Наследник чародея. Школяр. Книга первая (СИ) - Рюмин Сергей - Страница 55

Шмель засмеялся. Он работал в другом отделе. У него были другие задачи.

Василий Шмелев, сын директора областного Дома быта, ходил, в отличие от других сотрудников Управления, только в костюме индивидуального пошива, имел в собственности автомобиль «ВАЗ-2106», а по характеру службы занимался противодействием незаконного оборота драгметаллов, а по факту курировал ювелирные магазины Изумруд' с филиалами.

Если нужно было достать дефицитную ювелирку да еще и по государственной цене, в Управлении обращались к Ваське Шмелю. Надо сказать, что Шмель в помощи никому не отказывал и за свои услуги ничего никогда не требовал. А с учетом того, что даже обручальные кольца не всегда можно было купить даже по загсовскому «приглашению», Шмель всегда был востребован.

Сам Василий парнем был компанейским, не подлым, приятельствовал практически со всеми. Только вот спиртным он иногда перебарщивал.

— В дом отдыха собираемся, — вдруг сообщил Шмель. — Батя путевку презентовал.

— Во как! — с деланной завистью восхитился Игорь. — Нам так не жить.

Шмель сидел, курил, пытаясь продолжить разговор. Игорь с Денисом отмалчивались. Василий переходил с одной темы на другую, но поддержки не встретил. Наконец он поднялся, буркнул:

— Сразу бы сказали, что пообщаться надо. А то сидели, сиськи мяли…

И ушел, посвистывая. Денис посмотрел ему вслед, хмыкнул:

— Да, жизнь неравна.

— И что? — пожал плечами Игорь. — Всё это до поры, до времени. А как начнут за результаты спрашивать, так ему никакой батя не поможет.

— Ладно, — подытожил Денис. — Так что насчет парнишки-то? Может, встретимся с ним, пообщаемся?

Он поправил галстук, ослабляя узел, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. В любую погоду руководство Управления обязывало всех сотрудников носить костюмы в обязательном порядке. В жару некоторые сотрудники под пиджак одевали рубашку с коротким воротником. А если надо было выйти на улицу, пиджак с галстуком оставался в кабинете. Разумеется, если выход был «неофициальным».

Даже примета родилась: если сотрудник появлялся на работе в каком-нибудь свитере, а не в пиджаке с галстуком, значит, он находился в отпуске.

— Хомяку не скажем? — уточнил Игорь.

— Конечно, — согласился Денис и добавил. — Зачем лишний раз беспокоить занятого руководителя? У меня, кстати, к твоему парнишке есть один вопросик личного характера.

— Ну, кто бы сомневался?

Глава 31

Споры, драки и раздоры

На следующий день я встал поздно, в девять утра. До этого побудка у меня была стабильно в семь, ну, максимум, в семь пятнадцать, чему активно способствовал наставник. Дескать, по его мнению, утренняя физзарядка — наше всё! В здоровом теле — здоровый дух! Подъем и бегом на стадион.

А тут я вчера, точнее, уже сегодня, до трех часов ночи я читал самый толстенный в 400 страниц справочник по лекарственным растениям. Читал вдумчиво, тщательно проговаривая вслух латинские названия трав. Герис потребовал. Куда деваться?

Я с некоторой дрожью подумал, что впереди у меня книги по биологии и ветеринарии.

После необходимых утренних процедур одел треники, футболку, кеды и выскочил во двор с намерением добежать до стадиона, сделать четыре или пять кругов в зависимости от настроения, поотжиматься, поподтягиваться на турнике, качнуть пресс. Потом позавтракать, позаниматься с наставником. Да еще тёте Маше обещал соседа навестить. Ближе к обеду я планировал нанести визит в больницу, maman покормить. Еще бы сообразить, чем покормить? Дома ничего кроме сыра и яиц не было.

На лавочке уже дежурил наряд старушек в составе трех единиц во главе с тетей Машей, которую уже теперь и старушкой назвать было невозможно даже с большой натяжкой.

— Здрасьте, теть Маш! Здрасьте, теть Клава, Здрасьте, теть Тань!

Бабульки в ответ тоже поздоровались, закивали головами. Более того, они даже привстали при этом!

Совершенно бездумно, на автомате я швырнул в них, словно стряхнув воду с пальцев, в тетю Таню и тетю Клаву «хвост ящерицы», заклинание регенерации. Ну, а что, негоже бабулькам от тети Маши выделяться! Авось не жалко.

— Я попозже зайду, тёть Маш, — многозначительно сообщил я. — После завтрака. В общем, через часок, как вчера договаривались.

— Спасибо, Антон! — отозвалась тётя Маша.

Я трусцой направился к стадиону по улице вдоль парка. У цыганского дома на лавочке сидела кучка подростков в разномастной одежке попугайских расцветок. Один из них, увидев меня, поднялся, поспешно затоптал окурок и скрылся в подъезде.

Где-то в глубине души сразу возникло нехорошее предчувствие, правда, практически тут же исчезнувшее. Наоборот, меня вдруг охватила веселая злость. Сто процентов, на обратном пути меня «группа товарищей» будет ожидать. Достали! Огребут по самое не балуйся!

С таким боевым задором я добежал до стадиона. Увы. Позаниматься в одиночестве на этот раз мне не удалось. На футбольном поле вовсю шла тренировка местной футбольной команды с редким названием «Химик».

Я мысленно махнул рукой и побежал по гаревой дорожке вдоль поля. Всё равно никому не мешаю. Футболисты тренировались, а не играли, в конце концов!

Когда я пробегал где-то середину третьего круга вокруг поля, на дорожку вышел коренастый, с голым торсом, коротко стриженый парень с рельефной мускулатурой, ростом на полголовы выше меня. Он протянул руку, пытаясь меня остановить, и потребовал:

— Пионер! Иди, бегай в другом месте! Играть мешаешь!

И при этом попытался ухватить меня за плечо. Я увернулся. Мышцы сработали рефлекторно: захват кисти, доворот, шаг в сторону и за спину.

Футболист вскрикнул, падая на колени. Я завернул ему руку за спину, обозначил удержание и вполголоса на ухо сообщил:

— Будешь дергаться, сломаю руку!

Я отпустил его руку и побежал дальше — по дорожке вдоль поля. Краем глаза увидел, как к футболисту один за другим потянулись другие игроки. Он им что-то сказал, махнув в мою сторону рукой. А я был уже на другой стороне поля.

Когда я совершил круг, на моем пути стояла почти вся футбольная команда. Я вынужденно остановился. Футболисты подошли ближе, встали полукругом.

— Э, пацан! — навстречу мне выступил один из них. — Ты не оборзел, часом?

— А ты за него заступиться решил что ли? — ответил я, кивая в сторону обидчика. — А то он сам, болезный, за себя постоять не в состоянии?

— Ты базар фильтруй! — мой обидчик подошел ко мне и попытался ударить меня кулаком в плечо. Я легко увернулся, поддернул его руку на себя, коварно забыв убрать ногу, об которую он ударился голенью и упал. Футболист взвыл и, растирая ногу, попытался подняться.

— Ну, что ж ты так неаккуратно-то? — весело улыбаясь, спросил я.

Можно было, конечно, всю толпу спортсменов, окруживших меня, запросто нейтрализовать каким-нибудь хитрым конструктом, типа «поноса». Но в их аурах совершенно не было агрессии: любопытство — да; интерес какой-то непонятный — был; веселье — да. Даже у этого, так называемого зачинщика, аура была светлой, без всякой черноты и злобы.

— Что тут происходит? — кто-то вдруг поинтересовался сзади меня. Сурово так спросил, авторитетно. Толпа футболистов схлынула. Сзади стоял невысокий пожилой человек в белой рубашке с коротким рукавом и наглаженных брюках. По внешнему виду, ну, совсем не спортсмен. Однако его появление футболистов изрядно если не напугало, то точно утихомирило.

— Да, вот тут пионер нарывается… — попытался ответить зачинщик. — Прямо в драку лезет, Виктор Васильевич! Мы вот бегаем, разминаемся, тренируемся…

— Так уж и в драку, — засмеялся старичок. — Знаю я тебя, Савельев.

— Ну, а чё они? — я решил подыграть. — Я тут бегаю, никого не трогаю…

— Ладно, — старичок перестал улыбаться. — Драться нехорошо. Силой решили померяться?

— Да ладно, — Савельев сдал назад. — С пионером силой меряться…

— А что, страшно стало? — буркнул я.