Украсть сердце Тирана (СИ) - Гольдфайн Ольга - Страница 25

- Это я про тебя, Веррра. Ну как, готова ко второму полёту?

Я обнял её своими медвежьими лапами и потёрся щетиной о нежную щеку.

- Нет, - пропищала эта пигалица. - Может сначала в душ?

- Потом можно и в душ. А сейчас раздвигай ножки, посмотрим, как твоя киска относится к оральным ласкам.

Вербицкая моментально залилась краской и закрыла лицо руками.

- Это не я. Это происходит не со мной.

- Что ты там бубнишь себе под нос?

Я всё прекрасно слышал, целуя впалый живот и толкаясь кончиком языка в пупок. Но хотел, чтобы девушка призналась в своём надуманном страхе.

- Это я не вам, Руслан Тимурович. Не слушайте меня, - посмотрела сквозь пальцы и снова закрыла глаза.

- Тебя послушаешь, так от спермотоксикоза умрёшь.

Я опустился ещё ниже, зафиксировал руками бёдра и тронул кончиком языка горошину клитора.

Вера охнула и слабо дёрнулась, а потом начала так сладко стонать, что я понял – никуда она от меня не денется: и замуж выйдет, и ребёнка родит, и любить будет до умопомрачения.

Кажется, я подобрал ключи к секретной двери…

Душ мы принимали вместе. Поимел свою невесту сзади, и она не особенно дергалась при этом.

Уже поняла, что боль и удовольствие – две стороны одной медали.

Приручу традиционным сексом и постепенно начну вводить в свой мир.

Понравится он ей или нет – вопрос времени, но принять мою тёмную сторону ей всё равно придётся.

Обед Майя Александровна накрыла в столовой и была рада видеть нас вместе. Мне нравилась эта немногословная, скромная женщина.

Хотя, может, она только со мной так молчалива. Насколько понял, с Верой они уже подружились.

Вербицкая в постели нагуляла аппетит. Съела и первое, и второе, и пирожок стянула с тарелки. Щёчки горели здоровым румянцем, глаза блестели, припухшие от поцелуев губы напрашивались на «повторить» – вот что качественный секс с бабами делает.

Хотелось остаться с Верой, но нужно было ехать в офис. Вопрос с отправкой специалистов в Екатеринбург и формирование там своей команды требовал быстрых решений.

А ещё нужно было замять вчерашний инцидент, пока он не просочился в прессу.

В сети, конечно, что-то уже есть, но мои ребята должны быстро подчистить.

- Вера, я сейчас уеду, вернусь поздно вечером. Ты помнишь, о чём мы говорили?

Девушка напряглась, а потом согласно закивала:

- Да, да, помню. Простите, что подвела вас.

Я встал, проходя мимо, поцеловал Вербицкую в макушку,в дверях обронил:

- Ты сказала, что можешь помочь с благотворительным фондом. Завтра тебе привезут бумаги, карточки пациентов. Будет неплохо, если сможешь найти толковых врачей и клиники для них, а вопрос с деньгами я улажу.

«Вот так-то, дорогая. Может это и безнравственно, привязывать к себе женщину обязательствами перед больными детьми, но в любви и на войне все средства хороши.

Если Вера завязнет в этом фонде, совесть не позволит ей бросить пациентов и сбежать.

Долг чести – самая надёжная цепь. Это я ещё с юности усвоил…»

Глава 22.1

Вера

Я не стала ждать, когда нагрянут журналисты и полиция. Сама набрала Артура.

- Привет! Прости, что обманула тебя…

Парень отказывался мне верить:

- Привет! Это он заставил тебя сейчас позвонить? Он рядом? Скажи что-то на латыни, если да.

- Артур, нет никого рядом со мной, Руслан уехал на работу. Мы правда поссорились накануне и я хотела от него уйти, но теперь всё хорошо.

- Вера, это какой-то бред. Ты не такая. Точнее, для тебя подобное поведение не характерно. Твоей медицинской карты в психоневрологическом диспансере нет. Либо охранник наврал, либо информацию скрывают.

- Скажи мне, ты больна? - Артур не верил ни одному моему слову.

От стыда была готова провалиться сквозь землю. Как же его убедить, что у меня всё в порядке?

- Артур, я здорова. Послушай, давай кофе попьём на неделе где-нибудь в кафе? Я приеду и всё тебе расскажу.

Надеялась, что Руслан меня отпустит хотя бы под надзором охраны. Отношения между нами были ровные.

Мы договорились с Емельяновым встретиться в пятницу.

Мои дни в доме Сафина стали похожи на… семейную жизнь?

Каждую ночь мы с Русланом занимались любовью, и я все больше привязывалась к нему.

Да, он порой жестокий, властный, бескомпромиссный, но при этом помогает больным детям, заботится о матери, поддерживает приют для животных.

Человек, сотканный из противоречий. Гордый, независимый, плюющий на чужое мнение.

Любит ли он меня?

Не знаю.

Но зачем-то я ему нужна, и о суррогатном материнстве речи больше не шло.

Возможно, он просто удовлетворит своё желание, сексуальное влечение ко мне как к женщине пройдёт, и он меня отпустит?

Ведь о свадьбе Сафин тоже больше не заикался…

Мне привезли медицинские карты детишек, родители которых обратились в благотворительный фонд Сафина за помощью.

Господи, сколько горя им пришлось пережить. Первый вечер я плакала, не стесняясь Майи Александровны и Руслана. Не могла смотреть на фотографии этих измождённых болезнями детей, хотя в больницы повидала всякое.

Но я работала с взрослыми, а тут – дети. Некоторые – совсем крошки.

Сафин пригрозил, что отберёт у меня бумаги, и я быстро успокоилась. Завела свои таблицы, папки на ноутбуке, который мне привёз Руслан. Днём обзванивала клиники, врачей, медицинские центы. Искала, договаривалась, созванивалась с родителями детишек, уточняла состояние больных и готовность к поездкам и операциям.

Меня захватила эта работа.

Я чувствовала, что занимаюсь чем-то важным, нужным, правильным. Вечером после ужина мы закрывались в кабинете Руслана, и я отчитывалась о проделанной работе, рассказывала о договорённостях, называла суммы.

Руководитель фонда, пожилая доктор на пенсии, подруга матери Руслана, была рада моей помощи. Свои действия я согласовывала с ней.

С Артуром я встретилась. Мы спокойно поговорили. Я была без охраны. Удивилась степени доверия со стороны Руслана. Машина с водителем ждала меня на стоянке, но, если бы захотела, я легко могла сбежать.

А я уже не хотела.

Не знаю, что произошло, но я приняла свою реальность такой, какая она есть. Перестала думать о будущем, строить планы.

Работая в фонде, поняла, как хрупка и коротка эта жизнь. И, кажется, научилась не заглядывать вперёд, жить одним днём.

Всё было хорошо, до одного момента – пока Руслан не взял меня на закрытую вечеринку.

Там я обнаружила Тень, которую скрывал этот мужчина…

Ещё с утра Сафин предупредил, что днём приедет стилист и поможет мне подготовиться к вечеринке.

Ладно. Ничего страшного. Однажды я уже выходила в свет с Русланом, и никто меня не съел.

Молодой парень в татуировках и с пирсингом привёз с собой весьма провокационное платье из чёрного латекса, с ремнями и застёжками. А ещё кружевную маску на глаза.

- А это зачем? - в моём голосе отчётливо звучала тревога.

- Вечеринка закрытая. Гости не хотят, чтобы их кто-то узнал, - сообщил мне между делом колдующий над моими волосами мастер.

Обложка книги «Пятьдесят оттенков серого» стала перед глазами и не сулила мне ничего хорошего.

- А что это за вечеринка? Чем там занимаются гости? - попробовала узнать хоть какие-то подробности.

- Простите, но я не в курсе. Мне сказано «собрать клиентку на закрытую вечеринку с соответствующим дресс-кодом» и на этом всё, - отмахнулись от меня, как от назойливой мухи.

Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.

В конце концов, за те две недели, что мы вместе живём в этом доме, Руслан меня ни разу не обидел.

И я вижу, как он смотрит на меня. Бросает горячие взгляды. Любуется сонной.

Да, он деспот, тиран и абьюзер, но мой.

Пока мой…

О его женщинах старалась не думать. Надеялась, что в его жизни сейчас только есть я…

Однажды, когда Руслан был после близости в хорошем настроении, я очень робко, аккуратно спросила про ребёнка Виктории.