Заманчивое предложение - Смит Кэтрин - Страница 31

Рейчел призадумалась. Не может быть, чтобы Брейв так расстраивался из-за какой-то мигрени.

– Он и Брейва лечит от какого-нибудь недуга? – Анабелла пожала плечами:

– Насколько мне известному моего сына превосходное здоровье.

Рейчел уловила нотки облегчения в голосе графини и подумала, что следовало бы задать вопрос по-другому, но, получив такой ответ, обрадовалась и не стала больше ни о чем расспрашивать. Анабелла, несомненно, что-то скрывает, но не близкую смерть Брейва.

– Ты, пожалуй, права, – сказала Анабелла, поднявшись с камня. – Сейчас самое подходящее время поймать моего сына. Не хочешь ли вернуться домой?

– С удовольствием. По крайней мере, познакомимся поближе. – Рейчел тоже поднялась.

– Отлично. Я хотела бы узнать, как вы с Балтазаром встретились.

«А я хотела бы узнать побольше о Балтазаре».

Ответив Анабелле улыбкой на улыбку, Рейчел отвязала кобылу и подвела к камню, собираясь сесть в седло. Возвратиться домой вместе с матерью Брейва было весьма разумно, особенно если доктор Фелпс еще не уехал. Возможно, он скажет ей, что происходит с Брейвом. Как-никак она теперь графиня.

– Итак, как вы с ним встретились? – спросила Анабелла, когда они бок о бок ехали по лесной тропинке.

– Он вытащил меня из Уика и спас мне жизнь, – сказала Рейчел. – Я была уверена, что мы оба утонем.

Анабелла явно испугалась, и Рейчел вновь подумала, что многого не знает.

– Должно быть, вы оба натерпелись страху?

– Еще бы, – ответила Рейчел.

– Значит, это была любовь с первого взгляда? – Анабелла старалась говорить непринужденным тоном, хотя это ей плохо удавалось.

Рейчел вздохнула. О здоровье Брейва она так ничего и не узнала, а теперь у нее возникло еще множество вопросов. Почему, например, мать Брейва так странно отреагировала, узнав, что он спас жизнь Рейчел.

– Он был подобен рыцарю в сверкающих доспехах, – сказала молодая женщина, уклонившись от прямого ответа.

Добравшись до конюшни, они обнаружили там лошадь доктора Фелпса.

– Должно быть, им есть о чем поговорить, – заметила Рейчел, слезая с лошади.

– Уверена, так оно и есть, – улыбнулась Анабелла.

– Но ведь Брейв не болен? – Свекровь тоже спешилась и вздохнула.

– Рейчел, я уже сказала, что, насколько мне известно, мой сын абсолютно здоров. Опровергнуть это может только сам Балтазар. Почему бы тебе не поговорить с ним?

– Я пыталась. Он ответил, что мне не о чем тревожиться.

– Значит, так оно и есть, – улыбнулась Анабелла. – А теперь, с твоего позволения, я хотела бы привести себя в порядок перед чаем.

Глядя вслед удаляющейся свекрови, Рейчел задумалась. Может быть, Брейв и его матушка полагают, что она не должна интересоваться здоровьем Брейва, поскольку фактически еще не стала его женой. Она поделилась с ним своими опасениями относительно сэра Генри, заговорила о своем отце, хотя редко говорила о нем даже с матерью и Белиндой. А Брейв ведет себя с ней так, будто она чужая.

Рейчел этого не допустит, Брейв предложил ей свою помощь. Теперь настало время помочь ему. Но сначала надо выяснить, в чем заключается его проблема.

И Рейчел выяснит. Чего бы это ей ни стоило.

– Почему вы не рассказали жене о том, что случилось с вами после смерти Миранды?

Брейв поднял голову, вертя в пальцах белую королеву с шахматной доски, раскрытой на столике у окна, возле которого он стоял.

– Потому что это ее не касается, – заявил он. «Так же, как и вас, Фелпс», – вертелось у него на языке.

Улыбка доктора Фелпса говорила о том, что именно такого ответа он и ожидал.

– Но ведь она ваша жена.

Брейв перестал вертеть в пальцах шахматную фигуру, но продолжал смотреть на нее.

– Ну и что, что жена, – сказал он. Слова эти оставили во рту, привкус горечи. – Какой смысл ей об этом рассказывать?

– Думаете, она не поймет? – спросил Фелпс. Брейв, сцепив руки за спиной, устремил взгляд в окно.

– Нет, не думаю.

Рейчел отлично поняла бы его желание спасти Миранду, поскольку сама была одержима стремлением спасти свою мать. Вполне возможно, она поймет также, каким образом это связано с его желанием помочь ей. Но она, с ее целеустремленностью, не поймет, почему он потерпел неудачу.

Брейв был готов на все, только бы Рейчел не узнала, что он тогда не помог Миранде, когда она его просила об этом.

– Насколько я понял, если вы поможете Рейчел освободить ее мать от мужа, который плохо с ней обращается, то тем самым искупите свою вину в трагедии с Мирандой.

Брейв слышал, как за его спиной доктор Фелпс записывает свои вопросы и его ответы на листке бумаги. Этих заметок у него, наверное, набралось уже на целую книгу.

– Главное – восстановить равновесие, – объяснил Брейв. – Я не мог спасти Миранду, но, если спасу Рейчел, восстановлю равновесие.

Выслушав его, доктор снова принялся писать.

– А если вам не удастся помочь жене?

Глядя в темнеющее небо, Брейв пожал плечами:

– Тогда равновесие нарушится еще сильнее, хотя, возможно, будет достаточно и того, что я пытался помочь.

– Но вы не хотите, чтобы она об этом знала?

– Нет, – решительно заявил он.

– Вы полагаете, она не предпримет дальнейших попыток выяснить характер наших с вами отношений?

Вспомнив обиженный взгляд Рейчел, когда он сказал, чтобы она не утруждала себя заботами о нем, Брейв тряхнул головой, но прогнать воспоминание не удалось.

– Полагаю, она больше не будет задавать вопросов, – сказал Брейв. Видит Бог, он умел любого поставить на место.

– А теперь поговорим о том, о чем давно не говорили.

Брейв повернулся к доктору. Фелпс сидел в кресле, положив ногу на ногу. Согласившись поговорить с ним, Брейв хотел доставить врачу удовольствие. На самом же деле его мысли были поглощены Рейчел. Брейву нужна была компания. Но теперь он уже сожалел, что просто не напился.

– О чем это?

– О Миранде.

– За последний год мы, кажется, ни о чем другом не говорили, – нахмурившись, сказал Брейв.

– Мы говорили о ее смерти и о том, как это повлияло на вас, но мы давно не обсуждали ее как личность. Скажите, что вы чувствуете по отношению к ней?

– Зачем? – с недоумением спросил Брейв. – Ведь она умерла почти два года назад. Разговор о ней ничего не изменит.

– Все может измениться само собой, – загадочно ответил Фелпс. – Я пытаюсь понять, как изменились ваши чувства с тех пор, как мы последний раз говорили о Миранде. И как вы ее воспринимаете в настоящий момент.

Брейву все это казалось бессмысленным. Как мог он воспринимать Миранду, если она умерла?

– Что именно вы хотите знать?

– Какой вы представляете ее себе в настоящий момент?

– Своенравной, немного испорченной. Хорошенькой.

– А как воспринимали, когда она была жива?

– Мне казалось, что я влюблен в нее. Она была самой хорошенькой из всех, кого я знал. Женитьба на ней навсегда связала бы наши семьи.

– Как вы относитесь к тому, что она влюбилась в простолюдина, в данный момент?

Печально покачав головой, Брейв ответил:

– Мне ее жаль. Она влюбилась в мужчину, который не отвечал ей взаимностью, поверила его лживым обещаниям.

– А как вы относитесь к тому, что она совершила самоубийство?

– Я чувствую себя виноватым, – признался он. – Она обратилась ко мне за помощью, но я ей отказал. Я не знал, что она покончит с собой, предпочтя смерть скандалу. Полагаю, она не думала при этом ни о своей семье, ни о моих чувствах.

Фелпс взглянул на него.

– Однако вы все еще чувствуете свою вину, хотя контролировать ситуацию не могли.

– Я должен был что-то сделать.

– Вы пытались.

– Недостаточно настойчиво. – Брейв отвел глаза.

– А что именно вы могли сделать?

– Наверное, жениться на ней, – пожал плечами Брейв. Вздохнув, Фелпс отодвинул записи и взял свой чемоданчик.

– На сегодня хватит. Как только сравню сегодняшние записи с записями, сделанными в прошлый раз, пришлю вам экземпляр своих выводов. – Он помедлил. – Не понимаю, почему вы пытаетесь все это скрыть? Хотите совет?