Полутораглазый стрелец - Лифшиц Бенедикт - Страница 173

13 Ср. у Чуковского: «Будетляне охотно навещали меня в моем уединении в Куоккале, читали мне свои опусы в рукописях, публично выступали вместе со мною в разных аудиториях и пр.» (МВС, с. 116).

14 Здесь Лившиц использовал определение, данное Д. Философовым статьям Чуковского о футуризме: «И спасибо К. И. Чуковскому. Он проделал очень необходимую и своевременную работу «…·. Он мужественно исполнил роль ассенизатора, увлек публику своей «шампанской» речью, за что и был вознагражден „громом аплодисментов"» (ПЖРФ, с. 128—129; впервые — «Речь», 1914, 13 января; ср. также фельетон С. Яблоновского о лекции К. Чуковского, «Шампанское в плошку» — «Русское слово», 1913, 25 октября).

15 Вероятно, речь идет о лекциях Чуковского 13 октября или 5 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. (ср. КЧ, с. 223). Однако здесь Лившиц пересказывает основные положения своей заметки «Дубина на голове…»:

661

«Чуковский, объявив Хлебникова гениальным «…· делает неожиданно-крутой выверт. Хлебников оказывается явлением случайным, никакими связями с русским (и, вообще, со всяким) футуризмом не связанным, нисколько для него не характерным. Конечно, только совершенное непонимание поэзии Хлебникова, только принижение его гениального словотворчества до уровня простых суффиксологических опытов может привести к подобному выводу» (ПЖРФ, с. 103). Впоследствии в примечании к своим ранним статьям о футуризме Чуковский отметил: «Должен сознаться, что в то время я недооценивал Хлебникова» (КЧ, с. 254).

16 В своих лекциях Чуковский цитировал ст-ние Крученых «Я жрец, я разленился…»: «На теплой глине // испарь свинины // и запах псины // лежу, добрею на аршины» (сб. «Союз молодежи», 1913, № 3, с. 69). См. отчет о первой лекции Чуковского: «Поэзия Ал. Крученых — поэзия… плевка. Ему на все наплевать… В то время, как Игорь Северянин — поэт из Гостиного двора (а не из гостиной), г. Крученых не желает «грациозиться». Там романтика, здесь фырканье. Первые птенцы в мечтах, вторые — «лежат и греются близ свиньи». Свиньи и навоз — такова жестокая парфюмерия г. Крученых, этого „свинофила"» («День», 1913, 6 октября; ср. КЧ, с. 219). Ср. также отзыв Маяковского, выступившего на четвертой лекции Чуковского: «Вашу старую парфюмерную любовь мы разлюбили, я люблю «грязную» поэзию Алексея Крученых, — восклицает г. Маяковский и заканчивает так: — Чуковский не может понять поэзии футуризма, ибо не знает ее основ. Поэты — мы» («День», 1913, 8 ноября). Автор «дыр-бул-щела» (правильно: «дыр-бул-щыл») — А. Крученых. Грезоги — неологизм Хлебникова из ст-ния «Нега-неголь», лебедиво — неологизм из его ст-ния «Кузнечик» (СП, lI, 15, 37).

17 Вопреки этому позднему утверждению, сам Лившиц писал в указанной заметке: «Автор «дыр-бул-щыл»'а — поэт небезынтересный, с довольно острым пониманием момента» (ПЖРФ, с. 102). Д. Бурлюк, по свидетельству его жены, «очень ценил необычайную остроту критического анализа, отличавшего А. Крученых во время его тогдашних выступлений» (Бурлюк Д. Д. Фрагменты из воспоминаний футуриста. — ГПБ).

18 Лекция Д. Бурлюка под названием «Пушкин и Хлебников» («Ответ гг. Чуковским»), устроенная «в пользу Орловского землячества при СПБ. Политехническом институте», состоялась 3 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. в Тенишевском училище (см. тезисы: ПС-I, с. 181). О лекции см. в отчете: «Ужасны пушкинианцы, которые превратили поэта в идола, сделали из него учебный гербарий и литературные мощи. Пушкин — «…· «это мозоль русской поэзии». Он для нас устарел, и нам достаточно знакомиться с ним в отроческом возрасте. Настоящая глубина у Пушкина разве только в «Египетских ночах», все же остальное — мель. Мы, — подводит лектор итоги под громкий смех аудитории, — находимся к Пушкину под прямым углом. Совсем не то Хлебников. Это мощный, необычный, колоссальный, гениальный поэт, и этого не чувствуют только те, кто не способен оценить вазу, вне мысли о том, что налито в нее» («Речь», 1913, 4 ноября). На этой лекции присутствовали Маяковский и Крученых. Д. Бурлюк повторил свою лекцию на ту

662

же тему в Политехническом музее в Москве 11 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. на вечере «Утверждение российского футуризма». Второй доклад — «Достижения футуризма» — прочитал Маяковский. См. в отчете: «„Виктор Хлебников — ваятель неологизмов, филологически правильно поставленных. Это поэт, от одного имени которого Русь содрогнется». Публика весело смеялась, требовала показать ей «ушкуйника». Новоявленное чудо оказалось молодым человеком в сереньком костюмчике… Читали и «слововерти» и «перевертни» б«ратья· Бурлюки, Василий Каменский, Маяковский и «ушкуйник» Хлебников, которого невозможно было расслышать» («Русское слово», 1913, 12 ноября; см. также Катанян 1985, с. 75—76 и НП, с. 466—467). «Серов и Репин — арбузные корки… »— эпатажное заявление Д. Бурлюка во время второго доклада в Москве (11 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·.).

19 Ср. с репликой из публики на «Вечере речетворцев» (13 октября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·.): «Какая у нас температура сейчас? — интересуется кто-то из публики» («Русское слово», 1913, 15 октября).

«st1:metricconverter w:st="on» productname="20 См"·20 См«/st1:metricconverter·. письма в редакцию газеты «День» студента В. Суходольского от 14 и 23 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. и отклики на них от 20 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·.

21 Линдер Макс (Г.-М. Лёвьель, 1883—1925) — популярный французский киноактер, эксцентрический комик, находился в Петербурге с 21 по 28 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. Верхарн Эмипь (1855—1916) — известный бельгийский поэт, находился в Петербурге с 22 по 26 ноября «st1:metricconverter w:st="on» productname="1913 г"·1913 г«/st1:metricconverter·. О резко отрицательном отношении Хлебникова к газетной шумихе вокруг и имен «знаменитых гостей» и восторженной реакции на них русской публики см. в его листовке, связанной с приездом Маринетти в Россию, написанной при участии Лившица, где дни их пребывания в Петербурге названы «позорными днями» (см. гл. 8). См. также в воспоминаниях В. Пяста «Встречи», с. 267—268.