Загадочная незнакомка - Крейг Эмма - Страница 39

Бесшумно ступая по пушистому ковру, Габриэль подвел ее к темному столику в углу. Он не хотел, чтобы они привлекали внимание. Софи соблазнительно улыбнулась своему спутнику. Ей очень хотелось подойти к зеркалу и проверить, как она выглядит, но тогда Габриэль решит, что она прихорашивается ради него. Впрочем, так оно и было. Габриэль молча подошел к стойке бара и вернулся с двумя бокалами.

– Спасибо, – пропела Софи.

Габриэль сел напротив нее. Его движения были плавными и изящными. Она редко встречала мужчин, обладавших такой же непринужденной грацией и легкостью. Наверное, еще в юности, бывая на виду у сотен людей, он научился светским манерам.

– Как вкусно! Никогда не пробовала ничего подобного. Что это?

– Коктейль «Манхэттен».

– М-м. – Она опять улыбнулась.

Он опрокинул в себя добрую треть напитка и поставил бокал на полированный кленовый столик.

– Ладно, Софи Мадригал, выкладывай, что у тебя на уме.

Она вскинула брови, изображая наивное удивление:

– Ты о чем?

Он нахмурился:

– Хватит жеманиться. Это не твой стиль. Обычно ты резка и неприступна. В чем дело?

Она тряхнула головой:

– Ты не прав, Габриэль. Мы знаем друг друга уже несколько недель. Мне приятно бывать в твоем обществе…

– Ты хочешь меня провести, – раздраженно перебил Габриэль.

Софи надеялась, что резкий отход от ее обычного поведения будет не так заметен. Она лихорадочно придумывала, как смягчить его подозрительность, и решила добавить в свой голос немного желчи:

– Чепуха! Мы с тобой умные люди. А умные люди иногда раздражают друг друга. – Она кокетливо прищурилась.

– Хм.

– Ты сомневаешься во мне, Габриэль? – Софи надула губы. – Я на тебя обижусь.

– Как бы не так!

Она отхлебнула коктейль.

– Поверь мне. Я весь вечер пытаюсь загладить свою вину. – Она опустила глаза и повертела в пальцах бокал, надеясь, что это похоже на искреннее раскаяние. – Я знаю, что иногда несправедливо огорчаю тебя своим поведением.

– Вот как?

Не обратив внимания на его язвительную реплику, она продолжала:

– Но, несмотря на все наши различия, я считаю тебя привлекательным. – Она подняла глаза и тут же опустила их, разыгрывая скромную девственницу. – Очень привлекательным.

Он молча пил коктейль, глядя на нее в упор. Софи чувствовала себя бабочкой в коллекции энтомолога. Не в силах больше выносить молчание, она сказала:

– Ты очень красивый мужчина. Знаешь об этом?

– Да, мне говорили. – Его голос был сухим, как аризонские прерии.

Черт возьми, он сказал это так, как будто всю жизнь выслушивал комплименты от самых красивых женщин.

– Ты, конечно, привык к тому, что женщины в тебя влюбляются, – нежно прощебетала она.

– Влюбляются? В меня?

Она отвернулась, надеясь, что он расценит этот жест как смущение. В отеле «Мелроуз» были очень симпатичные обои – красновато-бордовые, с рельефными пышными розами. Досадуя на себя за то, что она сосредоточилась на таких пустяках, Софи вернулась к прерванному разговору. Ей хотелось думать, что все происходящее – фарс чистой воды.

Она боялась признаться самой себе, что ее действительно неумолимо влечет к Габриэлю Кэйну.

Но сейчас она не могла об этом думать. Она слышала, как Габриэль повернулся на стуле, и покосилась на него. Он смотрел на нее не отрываясь, его темные глаза сверкали. По телу Софи пробежала дрожь предвкушения.

– Не знаю, в какую игру ты играешь, Софи, но тебе очень скоро придется об этом пожалеть. Ведь я не каменный.

Ага, значит, сработало! У Софи екнуло сердце. Она обернулась и посмотрела на Габриэля, широко раскрыв глаза и снова разыгрывая невинное удивление:

– Что, прости?

– Я сказал, – повторил он, – что я не каменный.

Она захлопала ресницами. Он уставился на нее, как кот на мышь.

– Я… не понимаю, о чем ты говоришь.

– Как бы не так! – Он осушил свой бокал, резко отодвинул стул и направился к стойке бара.

Софи смотрела ему в спину. Кажется, он злится. Это плохо.

Габриэль вернулся к столу с двумя новыми коктейлями и, немного поколебавшись, поставил один перед Софи.

– Я не хочу, чтобы ты много пила, если ты собираешься сделать то, о чем я догадываюсь.

Она еще не допила свой первый коктейль. Сегодня ночью ей нужна ясная голова.

– И что же, по-твоему, я собираюсь сделать? – спросила она, выпятив губы.

Он сел и хмуро взглянул на нее:

– Соблазнить меня.

Она удивленно заморгала, на этот раз искренне:

– Ты чересчур откровенен.

– Почему бы и нет? Мы знакомы уже несколько недель. Устраивая новый спектакль, ты ошибаешься, если думаешь, что я проглочу приманку.

Что бы это значило? Софи в замешательстве облизнула губы. Габриэль следил за ней, точно лев за жирным теленком.

– Почему ты сердишься, Габриэль? – ласково спросила она. – Я пытаюсь быть женственной. С твоей стороны нечестно подвергать сомнению мои порывы. Даже если мы по-разному смотрим на многие вещи…

– Это верно, – мрачно пробормотал он.

– Мы все же находим друг друга… физически привлекательными.

Взгляд его посуровел. «Господи! – мысленно взмолилась она. – Дай мне пережить эту ночь со спокойной душой». Она хотела положить свое тело на алтарь мести, но сердце ее уже трепетало.

– Итак, ты находишь меня физически привлекательным?

– Почему ты такой грубый, Габриэль Кэйн? В тебе совсем нет утонченности.

– Ты права.

Габриэль никак не хотел укладываться в ее схему. Любой другой мужчина на его месте похотливо пыхтел бы, забыв обо всем на свете.

– Да, я действительно нахожу тебя физически привлекательным.

Протяжно вздохнув, Габриэль продолжал пить коктейль и внимательно разглядывать Софи. Лицо его было хмурым. Черт бы его побрал! Он вел себя совсем не так, как она ожидала.

Внезапно он потянулся через стол и тронул ее за руку, ласково проведя большим пальцем по тыльной стороне ее ладони. Софи почувствовала, как по телу ее побежали горячие искорки. Соски затвердели, а внизу живота началась пульсация. О ужас! Как же ей обуздать свои чувства, если даже от простого прикосновения у нее внутри все кипит? Она резко втянула ртом воздух, ощутив ароматы сандалового дерева, апельсиновых цветов и жасмина. Опять!

– Ты не девственница.

Она растерянно заморгала. Что? О чем он ее спрашивает? Впрочем, это не вопрос. Это утверждение. Боже правый, не хочет ли он сказать, что ему претит заниматься любовью с ней, потому что она уже женщина?

– Я… я… что? – пробормотала она, запинаясь.

На губах его заиграла улыбка.

– Я не жалуюсь.

– Да, я… не девственна. Но… я не понимаю, какая тебе разница?

Он поднял ее руку и поднес к губам. Когда его мягкие полные губы прошлись по костяшкам ее пальцев, Софи пришлось ухватиться другой рукой за край стола, чтобы не сползти на ковер гостиничного бара.

– Разница только в том, насколько нежным мне надо быть с тобой.

Он приложил ее ладонь к своей щеке. К своему удивлению, Софи не почувствовала щетину. Наверное, он побрился перед сеансом.

Габриэль повернул голову и поцеловал ее ладонь. Софи округлила глаза и тут же их закрыла. Как приятно… и тепло!

– Я не хочу причинить тебе боль, Софи.

С усилием открыв глаза, она наткнулась на его поразительно нежный взгляд и проглотила комок в горле.

– Хорошо… Спасибо тебе, Габриэль, – добавила она, помолчав.

Она тоже не хотела, чтобы он причинил ей боль, но они по-разному понимали слово «боль». Габриэль имел в виду боль физическую, а она – душевную.

Сегодня днем, обдумывая свой план, она собиралась совершить его с хладнокровной решимостью. Но о каком хладнокровии может идти речь, если она должна лечь в постель с Габриэлем?

– Допивай свой коктейль, Софи, и пойдем наверх.

Он осыпал ее ладонь короткими поцелуями.

По телу Софи побежали мурашки, словно какая-то сказочная фея осыпала ее волшебной пылью.

– Чтобы допить коктейль, мне… понадобится рука. – Ее голос понизился до шепота. Она попыталась откашляться, но не смогла. Прекрасно! Не хватало только расплакаться на глазах у Габриэля Кэйна.