Мертвое наследие (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 23

По лицу мужчины было видно, что ничего подобного он не хочет. Но всё же под взглядом дочери и жены нашёл в себе силы согласно кивнуть.

— Есть у тебя где сарай подальше, ну или другой укромный уголок? Да лампа ещё нужна масляная. Я в глаза ему хочу посмотреть.

— Там, на краю с полем небольшой домик есть. Самые простые инструменты там храним, чтобы каждый раз туда не таскать.

— Вот и славно. Ну пойдём тогда что ли. Фонарь прихвати только.

Я, поднатужившись, поволок бесчувственное тело к выходу из дома. Несмотря на худобу, весу в нём было прилично, но тащить далеко не пришлось. Хозяин вместе с фонарём отыскал и небольшую садовую тачку, в которую мы и погрузили главаря налётчиков.

Домик располагался действительно в отдалении, и, если что, крики отсюда вряд ли будут слышны. Я даже подумал, что на первое время это место сгодится, чтобы здесь складировать накопившиеся за ночь трупы. От них всё равно придётся как-то избавляться. Привлекать внимание нам было категорически нельзя.

Приходить в себя наш пленник стал уже по пути к сараю, прямо в тачке. Завошкался, заозирался, вглядываясь в темноту. А когда понял, что происходит, попытался удрать. Вот только связал я его хорошо, поэтому всё что у него вышло, так это вывалиться из тележки и словно гусеница ползти в сторону. Ненадолго отпустив ручки нашего средства транспортировки, я не поленился и хорошенько пнул его в правый бок, от чего его скрючило прямо на земле. Пока он ни о чём другом, кроме как о боли в отбитой печени думать не мог, мы схватили его за узлы верёвок и снова грубо закинули в тачку.

— Не дёргайся, ещё не приехали, — сказал я, вновь толкая двухколёсную тележку по направлению к сараю. Благо, тут недалеко осталось.

Разговор у нас сначала не завязался, но после трёх-четырёх аргументов, от которых даже немолодой и скорее всего повидавший многое на своём веку фермер вздрагивал и зажмуривался, дело пошло куда лучше.

— Значит, дезертиры вы, из 12-го легиона? — переспросил я. — Что-то вы на имперских легионеров не очень-то похожи. Что, такой недобор, что берут уже кого попало?

— А мы и не легионеры, — зло ответил пленник, сплёвывая кровь сквозь выбитые передние зубы. — В бой как эти идиоты не лезем, **#*#** нам такое не нужно. Охрана мы у фуражиров. Помогаем им правильную цену назначать, ну и отваживаем желающих присвоить себе их монеты или закупленные припасы.

— Если задумали бежать, что ж вы тогда себе деньги сразу не забрали?

— Мы же не **#*#**, воровать у легиона. За такое точно выследят и на кол посадят, потом жопы залатают и снова посадят. Удрать не выйдет. А вот тратить много времени на простых беглецов не будут, особенно когда вокруг такое происходит. Поищут, конечно, но к зиме забудут.

— Поэтому вы решили ограбить ферму, на которой недавно бывали?

— Ну а что? Ему ж 20 золотых монет отсыпали! Я сам видел! За какую-то жратву! Не убыло бы с него, и так на войне наварился, паскуда!

— Наварился⁈ — вдруг взбеленился аграрий, стоящий до этого тихо. — Это я-то⁈ Ах ты мразь дармоедная! Да что ты понимаешь в моей работе⁈

С этими словами он даже схватился за вилы, которые в этом сарае нашлись помимо прочего инструмента, но я его успокоил. У меня ещё оставались вопросы.

— А с чего ваша шайка вообще решила сбежать из легиона? Сам говоришь, место сытое, в бой не лезете.

— Так ясно чего, — хмыкнул дезертир. — Не одни мы на такое пошли. Легион-то наш прямиком к Вольным городам шёл. И кто поумнее был, те решили, что лучше он там без них сгинет. Подыхать никому неохота. Тем более так.

— Что, прям никакой веры в победный исход?

На это лысый почему-то посмотрел на меня своими выпученными глазами и истерично захохотал.

— Да лучше тут сдохнуть, чем стать бездушным кормом для всякой мерзости! Так что пошли вы на **#*#**! Не боюсь я вас! Лишь об одном жалею, что дочек твоих не успел **#*#**. Но слышал, парни жену твою приласкали, так что хоть для неё ночь не зря прошла. Ха-харгх!..

Это было последнее, что он успел сказать. Зубья вил вонзились в его живот, и дальше он лишь хрипел и стонал, пока окончательно не испустил дух, провоняв им весь сарай. Но даже после этого фермер продолжил стоять над ним, до побелевших костяшек стискивая черенок в своих руках. Я аккуратно положил ему руку на плечо, выводя из ступора.

— Надо бы избавиться от тела. И от других тоже. Как думаешь, где нам их лучше прикопать?

— А? Но как же… Разве не лучше сообщить?..

— Дело твоё, но, думаю, вопросов будет очень много. И как это всё повернёт имперская канцелярия — большой вопрос. По мне, так лучше обшарить карманы и проверить чем они могут отплатить нам за беспокойство. А потом уже решим, как поступить.

— Я… наверное, тебе лучше знать…

— Тогда с него и начнём.

Я быстренько проверил содержимое кошелька, обнаруженного за пазухой, а также не поленился проверить одежду на предмет тайничков. Итого я ссыпал в раскрытую ладонь фермера 8 монет серебром, из которых половина была моими собственными. Нужно убедить его молчать, пока мы «гостим» у него, и лучше это сделать мирным путём.

— Думаю и у остальных припрятано изрядно. Мы всё проверим и займёмся телами. Просто укажи место.

— Хорошо, — ответил он, сжимая в кулаке монеты. — Покажу, но лучше увезти подальше. Снаряжу телегу.

В итоге мы действительно не побрезговали и обобрали трупы, и, к сожалению, самым «богатым» оказался лысый главарь. Что, наверное, и неудивительно. Собрав со всех ещё 11 монет, я удвоил и их, прежде чем передать эти деньги семье. Итого 3 золотых — надеюсь, достаточная плата за молчание.

Себе мы тоже прибрали несколько хороших вещей. А то у нас кроме пары длинных ножей, да трофейного шестопёра Колтуна, считай, и не было ничего. А остальное потом можно будет продать, возместив тем самым часть незапланированных расходов. Ну не гнить же хорошим вещам в земле?

Телегу, запряжённую флегматичной рабочей кобылкой, фермер подогнал прямо к дому. Туда мы и начали подтаскивать оставленные в доме и во дворе трупы, решив, что лысого главаря и прозванного Жиряем парня заберём по пути. В момент, когда мы с Колтуном уже собирались по одному начать их закидывать в телегу, тишину ночи нарушил громкий и нетерпеливый стук во внешние дощатые ворота. Этого ещё не хватало…

А ведь я специально почти не тратил в бою силу, подозревая, что неприятности на этом могут не закончится. И вот, кажется, наступает второй раунд. Больше всех испугался глава семейства, который аж задрожал мелкой дрожью, словно пойманный с поличным. Поэтому я постарался его успокоить:

— Мы ничего плохого не совершили. Просто сходи и узнай, кто к нам пожаловал, но ворота без моего приказа не открывай.

Тот на трясущихся ногах отправился встречать ночных гостей. Я было хотел проследовать за ним, но раздавшийся в темноте негромкий голос и так всё расставил по своим местам.

— А ты определённо умеешь удивлять, Мазай. Каждая наша встреча сулит мне обернуться чем-то интересным. Но если честно, в этот раз я предпочёл бы что-то… менее грубое.

Мастер Блурвель, который вдруг вынырнул из темноты в паре метров от меня, скосил глаза на гору трупов, готовых к погрузке на телегу. В этот раз он нацепил на себя уже виденную мной личину Хески — хорошо одетого 25-тилетного мужчины, в глазах которого был всё тот же шутливый вызов и азарт.

— Я думал вы прибудете завтра, — пожал я плечами. — Не успели прибраться к вашему приезду.

Маг с укоризной покачал головой.

— К встрече важных гостей нужно готовиться заранее.

Я было хотел ответить, что я по этому поводу думаю, но тут от ворот вернулся фермер.

— Там прибыл некий Рейн, — растерянно начал он. — Спрашивает про каких-то «ушастых друзей».

Я глянул на то место, где только что стоял мастер Блурвель, но никого не обнаружил. Ну вот как он это делает? Я тоже так хочу. Может стоит пересмотреть условия по нашей сделке?

— Открой ворота, этих людей не стоит опасаться, — сказал вслух я, а про себя подумал. — «По крайне мере вам.»