Сказки Вайоры. Милана (СИ) - Милашевич Мила - Страница 32

— Не желаю быть вещью! Не желаю быть имуществом! Не желаю быть ничьим экспериментом! Когда вы всем вокруг это сообщаете, как думаете, что я чувствую? Радуюсь, блять? — она не кричала, она говорила тихо и монотонно.

— Снова это слово. Что оно значит? — поинтересовался я.

— Погугли, — кажется, это какое-то предложение, снова странное слово, сказанное с ядовитой усмешкой.

— Да что же тебе не нравится?! В твоём контракте на тело, в твоём рабском контракте, используются эти термины. Они юридически выверены всеми разумными расами, все девушки, подписывая контракт это знают!

Она ответила еле слышно:

— А я не знаю…

Вот же упрямая!

— Зачем я здесь…? — она осмотрелась.

— Хочу, чтобы ты провела со мной месяц в космосе, — она в ужасе посмотрела на меня, пришлось поднять руки, — нет, не в качестве моей наложницы, а в качестве члена команды, никаких поблажек не будет.

Хтэ блеснул серо-зеленым цветом — не верит.

— Твоя первая вахта через двенадцать часов.

— Что я должна буду делать?

— Сидеть за пультом управления и следить за показаниями приборов. Вахта идет шесть часов. Спать запрещается, покидать место вахты — запрещается.

Я кивнул в сторону шкафа:

— Переоденься в униформу «Навигатора», я подожду за дверью. Мне нужно представить тебя команде и объяснить правила.

Следующие два часа я водил Лану по кораблю, показывая расположение отсеков, кают-компании, медицинского отсека, трюма, нахождение спасательных капсул, спортзал, показал, как пользоваться синтезатором пищи. А в конце завёл её в рубку, и объяснил, за какими приборами она должна следить. Показал, как вызывать меня на мостик, если будут проблемы.

Лана следовала за мной молча, иногда задавала короткие вопросы, касающиеся службы на «Навигаторе»: можно ли пользоваться спортивным залом, можно ли продолжать изучать программы, которые включал ей в медицинской капсуле Кууарех, есть ли обязанности по уборке и мойке помещений.

Последнее меня удивило.

— Зачем? Есть бот-уборщик.

Её глаза округлились в удивлении.

— Кто?

Я набрал несколько команд на своём ручном компьютере и через пару минуту в рубку вкатился бот. Куб, с микросхемами, на небольших колесах, снабженный щетками и моющими средствами. Глаза-камеры, руки — манипуляторы, чтобы отодвинуть не тяжелый предмет мешающий уборке.

— Валл-и, — расплылась Лана в улыбке.

— Кто? — переспросил я.

— Ты не поймешь, — отмахнулась небрежно она, во все глаза, рассматривая бота.

Поклялся себе, как только появится возможность, я обязательно узнаю значение всех этих странных слов.

— Уборщик не всегда может справиться с сильными загрязнениями. Поэтому, если такое происходит, трюм моет вся команда.

Милана молча кивнула.

***

Я наблюдал за Миланой с пульта управления из своего отсека. Шёл уже четвертый час вахты, блондинка не спала, она следила за приборами, иногда вставая с кресла пилота, размяться, она делала приседания, отжимания, наклоны из стороны в сторону. Очень хотелось её подловить на чем-то, но пока не мог. Представить Фэй, вот так сосредоточенно щелкающую, пусть и двумя кнопками, одетую с чёрный комбинезон с шевронами «Навигатора», я не мог. Внезапно я напрягся, в рубку вошёл Клайвиргс. Отличный пилот, отличный служащий, а вот в свободное от службы время — оторва. Не раз мы вытаскивали его из борделей, пьяных драк и сомнительных соревнований. Пилотом он был гениальным, и лишаться его не хотелось.

Он поставил перед Ланой узнаваемый во всей нашей галактике скриш — бокал тёмно-зеленого цвета. Обычно туда наливают алкогольный чуть горчащий, пенистый напиток — оклю, который принято закусывать чем-нибудь солёным. В руке он держал точно такой же скриш.

— Я — Клайв, — представился он, — мне сказали, что на борту новенькая, я пришёл познакомиться. А у нас, на Мирании за знакомство принято выпить.

Да что б его! Я действительно не представил этому миранитянину Лану, у него был отдых от вахты и я не беспокоил его в его личном отсеке.

— Привет, Клайв, — дружелюбно ответила Милана, не взглянув на напиток, — я Милана, и у нас, землян, тоже принято пить за знакомство, но только после работы.

— Понимаю! — Клайв закивал, и его все три носа-хоботка быстро затряслись, а кисточки на ушах завибрировали. Я вздохнул, что ж, Лана, «вливание в коллектив» началось немного раньше, чем я ожидал. А миранитянин спросил:

— Как правильно называется твой вид?

— Наш вид называет себя человек, это если в единственном числе. Если нас много, то люди, и полагаю для вас, инопланетян, мы называемся земляне.

Хм, а мы с Лэном даже не удосужились узнать, как называется её вид. И вообще мы ничего не знаем про её планету. Одно лишь упоминание слонов — огромных животных так похожих, по словам Ланы на эпери, должно было вызвать наш интерес.

— То есть тебя звать землянка Милана? Или человек Милана или людь Милана? Я запутался.

Милана негромко засмеялась и предложила:

— Не мучайся, зови меня просто Милана.

— Хорошо, просто Милана, — Клайв отсалютовал своим бокалом, — но думаю, команда будет интересоваться твоими людьми, человеками и землями.

Лана снова улыбнулась, а я заметил, что когда она улыбается не нам с братом, её улыбка очень приятная и искренняя.

— Я с удовольствием объясню сослуживцами, что то это одно и то же, Клайв!

Я поразился. Эта сцена в рубке заняла менее пяти минут, а кажется, Лана походя, подобрала ключик к одному из членов команды.

***

Спокойный голос искина в моём отсеке раздался неожиданно.

— Капитан, вас вызывают на мостик.

Спросонья резко подскочил, ударился головой о подпорку верхней полки.

Мехль! Давно надо переоборудовать капитанскую каюту! Верхней полки над моей головой точно не будет!

Рядом застонал женский голос:

— Да что ж так бешено воет! Голова раскалывается.

Моя между прочем тоже!

Медленно повернул голову на соседку по кровати и опешил. Рядом лежала сонная Милана, косметика размазана под глазами, волосы спутаны. Губы припухли, как от поцелуев.

Наш с братом эксперимент недоуменно распахнула глаза. Кажется, она ещё спала, девушка была такой по-домашнему мягкой, теплой, хотелось лечь обратно в кровать, положить голову эйхами на своё плечо и уплыть в сон… Но вот она осознала, где находится. Быстро подняла одеяло, которым мы были укрыты, увидев белье, шумно облегченно выдохнула и со злостью укорила:

— Ты же обещал…

Я сглотнул. Те две недели, что мы провели на «Навигаторе» были идеальными. Милана несла службу, узнавала новое, команда немного подначивала её, но блондинка оказалась не из робких, она то шутливо отвечала на подначки, то сухо сообщала, что у нее вахта, тренировки, обучение…Как-то неожиданно я начал замечать, что члены команды приняли её, и даже наша зловредная гоблинесса-док Киарашшатти, Киара, женщина с Гоблинии, высотой два с половиной метра, начала болтать с ней как давно знакомой закадычной подружкой. У Киары тёмно-зеленая кожа, длинные чёрно-зелёные волосы, собранные в хвост, огромные ручищи, нижняя челюсть сильно выступает вперед, улыбка — клыкастая, жилистые руки больше походили на руки мужчины, нежели женские руки, руки врача.

Какое счастье, что на женщин этого вида феромоны вайоров не действуют, иначе у меня бы никогда не было такого отличного хирурга, травматолога, психолога и чуткой медсестры в одном лице.

Я ничего не помню! Совсем ничего!

— Милана! Если ты прольешь свет на то, что вчера произошло, я буду тебе благодарен!

Старательно отводил глаза от белья Ланы. Белье было спортивным. Но пирсинг сосков оно не скрывало, наоборот будоражило воображение. Фэй была далеко, и уже больше двух недель у меня не было женщины. Но я был твердо уверен, что секса с Миланой не было. Томление в яйцах никуда не исчезло. Член сделал стойку, едва я увидел женское тело.

Девушка покраснела и мрачно сообщила:

— Я тоже не помню, что было.