Давным давно была война ... (СИ) - Колесов Василий - Страница 22

Штаб 26-го танкового корпуса только ближе к полуночи с 22 на 23 ноября получил удивительное известие о том, что мост у Березовского, как оказывается, давно уже наш. Информация была тут же передана в штаб фронта, который немедленно отдал приказ переправить на левый берег 4-й танковый корпус с тем, чтобы он мог продолжить наступление на соединение с подходящими с юго-востока войсками Сталинградского фронта. А 26 танковому корпусу было приказано взять Калач утром 23 ноября…

Немцы в очередной раз попытались отбить переправу. Они ударили вдоль Дона. Они почти дошли до моста. В бой вступили даже раненые. Никита в это время метался в бреду, лежа в одной из немецких землянок, медсестра не знала, чем ему помочь. Илья сражался рядом с подполковником, который по достоинству оценил меткость юного бойца, когда атака была отбита:

-Ох, Илья, за один день – два подвига! Вот как тебя награждать?

-Товарищ подполковник, я к братишке сбегаю, хорошо?

-Давай, боец, сбегай… - Филиппов не знал, чем еще помочь.

Илья прибежал в землянку.

-Сестричка, как он?

-Плох он, весь «горит», бредит… А я ничем помочь не могу, кроме, жаропонижающего. Да и оно заканчивается… -ответила она Илье, а сама продолжила вытирать лицо Никиты влажной тряпочкой. – Потерпи, родненький… Немножко потерпи…

Около восьми часов вечера мотострелковая рота 19-й танковой бригады дошла до моста и соединилась с отрядом подполковника Филиппова. Тут же, бронеавтомобиль повез Никиту в санбат 19-й танковой с приказом доставить и вылечить любой ценой…

Глава 12

Разборки…

Несколько дней, после освобождения Калача, Илюха отлеживался – бездельничал у бабы Нюши. Он порывался проведать в санбате Никитку, только никто не мог ему ответить – куда того увезли…

27 ноября за ним прибыл вестовой – младший сержант. Илья его раньше не видел.

-Собирайся, боец, подполковник Филиппов вызывает! Быстрее шевелись!

Вестовой с легкой иронией смотрел на Илью: «За чем этот пацан мог понадобиться командиру?»

Через пару минут Илья и посыльный вышли из дома.

Пришли к штабу. Посыльный доложил дежурному офицеру.

Дежурный по штабу, капитан, зашел в комнатку:

-Товарищ подполковник, Фролов доставлен!

- Пусть заходит!

-Есть!

Илья зашел: в комнатке сидели подполковник Филиппов и еще несколько офицеров, которых Илья не знал.

-Товарищ подполковник, краснофлотец Фролов по вашему приказанию прибыл! – доложил Илья.

-Ну, давай, герой, рассказывай о всех своих приключениях. Ты же говорил, что вы с товарищем из 154-й ОМСБр…

Илья немного задумался, немного помолчал. Почему спрашивают? Проверка? Хотя, чего ему скрывать? Нечего скрывать… Никто его не торопил.

-Я и мои друзья партизанили в Белоруссии, оттуда нас переправили на «Большую землю»…

-А почему отправили? – поинтересовался один капитан.

-Ранены были.

-Все трое одновременно?

-Ну, почему одновременно… Просто ранения разные были, да и соединения разные. Как немного выздоровели - загрузили в самолет и отправили. Здесь были в Калачевском детском доме. Когда детдом стали эвакуировать, мы решили остаться… Нас сперва никуда не хотели брать, а потом смогли показать себя в 154 морбригаде…

- А кого знаешь из 154-й? – поинтересовался майор. - Если не в курсе, я майор Мальчевский.

-Буду знать, товарищ майор, – и Илья стал перечислять. – Знаю капитана Шарабарина и лейтенанта Ивашова, командира разведроты. Во время боя встречался с капитаном Фокиным, командиром артдивизиона бригады. Хотя, он меня вряд ли запомнил…

Майор Мальчевский подошел к телефону.

-Дайте «Вьюгу»! «Вьюга»? Пусть капитан Шарабарин или лейтенант Ивашов в штаб 14-й мотострелковой заскочит, как освободятся. – майор посмотрел на реакцию Ильи. Реакции не было.

- Давай, дальше рассказывай!

-Что рассказывать? Воевал. Под Тингутой царапнуло по плечу, но капитан Фокин приказал в госпиталь. Привезли в Сталинград, я переправляться не стал, остался на правом берегу. Потом был элеватор, там был с бойцами 92-ой морбригады. Фамилии сейчас не вспомню… Потом попал в плен.

-Как попал? – опять влез капитан.

«Точно – особист», - подумал Илюха.

-Как попал, просто… Мы на прорыв пошли… Взрыв. Очнулся, а надо мной немцы стоят.

- А ты по форме был? – продолжил копать особист.

-По форме…

-Ну и…?

-Попал в калачевский концлагерь. Бежал. Никита, друг, помог.

-Это тот, который родственник предателя Родины, помощника бургомистра?

-Да, он. Он тоже из 154 бригады и тоже из партизан. А родственник – это легенда. – жестко ответил Илья, глядя в глаза капитану.

-А как его фамилия?

«Когда же он угомонится?» - начал бесить особист Илью.

-Никита Зозулин.

-А дальше?

-Дальше, Никита получил приказ разведать охрану моста, переправиться на правый берег Дона и оказать помощь в захвате моста. Мы переправились на правый берег, пришли в расположение 94 бригады и помогли взять мост.

-А немцы вас пропустили через мост?

-Нет. Переходили Дон по льду…

-Ну, точно, врет! Сейчас – то переправляться по льду - смертельно – лед тонкий!

-Товарищ капитан! – прервал его подполковник Филиппов. – Мальчишки действительно пришли через степь. Причем, как мне доложили, вот этот пришел в исподнем, так как отдал одежду провалившемуся под лед товарищу. 20 километров шел!

-И Вы поверили? 20 километров в исподнем? При морозе?

-Капитан! Поверили или нет, это не важно. Важно то, что при помощи этих мальчишек мы без потерь и с трофеями взяли, а потом удержали мост.

-Да, взяли и удержали… А где второй мальчик?

-Второй был отправлен в госпиталь, он очень сильно простыл.

-Понятно, проверим…

В это момент в комнату зашел капитан Шарабарин, он был в полушубке и знаки отличия не были видны.

-А вот и лейтенант Ивашов. Узнаешь его, боец?

-Товарищ майор, это капитан Шарабарин, начальник разведки 154 бригады. – ответил Илья.

-Здравия желаю, товарищ подполковник, товарищ майор, товарищ капитан. – Шарабарин пристально посмотрел на Илью, но не признал в худющем, осунувшемся мальчишке знакомого.

-Откуда меня знаешь, малец?

-Да вот, капитан, говорит, что был в роте разведки, в июле –августе. – вставил веско особист.

-Были у нас в разведроте трое друзей - мальчишек, боевые ребята, только этого что-то не признаю… ну-ка, напомни?

-Товарищ капитан, винтовку дадите – напомню, как по банкам стрелял, когда нас проверяли... Лучше скажите, где Серега…

-Илья! Вот это… - Шарабарин подошел к Илье и крепко обнял его.- Да. Это Фролов Илья, боец разведроты бригады. Был ранен – отправлен в госпиталь… А Серега Партизанов, пропал без вести в том бою, у Тингуты…

-Хорошо! С этим разобрались, – констатировал капитан - особист. - А вот теперь расскажи, как ты в плен попал, раз такой боевой парень?

Серый пропал без вести… Тут еще этот утомил Илюху своими вопросами. Что-то у Ильи в голове щелкнуло, переклинило и он выдал:

-Думаете, мне там понравилось? Про четвертый раз я уже рассказал. Рассказать про три перед этим?

-Сколько раз? –не понял подполковник.

-Этот был четвертый… Рассказывать?

-Давай, а мы послушаем. – не успокоился особист.

-Тогда слушайте! – разозлился Илья.

-В июле при подрыве моста, наш БК-13 Пинской флотилии был подбит, экипаж бился до последнего. Последним оказался я… Бежал из колонны пленных. Попал к партизанам, был связным. Снова попал к фрицам. Случайно был отбит при атаке партизан. Третий раз попал, когда шел на явку. Отбили наши разведчики. Они все погибли… Потом оказался на большой земле. Товарищ капитан, - обратился Илья к особисту. – Вы думаете меня там по голове гладили и конфеты выдавали, что я захотел еще раз к ним попасть?

-Тогда многое становится понятно и объясняет ваше поведение. – капитан Шарабарин посмотрел на Илью совсем по-другому. - Это объясняет вашу безбашенность и отчаянность в бою, отсутствие страха. Мы на вас смотрели, как на зеленых пацанов, а вы с начала воюете – поопытнее многих в бригаде. Теперь понятно, что имела в виду фельдшер, когда говорила, что на тебе живого места нет.