Загадочная незнакомка - Крейг Эмма - Страница 22

– Мм. Но не надо слишком гордиться собой. Я уверена, что ты унаследовал оба эти качества от своего отца. Если он разъезжал по свету, спасая мир от проклятия вечного ада, у него наверняка был хорошо подвешен язык.

– Оставь свой сарказм. Мой отец был хорошим человеком, хоть и верил в такие вещи, которые я считаю чепухой.

Точно так же Софи относилась к своему отцу. Интересно!

– Ну что ж, давай смотреть дальше.

– Перейдем к самой интересной части. Есть ли на моей ладони показатели страсти и вожделения?

Софи внезапно смутилась. Ее собственная страстность была большим недостатком. Ей не терпелось увидеть, что по этому поводу говорит рука Габриэля. Если они одинаково страстные натуры, то как же она найдет и убьет Иво Хардвика?

Ее бросило в жар.

– Помимо страсти и вожделения есть много других, более важных сторон человеческой жизни, – резонно заметила она.

– Может быть. Но ведь это так интересно! В конце концов, молодость недолговечна.

– Да, это так, – согласилась она, вспомнив Джошуа, который навсегда останется молодым.

– Ну хорошо, продолжай. Что еще говорит тебе моя рука? До сих пор ты ничего мне не напророчила. То, что ты сказала, я знал и без тебя.

Она попыталась прогнать мысли о Джошуа и сосредоточиться на руке Габриэля.

– А здесь, – сказала она, нажав на точку под его средним пальцем, – находится бугор Сатурна. Видишь? Он у тебя не развит.

Он уставился на свою ладонь:

– И что это значит?

Она засмеялась. К ней вернулось легкое настроение.

– Не стоит пугаться, Габриэль. Это значит, что ты не пьяница и не педант.

– Ах, вот оно что! – Он поднял голову и улыбнулся. – Признаюсь, ты заставила меня поволноваться.

Она ткнула пальцем в то же место:

– Будь у тебя здесь большой бугор, ты был бы живущим в уединении человеком, склонным к подозрительности и страхам. Но ты не такой.

– Что верно, то верно.

Похлопав ресницами, Софи опять принялась изучать его руку.

– Прекрасно, – заявила она, – теперь переходим к бугру Венеры.

– Это интересно?

– Здесь интересно все, – строго ответила она.

– Вовсе нет.

– Прекрати надо мной издеваться, Габриэль Кэйн! Ты заплатил деньги, так что сиди и слушай.

– Я стараюсь.

– Хватит! Мне надо сосредоточиться.

Он усмехнулся и вдруг сказал:

– Ты меня хочешь, правда? Признайся, Софи.

Он, конечно, был прав, но чтобы она в этом призналась? Да ни за что на свете!

– Мы занимаемся делом, так что прошу тебя, будь серьезным. Давай посмотрим на твой бугор Венеры.

– Давай.

Софи сдержала вздох. Как она и предполагала, его бугор Венеры был хорошо развит. Она помедлила, подбирая слова, и надавила на основание его большого пальца.

– У тебя есть интерес к жизни, и ты признаешь ее бесконечное многообразие.

– Точно.

– Но ты не ярый сторонник чувственных наслаждений, – добавила она, вскинув бровь. – У тебя есть определенные рамки.

– Ты, кажется, удивлена?

Она сердито взглянула на Габриэля:

– Да.

– Я не такой плохой, как тебе кажется, Софи. Интересно, а что показывает твой бугор Венеры?

– Речь сейчас не обо мне, – раздраженно сказала Софи.

– И все-таки я хочу увидеть твою ладонь.

Она отдернула руку и заложила ее за спину.

– Оставь меня в покое, Габриэль Кэйн!

Он долго – целую вечность – смотрел на Софи. Его глаза мерцали, как яркие звездочки. Потом он пожал плечами и откинулся назад, оставив руку на столике, ладонью вверх.

– Ничего. Я скоро выясню о тебе все.

Она фыркнула.

– Обязательно выясню, Софи. Обещаю тебе. Ты же знаешь: я решительный.

– Я тоже решительная.

– Да, но я сильнее.

– Ты не станешь принуждать женщину к тому, чего она не хочет, – с презрением бросила она и тут же пожалела о своих словах.

– Мне не придется тебя принуждать.

– Но это нелепо! – Она хотела встать, но он остановил ее по-змеиному быстрым движением руки, схватив за запястье.

– Погоди. У меня есть… дай-ка взгляну. – Удерживая ее в неподвижности, он достал из жилетного кармашка серебряные часы и, прищурившись, посмотрел на циферблат. – Еще двадцать минут.

– Двадцать минут? Не может быть!

– Я заплатил за два сеанса. У меня был целый час.

Она покорно опустилась в кресло.

– Ну хорошо, только сиди тихо и смотри – без глупостей!

– Ты боишься, что я тебя соблазню?

– Ничего я не боюсь!

Софи опять склонилась к руке Габриэля, почти касаясь его макушки. Проведя пальцами по его ладони, она сказала:

– Нам надо сравнить обе твои руки. Ты правша.

– Ты заметила?

Она усмехнулась:

– Конечно. Это моя работа.

– Хм-м.

Габриэль прекрасно знал, что дело не в работе, а в ее личном интересе. Тем не менее он положил на столик свою левую руку, чтобы она сравнила ее с правой. Вздохнув, она подняла обе его ладони.

– Ты всегда самостоятельно решаешь все свои дела.

Он молчал.

– Ты до сих пор не исчерпал свой жизненный потенциал. Но это скоро изменится.

– Мой жизненный потенциал, – повторил Габриэль, словно пробуя эти слова на вкус.

Она положила его левую руку на столик и вгляделась в правую. У него был ярко выраженный пояс Венеры, но она не хотела об этом говорить, чтобы не нарваться на его шуточки.

Какая интересная линия судьбы! Четкая и ясная. В отличие от ее собственной, разорванной на две части. Ее линия судьбы переплеталась с какими-то другими линиями. В ней зашевелилась смутная тревога. Может быть, ее судьба связана с Габриэлем Кэйном?

Нет, это просто нелепо!

Почти против воли Софи посмотрела на линию, которая указывала на возможность брака и рождения детей. И опять удивилась, увидев невероятно глубокую, словно высеченную из гранита, линию. Софи с трудом представляла Габриэля Кэйна в роли отца семейства! Однако его ладонь говорила о прочной и счастливой семейной жизни.

Это лишний раз доказывало, какая чушь – гадание по рукам и картам. Ее собственная линия семьи и брака была так же хорошо очерчена, но в жизни все выходило по-другому.

Между тем в комнате повисла тишина, а воздух наполнился сладким ароматом, похожим на запах ладана, который так любила тетушка Джунипер. Софи поднесла ладонь Габриэля ближе к лампе, из-под красного абажура которой лился ровный розовый свет.

– Что ты там видишь? – спросил он, не нарушив своим голосом очарования момента.

– Интересные вещи, – пробормотала Софи.

Она не удивилась и не встревожилась, когда Габриэль осторожно и ласково вдруг погладил ее по щеке. Она подняла голову и заглянула в его поразительные глаза.

– Ты очень красивая женщина, Софи, – прошептал Габриэль. – Мне интересно узнать твое прошлое, но я знаю: ты не хочешь ничего рассказывать.

Она медленно покачала головой.

– Но когда-нибудь я все-таки его узнаю.

Она опять покачала головой.

Его глаза притягивали и манили в пучину, как песня сирены.

– Софи, – едва слышно промолвил он и накрыл ее губы своими.

Ей показалось, будто она наконец нашла то, что так долго искала. Жизнь вдруг обрела смысл.

Софи слегка поежилась в кресле. Сладкий дурман, едва различимый несколько минут назад, теперь наполнил всю комнату. Пахло сандаловым деревом, жасмином, апельсиновыми цветами и еще бог знает чем.

– О Господи! – пробормотал Габриэль, прервав поцелуй.

Софи растерянно заморгала. Не дав ей времени на размышления, он двумя большими шагами обошел столик, поднял ее из кресла и заключил в свои объятия.

Она никогда в жизни не испытывала подобных ощущений.

– Я хочу тебя, Софи.

Софи не ответила, опьяненная витавшим в воздухе волшебным ароматом. Внезапно Габриэль разжал руки. Она неуверенно отступила назад и тут увидела тетю Джунипер, которая стояла рядом с ширмой, делившей гостиную на две части, и держалась рукой за драпировку.

– Простите! Я не хотела вам мешать, – прощебетала Джунипер. – Просто я ощутила этот волшебный аромат…