, преодолевая ступеньку за ступенькой, глядя, как легко идёт впереди Арай с сыном на руках. — И всё же есть надежда, нет, даже уверенность, что эти головорезы больше не появятся на моём горизонте. А Лариса? Тут нет нормальных слов. Не хочу представлять, догадываться, придумывать, как его угораздило выбрать такую женщину. Любил ли он её? Если б не любил, не женился бы. Наверное, она не всегда была такой… Боже! Кто бы говорил, но только не я. Сама десять лет прожила с человеком, который обманывал меня во всём, с самого первого дня! Не мне судить Арая».

Младшие члены семьи отдыхали, взрослые сидели на кухне. Арай обедал, нахваливая кулинарные способности жены. Она сидела напротив него и с улыбкой слушала. Потом предложила ему:

— Давай тоже немного вздремнём? Может, погода меняется, прямо засыпаю на ходу.

— Ты ложись, а я пока просмотрю кое-какие документы. Ещё надо с юристом связаться, обсудить некоторые моменты. Отдыхай, а то вечером снова в догонялки играть.

Тамара прошла в спальню, переоделась в шорты и футболку, потом легла, удобно устроившись под покрывалом. Закрыла глаза, и перед ней замелькали картинки сегодняшних событий. Тут было и сине-фиолетовое лицо здоровяка; и жуткий взгляд Бека, и его указательный палец, который то ли грозил, то ли предупреждал; растрёпанная Лариса, цепкой хваткой державшая Сашу, а потом убегавшая в слезах; и Ануш с её прямой осанкой, высокомерным изгибом тонких губ и презрительной манерой говорить. Всё это кружилось, менялось местами, скручиваясь в воронку, а потом наступила темнота…

Арай просматривал результаты анализов отца, которые уже пришли на электронный адрес. Изображение было мелким, но всё же он разобрал, что некоторые показатели превышали норму. И уж собрался поинтересоваться у мировой паутины, опасны ли такие отклонения, когда к нему подошёл сын. Саша выглядел взволнованно, словно и не спал вовсе.

— Папа, если я тебе что-то расскажу, ты не будешь считать меня ябедой? Пока Тамара спит, — тихо произнёс он.

Последние слова мальчика очень удивили Арая.

— А с чего ты взял, что она спит?

— Я видел её в спальне. Ты не заметил, как я в туалет ходил. Так я не стану ябедой, если расскажу?

— Не станешь, это точно. Что случилось, Сандро?

Ребёнок начал сбивчиво говорить о том, как появилась его мама там, где они играли с Коржиком, и набросилась на него, потом на Тамару, как ударила её сумкой, кричала, обзывалась, обещала убить.

— А я закричал, что она чужая мне, и не мама совсем. Было так страшно, пап. А Тамара не испугалась, она меня защищала. А потом бабуш-Ануш стала ругать маму, очень строго ругала, я даже её забоялся. И она сказала маме, что её надо в дурку отправить. — Саша перешёл на шёпот, Арай еле слышал его. Сын взял его за руку и сильно сжал пальчиками. — Папа, пожалуйста, не надо её в дурку. Там плохо. Там будут бить, привязывать к кровати и заставлять есть. Или водой обольют и в подвал закроют, а там крысы покусают.