Связующая магия - Баумгертнер Ольга Гартвиновна - Страница 53

– Будь я проклят… – прошептал я.

– Тэрсел?

Я вздрогнул и поднял взгляд. Напротив меня сидела Авориэн. Я, наверное, так искренне удивился, что она даже рассмеялась.

– Неужели ты так задумался, что даже не заметил, как я вошла?

– Нет, – сознался я и кивнул на книгу. – Игниферос мне страшно интересную книгу подбросил… точнее даже не он.

– А кто?

– Тебе не понравится, но думаю, что это дело рук его брата.

Авориэн воззрилась на меня в изумлении.

– Тэрсел, не шути так!

– Не бойся – он подкинул книгу еще в темной обители – я просто тогда не заметил. Более того, уверен, что эту книгу он когда-то украл у Гейнира… вместе с Шэдом…

На душе у меня вдруг сделалось муторно. Я получил объяснение многому, но узнанное породило другие вопросы. Крайне неприятные вопросы. Впрочем, на некоторые из них у меня имелись предположительные ответы, еще менее приятные… Авориэн подсела ко мне и взяла книгу.

– Мне можно?

– Поскольку это все-таки моя книга, то да, но…

– Хорошего в ней мало? – она задумчиво пролистала ее, задержавшись на картинке Цитадели.

– Даже не знаю, что меня может порадовать после ее чтения, – заметил я, а потом притянул ее к себе. – Может быть, только ты…

– К сожалению не сейчас. Как раз пришла кое-что тебе сообщить.

Я нахмурился.

– Что еще стряслось?

– Твоя затея с Балахиром обернулась той стороной, о которой, похоже, мы в Совете забыли, – негромко произнесла она.

– Что он выкинул на этот раз?

– Не он, а детишки, – Авориэн чуть рассмеялась и поглядела на меня с легким сочувствием. – Ты ведь знаешь закон об учительстве? Вся сотня обратилась к Совету с просьбой в связи с гибелью их наставника предоставить им нового. Им предложили несколько учителей. Но они отказались. И… назвали твое имя.

– Что?! Но…

– Игниферос сказал, что вы предполагали раскидать их нескольким учителям, разрознив всю группу. Однако ваша эта затея с треском провалилась.

Я посмотрел в ее глаза, где искрились лукавые искорки.

– Эви… – выдохнул я чуть ли не жалобно. – Но я могу отказаться… Двоих-троих – куда ни шло, но не всех же!

– Если ты откажешься, тем самым ты признаешь, что, в отличие от Балахира, не сможешь управиться со всеми. Это я тебе передаю слова Игнифероса. Он как раз разговаривает с ними… И ты должен находиться там.

– Он что же хочет, чтобы я взял их всех в ученики?! Он в своем уме?! – выкрикнул я в сердцах и тут же прикусил язык.

Авориэн воззрилась на меня изумленно.

– Уверена, он знает, что делает… Да у нас просто нет другого выбора…

– Ты шутишь? Какой из меня учитель?!

Авориэн рассмеялась так ласково и легко, что я почувствовал как мое раздражение на решение Игнифероса испарилось. Она прижалась к моим губам.

– Самый лучший, – прошептала она.

– Сомневаюсь, – так же тихо отозвался я, обнимая ее, но она легко ускользнула от меня.

– Он ждет тебя в большой аудитории. Кроме того, есть другие новости.

– Такие же скверные?

Она, посерьезнев, кивнула, а потом, не вынеся вида моей расстроенной физиономии, прыснула смехом.

– Сегодня вечером состоится наша свадьба. Игниферос согласен благословить наш союз.

Я уставился на нее, не осознавая смысл ее слов.

– Ты передумал? – она весело рассмеялась. – Видел бы ты свое лицо.

– Но… – я смолк под ее взглядом и понял, что краснею.

– Кто бы мог подумать, что ты чего-то боишься, – Авориэн ласково провела ладонями по моим щекам. – Не волнуйся, нас ждет маленькая скромная церемония только для самых близких. Все-таки мы заслужили маленький праздник…

– Наверное, – сдался я, и мне показалось, что Авориэн облегченно вздохнула. – Хотя… не скажу, что сейчас подходящий момент.

Я глянул на нее, в ее глаза, в которых…

– Прости, Эви, – я снова притянул ее к себе. – Просто эта книга совершенно вывела меня из равновесия. Значит, сегодня?

– Сегодня вечером, за час до заката.

– Почему не на рассвете?

– Потому что мы не в светлой обители.

Я смотрел на ее лицо чуть разрумянившееся, вернувшуюся на губы легкую полуулыбку и глаза, которые ждали моего ответа.

– Да, я бы хотел, чтобы это случилось, – признался я и прижался к ее губам.

Через десять минут я уже был у большой аудитории. На пороге я остановился, и осторожно заглянул внутрь, решив понаблюдать за сотней магов. В свете дня они казались вполне обычными, чуть растерявшимися и взволнованными, безобидными подростками. Но вчерашний вечер псевдо смерти Балахира говорил совершенно о другом. Ненависть и боль отравила их. И Игниферос предпринимал еще одну попытку разобщить их.

– Вы осознаете, что на Тэрселе лежит большая ответственность и определенные обязанности? – говорил маг. – Он должен заботиться о безопасности обители и уделять этому много времени. Возможно для лучших он найдет немного времени.

– Но мы все – лучшие, повелитель! – возразил один из них. – Балахир никогда бы не стал возиться со слабаками.

Так вот как оборачивалось дело…

– Балахир был твоим отцом, если не ошибаюсь? – прошипел, разозлившись, Игниферос с презрением глядя на него.

Мальчишка смешался и, побледнев, попятился. Остальные тоже несколько растерялись, испугавшись, что Совету стали известны подробности о смерти Балахира, потому как официально это списали на меня.

– Не стоит, Игниферос, – предупредил я, подойдя к ним, и почувствовал направленные ко мне с надеждой взгляды.

– Тебе придется взять их всех, – сказал он.

Я подернул плечами и обратился к юным магам.

– Игниферос прав – у меня слишком мало времени для того, чтобы обучать кого-то. Поэтому у вас есть выбор найти себе других наставников, потому что моя нагрузка многим из вас окажется не по зубам, даже если все вы действительно лучшие.

Некоторые из них немного испугались, но не отступили – никто не желал признавать себя более слабым, чем остальные.

– Мы все желаем обучаться у тебя, повелитель! – раздались крики со всех сторон.

Я глянул на Игнифероса.

– Пусть будет так! – провозгласил Игниферос. – Они твои, Тэрсел.

Он кивнул мне и ушел.

– Каждый из вас подойдет ко мне, назовет свое имя и расскажет то, что он умеет делать. И поживее.

На это у меня ушло больше часа. Потом я минут пять соображал, оглядывая их.

– Кроме меня вам придется ходить на занятия других преподавателей, – сказал я, в ответ поднялся чуть возмущенный ропот, и я повторил свои слова еще жестче. – Вам придется ходить на другие занятия. И вам придется быть там усердными. Потому что я затем вас проверю.

После последней фразы они мгновенно смолкли.

– Первое занятие состоится через два дня – сейчас у меня есть более срочные дела. В четыре часа дня здесь в главной аудитории – по-моему, она единственная вместит такое количество учеников.

– Днем? Не вечером? Не в лощине? – послышались недоуменные вопросы.

– И еще, – заметил я, проигнорировав услышанное. – Я не люблю повторять дважды. Если кому-то что-то неясно, подходите со своими вопросами после занятий.

Вопросов не последовало, и я продолжил.

– А теперь я назову ваши имена и преподавателей по магии, к которым вам предстоит ходить эти два дня.

Я называл несколько имен и отправлял их к одному или нескольким преподавателям, распределив всю сотню так, чтобы они занимались той магией, с которой у них больше ладилось.

– Никого не забыл? – под конец спросил я.

Но они изумленные, что я запомнил их имена и их предрасположенность к определенной магии с первого раза, помотали головой.

– Всё – все свободны.

Зал опустел, а я, выходя последним и размышляя над свалившейся мне на голову обязанностью, столкнулся на пороге с матерью.

– Ты достойно все вынес, – заметила Мерлинда с улыбкой.

– Посмотрим, что будет дальше.

– Ты о чем-то хотел поговорить со мной, Тэрсел? – напомнила она.

Я кивнул и сделал знак войти в аудиторию. Она устроилась на ученической скамье.