Украсть сердце Тирана (СИ) - Гольдфайн Ольга - Страница 4

- Намочи холодной водой полотенце и вытри мне лицо, а потом приложи лёд, - скомандовал приказным тоном травмированный на всю голову пациент.

«Конечно, мой повелитель, слушаюсь и повинуюсь!»

Я поставила на прикроватную тумбочку миску со льдом, принесла из ванной мокрое белоснежное полотенце и безжалостно стёрла им кровь.

При этом представила злое лицо домработницы:

«Ничего личного, Полина Андреевна, всего-навсего приказ хозяина!»

Что-то атмосфера в этом доме делает меня всё более кровожадной. Опасная тенденция, однако.

Сафин терпеливо наблюдал за моими действиями.

Когда начала заворачивать в тонкое полотенце лёд, и кубики разбежались по полу, он выхватил тряпку из моих рук и раздражённо пробурчал:

- Млять, как тебя на работу-то взяли? Всё через жопу делаешь…

Сам высыпал лёд в расстеленное на кровати полотенце и приложил к своему носу.

- Ложись рядом и рассказывай мне сказку на ночь или пой колыбельную, чтобы я быстрее заснул. У меня завтра трудный день, а из-за тебя я не высплюсь.

«Да эта скотина издевается?!

Не выспится он…

Кто вообще поднимал среди ночи?

Кстати, водички-то я так и не попила…»

Но пойти второй раз на кухню не рискнула. Обошла кровать и легла с другой стороны, забравшись под одеяло.

Сафин исходил жаром, хотя в комнате было прохладно.

То, что член после моего эпичного удара утратил боевую стойку – радовало.

Но то, что утром стояк наверняка повторится – печалило неимоверно.

Надеюсь этот гад хотя бы не насильник…

- Хватит там пыхтеть, Веррра, - сонно прорычал Руслан мать его Тимурович и выключил ночник. - Давай, вживайся в роль Шахерезады.

Зад у тебя не херовый, это я оценил. Надеюсь, к нему всё же прилагаются хоть какие-то мозги. Я весь во внимании…

И я начала.

Да.

Эта рабская покорность злила, но разумная часть Веры подсказывала: «Ты ведёшь себя правильно. Подчиняйся, демонстрируй смирение, это усыпит его бдительность и убережёт тебя от возможных проблем».

- В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царевич Руслан. Все боялись этого правителя, потому что был он бессердечен и жесток.

В детстве злая ведьма похитила его сердце и спрятала в пещере, заковала в ларец изо льда и подвесила на железных цепях.

Вернуть сердце Руслану могла только молодая девушка, которая влюбится в него и решится подарить самый дорогой подарок – новую жизнь.

Слова сами приходили ко мне, повествование лилось тихим, усыпляющим потоком красочных картинок волшебного сна.

Руслан прикрыл глаза, убрал полотенце со льдом на тумбочку и пробубнил:

- Что-то подсказывает мне, что на роль тирана ты выбрала меня. Или ошибаюсь?

Спрятала улыбку, прикрывшись одеялом:

- Ошибаетесь, Руслан Тимурович, это другой царевич. К вам он никакого отношения не имеет.

- Ладно, допустим. Продолжай…

Где-то на середине повествования, когда я сама уже лежала с закрытыми глазами и сцеживала зевки в кулак, раздался богатырский храп.

«Серьёзно?! Эта скотина ещё и храпит? Ну, спасибо. Не выспится он… А как мне спать рядом с настоящим трактором, не подскажете?..»

Перевернулась на бок и накрыла голову подушкой. Звук стал глухим, но не исчез.

«А что подумает домработница, когда утром застанет в моей спальне хозяина? Что он себе грелку привёз? Или решит, что я сама его ночью соблазнила?

Да пусть думает, что хочет. Утром поговорю с Сафиным и выясню, сколько он меня здесь намерен держать… Надеюсь, не больше недели.

И пусть заявление на отпуск отвезёт ко мне на работу или больничный организует на это время, чтобы меня не уволили.

Не сволочь же он…

Надеюсь…»

Хозяин и правда оказался не настолько беспринципным, как мне показалось на первый взгляд. Проснулась в шесть утра, а его уж не было – ушёл к себе.

На мою девичью честь тоже не покушался: трусы на месте, блузка застёгнута. Надеюсь, сегодня мне привезут нормальную пуританскую ночную сорочку, чтобы она ни у кого не вызывала низменных желаний.

В семь часов я облачилась в костюм и прошла на кухню. Там вовсю кипела работа: две женщины готовили завтрак, домработница в уголке пила кофе с тостами.

- Доброе утро всем! Можно мне тоже чашку кофе? - обратилась со всей доброжелательностью, на которую была способна.

Полина Андреевна, словно почуяв испорченное мной полотенце, улыбаясь, ответила:

- Нет, нельзя.

И злорадно сообщила:

- Вы будете завтракать через полчаса вместе с хозяевами. А сейчас поднимитесь в комнату Эльвиры Сергеевны и помогите ей одеться.

Невзлюбила меня Полина, только непонятно за что…

Не стала показывать своё недовольство, развернулась и отправилась искать лестницу на второй этаж.

Когда шла по коридору, неожиданно распахнулась дверь соседней с моей комнаты, из неё вышел Руслан Тимурович. Гладко выбрит, в белой рубашке, пахнет свежестью и ненавязчивым мужским парфюмом с древесными нотками.

Он протянул мне руку и попросил:

- Застегни.

Я увидела, что из рукава торчит запонка, нужно её продеть во вторую петельку и защелкнуть застёжку.

Так и хотелось ляпнуть: «А что, у самого рука отсохнет?», но я сдержалась.

Послушно зафиксировала манжет и щёлкнула застёжкой.

Он внимательно смотрел мне в лицо, и я почувствовала, что снова начинаю краснеть. Надо было что-то сказать, чтобы заполнить паузу.

- Доброе утро, - голос опять походил на мышиный писк.

Сафин усмехнулся:

- Оно могло быть ещё добрее, но у нас ведь всё впереди, не так ли?

Хозяин пребывал в хорошем расположении духа, и я поспешила этим воспользоваться:

- Руслан Тимурович, мы можем поговорить?

- Конечно, - он развернулся и распахнул передо мной дверь рядом с той, из которой вышел.

Это был кабинет.

Дорогая мебель из красного дерева, основательный письменный стол, кожаное кресло, полки с книгами, диван…

Мне предложили сесть, но я отказалась: если буду стоять, разговор не затянется.

Сафин развалился на своём троне и широко расставил ноги, что меня насторожило.

Какая-то слишком вальяжная поза, говорящая о том, что меня здесь никто не воспринимает всерьёз.

Он играет со мной, как кот с мышью.

- Руслан Тимурович, хочу извиниться за свою ошибку. Понимаете, в тот день я была после ночной смены, напарница попросила задержаться, у неё ребёнок заболел. Я пошла ей навстречу, но усталость взяла своё, не обратила внимания на номер палаты…

Простите великодушно, я искренне раскаиваюсь…

Хозяин скривил лицо. Мои извинения ему не требовались. Барин просто решил потешить своё эго Тёмного Властелина.

- Веррра, я всё это уже слышал от заведующего отделением. Радуйся, что он тебя вовремя спрятал. В противном случае работой в моём доме ты бы не отделалась.

- Я понимаю… Простите… А сколько мне у вас работать? Неделю? Две? - с надеждой уставилась в серые глаза.

Сафин задумчиво почесал рукой подбородок:

- Месяц. Может, два. Всё будет зависеть от твоего поведения.

- И как я должна себя вести?

Вот интересно, что он мне ответит.

Тиранище не разочаровал:

- Угождать и помогать моей маменьке, лечить и скрашивать её досуг. Беспрекословно выполнять все мои просьбы, приказы и пожелания.

Одеваться так, как нравится мне.

Причёсываться так, как нравится мне.

Краситься так, как нравится мне.

Говорить только то, что я хочу слышать.

Пока я не разрешу, не выходить за территорию поместья.

Ну и подписать договор на оказание услуг сиделки и медицинской сестры с фиксированным вознаграждением.

- Извините, а душу вам не продать? Со скидкой? - наконец-то я разозлилась. Щёки пылали, гнев отравлял изнутри, хотелось скорее выплеснуть яд на этого потомка Синей Бороды.

- Не нужно язвить, Веррра. Ты сама виновата. Учись нести ответственность за допущенные ошибки. Они могли стоить другим людям жизни.

И я заткнулась. Закрыла рот, уколовшись презрительным взглядом богатого самодура.