Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4 - Соул Джин - Страница 54

Лао Лун сжал пальцы поверх запястья Ху Фэйциня и пригласил:

– Идём. Без сопровождения разыскать что-то в драконьем дворце практически невозможно даже с небесным зрением.

Ху Фэйцинь порадовался, что они шагнули под сумрак внутренней анфилады: он смутился, потому что позабыл, что собирался воспользоваться Небесным зрением, а ведь это самый простой способ кого-то разыскать.

«Мне простительно, – подумал Ху Фэйцинь, – столько новых впечатлений за последние четверть часа!»

– Хушэнь, – сказал Лао Лун, приостановившись ненадолго у большого окна, из которого открывался прекрасный вид на россыпь звёзд среди облаков, – скажи, ты… ты знал обо мне и Сюань?

Ху Фэйцинь быстро взглянул на Лао Луна. Тембр голоса того изменился. Этот вопрос был для него первостепенной важности. Но Ху Фэйцинь не знал, какого ответа Лао Лун от него ждёт. В мире демонов он замечал некоторую фамильярность Лао Луна по отношению к Ху Сюань, но не придал этому большого значения, поскольку Лао Лун со всеми вёл себя так, даже с Ху Цзином. А выходит, это что-то да значило.

– Что-то произошло с Сюань-цзе? – осторожно спросил Ху Фэйцинь.

Лао Лун явно смутился:

– Я… я с Сюань… мы…

Ху Фэйцинь на долю секунды широко раскрыл глаза. Он был не настолько наблюдателен, как Ху Вэй, поэтому даже не подозревал, что между Ху Сюань и Лао Луном могло происходить нечто подобное.

«Только не Сюань-цзе», – машинально подумал Ху Фэйцинь, который никак не мог представить, чтобы она… Эту мысль прервала другая, и Ху Фэйцинь растеряно её озвучил:

– Но ведь… я слышал, лисьим знахарям это запрещено?

– Да, – сказал Лао Лун, и на его лбу меж бровей залегла глубокая складка.

Ху Фэйцинь нахмурился. Он подумал, что догадался, о чём Лао Лун хотел его попросить. Как Лисий бог он обладал властью менять Лисье Дао по своему усмотрению. Лао Лун, вероятно, хотел попросить, чтобы раздел о безбрачии лисьих знахарей изменили или дополнили, скажем, так: «С драконами можно». Это было бы очень в духе Лао Луна.

– Разве не лучше поговорить об этом с Ху Вэем? – предположил Ху Фэйцинь, хорошенько подумав. – Ведь он теперь Владыка демонов.

– Он мне ничем помочь не сможет, – однозначно сказал Лао Лун, – ведь он Владыка демонов. Если кто-то вообще может мне помочь, так это Небесный император.

Так Лао Лун обращался к нему не как к Лисьему богу, а как к Небесному императору, отсюда и величание, и небесный поклон.

– Если это в моих силах, – осторожно сказал Ху Фэйцинь, не совсем понимая, как Небесный император может решить проблему, связанную с лисьими знахарями, ведь это касается внутренних лисьих дел мира демонов.

– Я забрал Сюань на Верхние Небеса, – сказал Лао Лун со вздохом.

– А… что?! – воскликнул Ху Фэйцинь в ужасе. – Как ты мог?!

– Я знаю, что лисьим знахарям запрещено покидать…

– Да ведь её развоплотит Аура миров! О… Это уже случилось?! Сюань-цзе… она…

– Аура миров не способна причинить ей вред, – возвысил голос Лао Лун, видя, что Ху Фэйцинь начал строить самые чудовищные предположения. – Она попробовала моей крови, ты знаешь, что это значит.

– Если так, тогда… что могло случиться?.. О! – протянул он, округлив глаза. – Неужели лисьи демоны решили её отбить и вновь объявили войну?!

– Как ты себе это представляешь? – рассердился Лао Лун. – Да они бы и до Нижних Небес не добрались.

– Откуда мне знать, о чём ты, если ты толком об этом не говоришь? – вспылил Ху Фэйцинь. – Хватит обиняков! Говори как есть! С Сюань-цзе всё в порядке?

– Лучше тебе взглянуть самому, – сказал Лао Лун после молчания.

Ху Фэйциню этот ответ не добавил определённости, он сердито засопел, и волосы на его голове стали складываться в лисьи уши – признак раздражения.

Вообще ответ Лао Луна мог означать что угодно, даже самый печальный исход. Ху Сюань хоть и выпила драконьей крови, но она не была ни богом, как Ху Фэйцинь, ни архидемоном, как Ху Вэй. Даже если развоплощения не произошло, Аура миров могла как-то повлиять на её здоровье или существование. А Лао Лун ничего толком не говорит и только заставляет Ху Фэйциня волноваться ещё больше.

– Тогда идём, – хмуря брови, сказал Ху Фэйцинь. – Показывай, что я должен увидеть, а уж потом я решу, что с тобой сделать!

Лао Лун на секунду выгнул бровь, но ничего не сказал в ответ, только провёл Ху Фэйциня в покои, которые принадлежали ему самому – личные покои царя небесных зверей. Они были такие же просторные, как и весь дворец, но внутри было довольно много изящных вещиц: ширмы, занавеси, картины, светильники… и большая кровать с опущенным пологом из газовой ткани.

Крылья носа Ху Фэйциня дёрнулись на секунду, он почуял Ху Сюань и выдохнул с облегчением: запах живого.

Лао Лун подошёл к кровати, приподнял полог и знаком пригласил Ху Фэйциня подойти. Ху Сюань полулежала на кровати, настолько увлечённая какой-то книгой, что даже не заметила подошедших. Выглядела она здоровой и бодрой, сердце у Ху Фэйциня отпустило.

– Сюань-цзе, – радостно окликнул Ху Фэйцинь её.

Ху Сюань подняла на него глаза. Ху Фэйцинь несколько растерялся. Он хорошо помнил, что глаза Ху Сюань были похожи на его собственные – с льдистым отливом, именно поэтому многие говорили, что они как родные. Но сейчас Ху Сюань смотрела на него… синими глазами такого сочного оттенка, что резало взгляд. Ху Фэйцинь собирался спросить у Лао Луна, что это за странная метаморфоза, но тут Ху Сюань сказала то, от чего у Ху Фэйциня невидимая шерсть встала дыбом.

– Ты кто? – с любопытством спросила Ху Сюань.

Ху Фэйцинь резко развернулся к Лао Луну:

– Что происходит?

Лао Лун накрыл глаза ладонью и тихо застонал. Плечи его опустились, он как будто постарел на сто лет и одряхлел за одно мгновение, голос опять стал скрипучим и полным безысходности.

– Это моя вина, – сказал он, – это я во всём виноват.

– Рассказывай, – сурово велел Ху Фэйцинь.

[381] Серьёзный лисий разговор

Лао Лун перекинул ногу через подоконник и влез в лисьезнахарские покои через окно. Он уже наловчился это делать, получалось даже грациозно и совершенно бесшумно.

– Можешь не подкрадываться, я тебя почуяла, – сказала Ху Сюань, не поворачивая головы.

Она лежала на животе на постели и с увлечением разглядывала какой-то свиток. Лао Лун подумал, что это «Лисий травник» или другой лисьезнахарский трактат, однако же это оказался сборник лисьих сказок с картинками. Лисы были нарисованы уморительно, даже Лао Лун не сдержался и хохотнул.

– У художника несомненный талант, – сказал он, примериваясь, чтобы навалиться на Ху Сюань сзади с «драконьими глупостями».

– Наша с А-Вэем мать нарисовала его для нас, – сказала Ху Сюань, бережно сворачивая свиток и поглаживая его. – Она давно умерла, её поглотила Тьма. А-Вэй тоже едва не распрощался с жизнью. Полагаю, скоро придёт и моя очередь.

– Глупости, – сказал Лао Лун, просовывая пальцы за воротник одеяния Ху Сюань, чтобы сдвинуть его с плеч, – с тобой ничего не случится. И что-то подсказывает мне, что лисьи демоны вообще никогда не встретятся с Тьмой.

– Почему? – удивилась Ху Сюань.

Лао Лун не ответил, страшно занятый тем, что прижался губами к шее Ху Сюань сзади и так съехал до самых лопаток. Ху Сюань по-лисьи фыркнула: щекотно, – но неодобрения в этом фырканье не было.

– Стыда у тебя нет, прилисываться ко мне с утра пораньше? – поинтересовалась Ху Сюань, и теперь уже фыркнул Лао Лун.

Нежности их прервал звук раскрываемой двери и резкий голос Ху Цзина:

– Сюань? Сюань, ты здесь?

Ху Сюань тут же выскользнула из-под Лао Луна, одёргивая одеяние, взяла, не глядя, с полок несколько мешочков с травами и пошла по лабиринту между стеллажами к своему рабочему месту. Лао Лун предпочёл скрыть своё присутствие.

– Что-то случилось, отец? – спокойно спросила Ху Сюань, сгружая мешочки на стол.

Ху Цзин наморщил нос, принюхиваясь. В лисьезнахарских покоях пахло драконом.