Заманчивое предложение - Смит Кэтрин - Страница 2

Боль в плече стала почти невыносимой, но Брейв умел справляться с болью. Он снял девушку с дерева, поставил на землю, сам соскользнул по стволу дерева вниз.

– Ах, Брейвен, спасибо тебе, – обхватив руками дрожащие плечи, сказала Рейчел. – Если бы не ты, я бы погибла. Мне не хотелось умирать такой смертью.

Он невесело рассмеялся. Ирония судьбы. Он спас девушку, которая не хотела умирать. Но может быть, в этом был заложен какой-то глубокий смысл?

А возможно, на сей раз, ему просто повезло.

– Рад был помочь. – Брейв взглянул на нее. Не перевернутая вверх ногами и не погруженная в воду, она выглядела настоящей красавицей.

Пряди белокурых волос прилипли к лицу и шее. Тонкое платье и накидка облегали соблазнительные формы. Огромные глаза, казалось, сияли неземным светом. Ее губы…

– Боже мой, у тебя посинели губы! – Он доковылял до места, где сбросил пиджак, поднял его и накинул ей на плечи.

– Спасибо, – дрожащими губами произнесла Рейчел.

Взяв девушку за руку, Брейв буквально тащил ее за собой по заросшей кустарником местности к Уикс-Энду. Она, спотыкаясь, следовала за ним.

Брейв заметил изгиб ее бедра, обрисованный промокшим платьем, и мягкую округлость икр. Ничего особенного. Если не считать его реакции на нее. Эту часть своего организма он в течение двух последних лет считал мертвой. Оказалось, что ошибался. Это была приятная неожиданность.

Когда Рейчел неподалеку от дома рухнула на колени, он чертыхнулся, сгреб ее в охапку и остаток пути, превозмогая боль в каждой мышце, нес на руках.

Подойдя к черному ходу Уикс-Энда, Брейв стукнул в дверь сапогом.

Рейнолдс, его дворецкий, и бровью не повел, увидев хозяина с промокшей женщиной на руках.

– Вам требуется помощь, милорд? – невозмутимым тоном спросил он, приподняв тонкую седую бровь. Рейнолдс являлся неотъемлемой частью домашнего хозяйства с тех пор, как Брейв помнит себя, и был скорее членом семьи, чем просто слугой.

– Горячего чая, Рейнолдс, – приказал Брейв. – И несколько одеял. Заодно прихватите мой халат.

– Будет исполнено, милорд.

– Чай – это то, что нужно, – стуча зубами, произнесла Рейчел. – Спасибо.

– Поблагодаришь, когда я поставлю тебя на ноги, – проворчал Брейв. – Возможно, тогда я смогу оценить твою благодарность.

Он тащил ее по слабо освещенному холлу. Его предки с портретов весьма неодобрительно наблюдали за тем, как он оставляет на ковре мокрые следы. Однако Брейв смотрел прямо перед собой, игнорируя их неодобрительные взгляды и боль в спине и плечах.

Пересекая холл, он чувствовал, что, становится все труднее отрывать ноги от пола. В свете фонаря греческие статуи отбрасывали причудливые тени. Продвигаясь среди них, Брейв чувствовал себя злодеем из популярного романа, который тащит героиню в свое логово.

Весьма уместная аналогия.

В сопровождении экономки, миссис Багли, и двух служанок, нагруженных одеялами, граф проследовал в библиотеку, где был разожжен камин. В кои-то веки Брейв даже порадовался тому, что у его слуг сохранилась старомодная привычка не ложиться спать, пока он не вернется домой.

Граф поставил Рейчел на ноги, но не сразу отпустил ее, опасаясь, что она упадет. Девушка не упала.

Почему-то разочарованный этим фактом и, не зная, то ли ему выйти из комнаты, то ли остаться, Брейв, которому очень хотелось согреться рюмочкой бренди, остался ждать за дверью, пока служанки, сняв с девушки одежду, надели на нее его халат и закутали в несколько теплых одеял.

– Все сделано, милорд, – сообщила миссис Багли, бросив подозрительный взгляд через плечо. Брейв едва не рассмеялся. Его экономка вела себя так, словно видела в Рейчел угрозу его безопасности.

Обе служанки с ворохом мокрой одежды покинули комнату, причем каждая одарила его теплой улыбкой, словно рыцаря из волшебной сказки. Несмотря на все, что с ним произошло, слуги продолжали считать его не тем, кем он был на самом деле. Они видели в нем героя, и ему это не нравилось.

Брейв в ответ неловко улыбнулся каждой и вернулся в библиотеку.

Рейчел была закутана так, что смогла бы, наверное, пережить зиму в Сибири. Из-под горы одеял ему были видны только огромные, очень синие глаза. Их цвет напоминал спелую чернику.

– Ну как, согрелась?

– Немного согрелась, спасибо, – сказала она, шмыгнув носом. Вспомнив о хороших манерах, Брейв дал ей свой носовой платок и уселся напротив. Из-под одеял появились лишь кончики пальцев.

Принесли чай, и Брейв налил каждому из них по полной чашке. Как ни удивительно, он справился с этим, не расплескав ни капли, хотя руки все еще с трудом двигались после того, как он вытаскивал ее из реки, да и хрупкий фарфоровый чайник был слишком мал для его крупных рук. – С молоком и сахаром?

Рейчел кивнула. Из горы одеял появилась длинная изящная рука и взяла чашку. Именно такими Брейв и представлял себе ее руки.

Брейв по-прежнему предпочел бы выпить бренди, но, не зная, как оно подействует на него, решил удовольствоваться чаем. Как ни странно, чай доставил ему удовольствие и согрел ничуть не хуже бренди.

Несмотря на нелепый внешний вид, Рейчел сидела напротив него, держась как герцогиня. Если не считать его матери и служанок, то за два года она была первой женщиной, переступившей порог Уикс-Энда.

Осознав это, Брейв вдруг расстроился, и ему захотелось, чтобы она ушла.

Однако он не мог выставить ее из дома, пока не выполнит свой долг и не убедится, что с ней все в порядке. И уж конечно, не мог отправить восвояси без одежды, прикрытую всего лишь несколькими одеялами.

– Рейчел, – обратился он к ней, поставив чашку на блюдце, – какого черта ты делала возле реки? Тебе ли не знать, как опасна бывает эта река после ливня?

Услышав его далеко не вежливые слова, Рейчел приподняла бровь.

– Мне тоже приятно снова встретиться с вами, милорд, – сказала она.

Брейв вздохнул. Она все еще ребенок. В детстве он ее почти не замечал, потому что между ними была ощутимая разница в возрасте – четыре или пять лет, однако он помнит, что даже тогда она была весьма непростым ребенком. Тем не менее его отец обожал ее.

– Конечно, мне приятно снова увидеть тебя, Рейчел. И все-таки скажи, что ты делала у реки?

В ее глазах блеснул озорной огонек.

– А как ты думаешь, что я там делала? – «Пыталась утопиться».

На какое-то мгновение Брейву показалось, что он произнес эти слова вслух.

– Понятия не имею.

– Я частенько хожу туда, чтобы побыть одна, – призналась девушка. – Я не знала, что ты здесь живешь. Иначе не нарушила бы границу твоих владений. – Дрожащей рукой она поднесла к губам чашку.

Разумеется, она не знала, что он здесь живет. Этого почти никто не знал. Он жил, словно привидение в собственном доме и собственной деревне.

– Можешь сколько угодно гулять по моей собственности, Рейчел, помни это. Просто я рад, что оказался там сегодня в одно время с тобой.

– Я тоже, милорд, – сказала она, как ему показалось, с вызовом. – Хотя не исключено, что буду проклинать вас и ваш героизм.

Брейв вытаращил глаза. Не следовало интересоваться ее проблемами. Ему и своих хватает.

– Рейчел, – сказал граф, – нельзя говорить мужчине, что будешь его проклинать, не объяснив, по какой причине. – Откинувшись в кресле, Брейв небрежно закинул ногу на ногу.

– Сэр Генри намерен выдать меня замуж.

Брейв не понял, в чем проблема. Почему перспектива замужества встревожила девушку.

– Разве это не является обязанностью отчима?

– Является. Но не против моей воли. – В голосе Рейчел звучала обида. – Мне не нравится жених.

– А отчим настаивает? – Рейчел кивнула.

Брейву всегда казалось, что сэр Генри Уэстхейвер достаточно упрям и не терпит, когда ему перечат. Он вообще не очень нравился Брейву. Самому Брейву в этом отношении повезло. По крайней мере, на данную тему с ним давно никто не разговаривал. А возможно, и не заговорит.

– Кто же этот счастливый избранник? – спросил Брейв, отпив глоток чаю.