Красная маска, синяя маска - Лан Ань Ни - Страница 35

Хэ Ланфэн уносила принца все дальше и дальше от места битвы. Перескакивая с ветки на ветку, она почти что летела. Ветви и листья мелькали у Сун Жуланя перед глазами, но ему было некогда восхищаться красотами леса. Он неотрывно наблюдал за Хэ Ланфэн. Девушка предупредила: далеко ей не уйти. Как только она почувствует, что вот-вот потеряет сознание от боли и усталости, она опустит его на землю. И дальше уже принцу придется нести ее.

Погони за ними не было. И это беспокоило.

– Как вы думаете, что это были за демоны? – спросил Сун Жулань.

– Это вовсе не демоны, – прохрипела Хэ Ланфэн. Принц в этот раз казался ей непомерно тяжелым, ей было так плохо, что по щекам ручьями текли горькие слезы, но делать было нечего. – Они полны энергии ян. Возможно, они служат кому-то из небесных чиновников.

– Значит это еще хуже. Небесные божества думают, что я направляюсь в Байху на встречу с братьями. Потому и хотят меня убить. Неужели они не видят, что все дело в жетоне? В спасении людей?

Ланфэн фыркнула. Когда уже Сун Жулань перестанет быть таким наивным?

Темное покрывало ночи опустилось на землю. Тучи скрыли звезды. Лишь души умерших, словно светлячки, озаряли путь для Сун Жуланя, показывали ему дорогу. Он неумолимо шел вперед и тащил на спине Хэ Ланфэн. Мечница не смогла унести их далеко. В конце концов, она не вынесла боли и потеряла сознание.

И с тех пор Сун Жулань заботился о ней. Принц ощущал слабое дыхание девушки на своей коже. Руки ее, обнявшие его за шею, были ледяными. Юноша напрасно пытался согреть их то в одной ладони, то в другой. Все его тело представлялось принцу как одна большая рана, он с трудом волочил ноги, то и дело спотыкался. Но все же у Жуланя не было выбора, он мог лишь идти вперед. И готов был идти всю ночь напролет. Поблизости не было ни одной живой души, за полосой деревьев принц не видел ни одного деревенского фонаря. Похоже, жители этих мест все еще прятались за стенами крепостей, опасаясь цзянши. В иной раз Сун Жулань рискнул бы провести ночь в лесу, но время Хэ Ланфэн неумолимо уходило. Ей нужно было лекарство. Жизненно необходимо! Возвращаться в Яньди не было смысла. Оставалось только следовать по пути в Синьчжэн. Принц еще не думал о том, что будет делать, если ворота города окажутся закрытыми. Впрочем… Он может попытаться подкупить стражу. Или пройти сквозь ворота, как в Яньди. Сун Жулань был полон решимости отыскать даже самого бога врачевания, лишь бы только бессмертная госпожа поправилась. Вот только боги были глухи к мольбам. Боги и вовсе желали ему смерти. Как он был самонадеян, думая, что сможет добраться до Байху! Как он был глуп, решив, что это так просто! Но никто не заставит его сдаться. Никто и никогда!

Огоньки кружились вокруг юноши, озаряя землю и темные кроны деревьев. Их свет отгонял диких зверей. Нежные голоса предупреждали принца о любой опасности, а в остальное время призраки детей переговаривались между собой, спорили.

– Какая беспросветная ночь! Ни одной звездочки.

– И ни дуновения прохладного ветерка!

– Такая ночь – лучшее время для чудовищ.

– Ты-то чего боишься, раз уже мертв?

– Говорят, таоте[41] столь ужасны, что и призраками не побрезгуют. Боишься? Боишься?

– Я ничего не боюсь, когда рядом наш господин.

Сун Жулань фыркнул. В подобном состоянии он и себя-то не сможет защитить. Принцу хотелось рыдать от отчаяния и рвать на себе волосы, вот только руки были заняты. Его тело, обе его души страдали. Сколько он еще сможет пройти? Как скоро доберется до столицы? Когда же уже закончится эта ночь?

Шаг за шагом он двигался вперед. Он не мог остановиться.

– Господин! Господин наш! Берегитесь! Впереди кто-то есть! И это не смертный! – вскричали призраки, заставив Сун Жуланя встрепенуться. Вот-вот снова кто-то попытается его убить!

– Цзинлин! – призвал юноша призрачный меч.

– Молодой господин Сун? Так ты меня встречаешь? – Посреди дороги возникла Ли Мэй. Ее рыжие хвосты чуть светились и покачивались из стороны в сторону. В руках она держала большой фонарь.

Призраки детей завизжали и мигом спрятались за спину принца. Его меч завис в воздухе, намереваясь атаковать.

– Сестрица Ланфэн! – Ли Мэй была в ужасе. – Что с ней? Что с ней?

Она было бросилась к подруге, но пылающий меч ринулся вперед и замер прямо у ее горла, ни цуня[42] свободного пространства не оставил. Лисица округлила глаза.

– Это же я! Ли Мэй! Что же ты делаешь, будущий повелитель демонов?! Смерти моей захотел?

– Оставайтесь на месте! Как я могу быть уверен, что вы правда госпожа Ли Мэй? Быть может, вы пришли, чтобы убить нас. Ответьте! Сколько раз бессмертная госпожа спасала Ли Мэй жизнь? И как я узнал об этом?

– Трижды. И мы с сестрицей Ланфэн сами тебе об этом поведали. А прежде я пыталась тебя съесть, но сестрица не позволила. Если бы я знала, что однажды ты будешь угрожать мне расправой, съела бы, не раздумывая. С потрохами! – обиженно надула губы лисица.

Призрачный меч растворился в воздухе.

– Простите меня, госпожа Ли! За последние несколько дней нас то и дело пытались убить. Я уж и не знаю, что думать…

– Забудь, забудь! – махнула рукой Ли Мэй. Она в мгновение ока преодолела расстояние, разделявшее ее и принца, и схватила мечницу за руку. – Что с сестрицей Ланфэн? Ее сердце едва бьется!

– Она отравлена трупным ядом, а лекарство исчезло. И еще госпоже пришлось сражаться, потому она совсем ослабела.

– Беда, беда! – вскричала Ли Мэй. – Ингредиенты для противоядия можно найти только в мире смертных.

– Потому я и несу госпожу в Синьчжэн. Поблизости нет людей, некого просить о помощи, – вздохнул Сун Жулань.

– До города еще далеко, сестрица умрет прежде, чем ты доберешься до места. Сестрица Ланфэн и правда может умереть! Она истощена, еле дышит. Но, к счастью, прабабушка одолжила мне лисий паланкин. Он донесет нас до столицы Хань в два раза быстрее.

Ли Мэй поставила фонарь на землю и взмахнула широким рукавом. Прямо из ниоткуда перед ней возник большой кроваво-красный паланкин. Его никто не держал. Он завис прямо в воздухе! С губ Сун Жуланя сорвался вздох восхищения. Внутри паланкина все было таким же красным, как и снаружи. Желтые лисьи огни отбрасывали свет на разложенные по углам подушки.

– Давай я помогу уложить сестрицу Ланфэн. Осторожнее…

– Но госпожа Ли… Как же мы полезем в паланкин вашей прабабушки? У меня вся одежда в грязи…

– Подумать только! Благовоспитанный будущий повелитель демонов! Бывает же такое! – Ли Мэй взмахнула другим рукавом, и наряд Сун Жуланя мигом преобразился. Грязные, изодранные одежды сменились чистыми, светло-синими, сшитыми из нежнейшего шелка. Одежда Хэ Ланфэн тоже изменилась, стала белоснежной.

– Вот это да! – Сун Жулань с восхищением разглядывал искусно расшитые рукава своего нового верхнего одеяния. На них были вышиты зеленые языки пламени. – Благодарю вас!

– А теперь помоги уложить сестрицу Ланфэн. Вот так, осторожно! Голову – на подушку. Укрой ее. И меч рядом положи. Прекрасно! Как тебе идут эти одежды, молодой господин Сун! Прабабушка сказала, что у повелителя должно быть все самое лучшее. Я сама выбирала ткань. Это шелк, который ткут на дне Восточного моря цзяожэни[43]. В мире смертных за него можно купить целый город.

Юноша был потрясен. Если эта одежда стоила целое состояние, мыслимо ли носить ее в путешествии? Лисиц, однако, это не заботило.

– Старая госпожа Ли очень добра! И вы тоже, госпожа Ли Мэй!

– То-то же! В следующий раз думай, прежде чем наставить на меня меч, – фыркнула лиса. – Полезай в паланкин.

Сун Жулань напоследок низко поклонился призракам.

– Благодарю вас за помощь!

– Мы и дальше будем следовать за господином, – ответили они. – Мы надеемся, что господин достигнет своей цели.