Заманчивое предложение - Смит Кэтрин - Страница 16

Несколько минут спустя Рейчел увидела, как конь виконта Чарлтона галопом скакал по дороге, а сам виконт сидел, склонившись к шее коня, будто за ним гнался сам дьявол.

Опустившись на банкетку возле окна, Рейчел поздравила себя с победой. Ей удалось предотвратить брак с лордом Чарлтоном. Она заставила его усомниться в порядочности сэра Генри, и он никогда больше ему не поверит. Итак, брак с Чарлтоном ей пока не грозит.

Интересно, какова будет реакция сэра Генри, когда он узнает о случившемся?

Вряд ли придет в восторг.

– Что ты сказала Чарлтону?

Оторвавшись от рукоделия, Рейчел, словно не заметив испуганного взгляда матери, спокойно посмотрела на отчима. После отъезда Чарлтона прошло почти шесть часов. Рейчел предполагала, что сэр Генри появится раньше.

Он стоял в дверях в мятой одежде, с всклокоченными волосами.

– Добрый вечер, сэр Генри, – сказала Рейчел. – Надеюсь, повар оставил вам что-нибудь на ужин.

Круглая физиономия сэра Генри побагровела от злости, но Рейчел за себя не боялась. Отчим никогда и пальцем не тронул ее. Однако срывал злость на матери.

– Мама, позволь мне поговорить с сэром Генри.

– Хорошая мысль, – сказал сэр Генри. – Незачем ей слышать, какая негодная у нее дочь. Отказалась выйти замуж за пэра Англии!

Одного взгляда налицо Мэрион хватило, чтобы понять, что с ним лучше не спорить. Бросив встревоженный взгляд на дочь, она отложила рукоделие и поспешила выйти из комнаты.

Отчим подошел к Рейчел, и она поднялась на ноги.

– Вы, наверное, уже поговорили с лордом Чарлтоном? – спросила она. Не было смысла оттягивать неизбежное.

Сэр Генри кивнул.

– Он рассказал мне очень интересную историю и потребовал, чтобы я вернул ему деньги, которые он заплатил за брак с тобой. Он сказал, будто ты сообщила ему, что у тебя сифилис.

– Да, я это сделала, – призналась Рейчел с улыбкой. Сэр Генри ударил Рейчел по лицу с такой силой, что у нее на глазах выступили слезы. Она бы упала, но успела ухватиться за подлокотник кресла.

Отчим подтащил ее к себе, схватив за шаль, так что они оказались нос к носу. Рейчел стало страшно.

– Я сказал ему, что ты солгала, что у тебя просто приступ девичьего невроза и что вы поженитесь, как было запланировано.

Рейчел не отвела глаз, хотя почувствовала во рту привкус крови. Отступать она не собиралась. Даже если он изобьет ее до синяков, она не согласится выйти замуж за Чарлтона.

– Надеюсь, вы не потратили полученные от Чарлтона деньги, сэр Генри, потому что вам придется возместить всю сумму. – Она говорила таким холодным и самоуверенным тоном, что никто бы даже не догадался, что она страшно испугана. – Если вам удается убедить Чарлтона, что сифилиса у меня нет, я все равно найду способ избежать брака с ним.

Сэр Генри толкнул ее. Она ударилась о дубовую каминную полку спиной и вскрикнула от боли. Упади она левее, попала бы в огонь.

Уж не этого ли он добивался?

Заметив, что он двинулся в ее сторону, Рейчел огляделась в поисках какого-нибудь тяжелого предмета и нащупала кочергу, лежавшую возле камина.

С трудом, поднявшись на ноги, Рейчел, забыв о боли и страхе, подняла кочергу, словно меч:

– Положи кочергу на место, – потребовал он, весь, подобравшись, словно животное перед прыжком.

Боже милосердный, похоже, ему это нравится! Нравится, что у нее кровоточит рана. Рейчел и не подозревала, как сильно он ее ненавидит.

– Убирайся! – крикнула она, взмахнув кочергой, когда он попытался приблизиться к ней. – Если подойдешь, убью!

Сэр Генри ухмыльнулся, от чего у нее по спине побежали мурашки.

– Ты не можешь без конца сопротивляться мне, Рейчел. Рано или поздно я тебя сломаю, и ты выполнишь все, что я прикажу.

Рейчел вздернула подбородок.

– Как только мне исполнится двадцать пять, вы не посмеете даже пальцем ко мне прикоснуться, мерзавец. А до тех пор я буду сопротивляться, не сомневайтесь.

Он наморщил лоб.

– Двадцать пять? А что произойдет, когда тебе исполнится двадцать пять? – спросил он, потом рассмеялся. – А-а, ты имеешь в виду свое наследство? Да? Надеешься получить свои сбережения на черный день и покинуть родное гнездо?

– Именно так. И вам меня не остановить.

Он продолжать хихикать. Рейчел насторожилась.

– Я давно тебя остановил.

Рейчел стало не по себе. Подняв кочергу, она снова заняла оборонительную позицию в надежде, что он не заметит, как дрожит у нее рука.

– Что вы имеете в виду?

– Нет у тебя никакого наследства. Было, да сплыло.

– Сплыло?

Сэр Генри, ухмыляясь, кивнул.

– Вскоре после женитьбы на твоей матери я позаботился о том, чтобы прибрать его к рукам. Это не составило труда, поскольку я был назначен твоим опекуном до достижения тобой совершеннолетия.

Она ухватилась за каминную полку, чтобы не упасть, не выпуская из второй руки кочергу.

– Ты лжешь, – прохрипела Рейчел, хотя его вид свидетельствовал о том, что это правда. Он украл ее будущее, ее независимость.

Единственный шанс спасти мать. Сэр Генри снова рассмеялся.

– Похоже, дорогая, я вышел победителем из игры, – сказал он, направляясь к двери.

Рейчел даже не взглянула на него.

– Ты выйдешь замуж за Чарлтона через месяц. Я буду рад отдать тебя, особенно мужчине с такими пристрастиями, как у Чарлтона.

Дверь закрылась, а в ушах у Рейчел все еще звучал злобный смех сэра Генри.

Девушка смотрела на капельки крови на юбке. Что делать? Теперь они с матерью целиком во власти этого изверга. Надо придумать способ, как от него освободиться. Иначе их ждет неминуемая гибель. Но одной ей с этим не справиться.

Рейчел с трудом поднялась и, осторожно ступая по ковру, направилась к двери. В коридоре было тихо. Она добралась до лестницы, спустилась вниз и с опаской огляделась.

Поттс увидел ее, побледнел и вытаращил глаза.

– Мисс Рейчел! – воскликнул он. – С вами все хорошо?

– Все хорошо, Поттс, – заверила его Рейчел. – Сэр Генри, ушел?

Дворецкий кивнул:

– Да, мисс. Только что уехал верхом.

– Отлично. – Превозмогая боль, Рейчел попросила Поттса подать ей плащ и перчатки. С помощью дворецкого надела плащ, что стоило ей немалых усилий, покрылась испариной, натягивая перчатки.

– Позаботься, пожалуйста, Поттс, чтобы к возвращению моего отчима в кабинете у него стояла бутылка бренди.

Поттс удивился, но виду не подал.

– Будет сделано, мисс. Могу ли я спросить, куда вы направляетесь?

– Нет, Поттс. Тебе лучше этого не знать. – Рейчел открыла дверь и, вдохнув прохладный ночной воздух, направилась к конюшням.

Несколько минут спустя, стиснув зубы от боли, которую причиняло каждое движение, она, сидя на резвом мерине, неслась галопом в сторону Уикс-Энда.

К Брейву.

Брейв только что возвратился с вечерней верховой прогулки, чувствуя себя лучше, чем когда-либо за последние месяцы. Давненько он не доставлял себе удовольствия во весь опор мчаться верхом. Он успел забыть, как чувствуешь себя, когда встречный ветер сечет лицо, а все окружающее сливается в одну сплошную массу.

Но чтобы снять тяжесть с души, недостаточно промчаться верхом по вересковым пустошам. Не так-то просто освободиться от чувства вины, давившей на его плечи после смерти Миранды, и последовавшего за этим периода саморазрушения, но он по крайней мере перестал ходить кругами, и перед ним образовалась дорога, которая, возможно, вела к искуплению.

И эта дорога начиналась с Рейчел Эштон.

Дело не в том, что помощь ей могла бы изменить то, что произошло с Мирандой. Он надеялся, что, если удастся изменить к лучшему жизнь одного человека, это позволит ему как-то искупить свой грех. Независимо от личной заинтересованности Брейв просто не мог равнодушно относиться к тому, что Рейчел собираются продать этому развратнику Чарлтону. Возможно, у него ничего не получится, но он должен попытаться.

Это давало ему цель в жизни. Одним она могла показаться слишком незначительной, другим – несколько мелодраматичной, но если бы он смог предотвратить брак Рейчел с Чарлтоном, ему было бы совершенно безразлично, что об этом думают остальные. Вытащить Рейчел из реки было недостаточно.