Хроника глобального бреда - Фролов Александр - Страница 86

Киямов Олег по кличке Рашпиль. Выпивал всегда мало, мозги не терял; работал техником-монтажником охранной сигнализации, потом организовал свою фирму. Бизнесмен, женат, дети, внуки. Наверняка всем доволен, и в немалой степени оттого, что не пьет.

Рыжих Андрей. Всегда искал мужских занятий, поэтому служил в милиции — вот кому надо было в спецназ! Семью завести не успел, умер от водки.

Братья Шишковы. Колю зарезали по пьянке; Виктор-инвалид — лучший из них, умнейший парень — спился и повесился; Саша стал инженером и живет где-то с семьей. Счастья им не досталось.

Курлов Боря. В детстве и юности — великолепный футболист. Трудится простым работягой, не пьет, не курит, имеет детей и внуков. Счастлив в семье, поэтому счастлив в жизни. Очень порядочный и умный человек!

Буняев Сашка — сосед Бори. Тоже увлекался футболом, но потом связался с «блатными» и пошел по тюрьмам. Двоих детей «повесил» на шею своей матери, а сам запился и умер. Украл у меня однажды старенький 486-й компьютер, но я на него не очень злился: не обеднел же! — сразу купил взамен хороший «Пентиум». Счастья он не видел — оттого, что вырос подлым и завистливым.

Дорогавцев Гоша. Ума недалекого — трудоголик и рубаха-парень; наверное, был счастлив семьей и детьми, пока жена его не «орогатила». Стал попивать, но остался щедрым и добродушным.

Бусыгин Саня. В детстве был хорошим товарищем; говорят, что имел семью, работал шофером и умер от водки.

Братья Викулины. Слава дружил с моим братом и по характеру похож на Гошу Дорогавцева: заботливый семьянин, пьет мало. Его брат Володя был веселым парнем, но с женой разошелся, запил и тоже умер.

Погудин Саша. Большой добродушный увалень. Говорили, что болел, но погиб тоже от водки.

Беляев Серега по кличке Мапа. Никто не мог сказать, почему «Мапа» и что это такое, но все его так звали, за глаза и побаивались. Добродушнейший парень! Еще в армии попал в дисбат и вышел оттуда насмерть запуганным; однажды потерял работу сцепщика на железной дороге и не смог найти другую. Спился до крайности и умер.

Обметкин Саша. Куркулистый мужик! В молодости здорово пил, но бросил и стал богатеть. Понял, что нехорошо быть жадным тогда, когда самого жена «накосила» на квартиру и «бабки». Счастлив не будет, потому что столько денег, сколько хочет, ему все равно не скопить.

Покачайло Сергей. Считался олигофреном, но уехал в деревню, нашел себе доярку и упорным трудом зажил так, что «я тебе дам»! Наверное, ему хорошо.

Братья Рябовы. Володя пить бросил, забогател; Сережка еще пьет, но в трудолюбии не отстает. Хорошие мужики! Их отец от водки повесился, жалко его: не мог уже бороться с этим недугом.

Дымов Саша. Мой второй лучший школьный друг помимо Кости; полковник в отставке, взрослые дети и внуки, но вряд ли счастлив. Ему надо было возле родителей жить, а он бежал от них служить в дальние города: съедали «добрыми» советами и нотациями. Саня всегда чувствовал себя чужим в своей семье — как будто брошенным.

Алехин Игорь. В молодости чуть не повесился от неразделенной любви: слишком долго страдал. Потом женился на другой и понял, что та любовь была глупостью; нашел упоение в семье и работе штатного журналиста крупной газовой компании. Думаю, что счастлив, поскольку копошится в обыденном мелкотемье: умному человеку гораздо тяжелей!.. Спортсмен, не пьет, не курит, ни разу не произнес ни одного мата. Уж как терпит при нашей-то вечно неустроенной жизни?

Морозов Виктор. Весь в коммерции!.. Деньги вроде есть, но счастье как-то не идет к нему: разведен, ребенок с матерью, а он все один. По-моему, и не задумывается о счастье; некогда — все новые и новые бизнес-проекты.

Мартынов Федор. Бывший пилот вертолета, воевал в Афганистане; орденов и медалей — полпуда! Он щупленький и главная проблема — не хватает груди, чтобы все их разместить. В остальном, кажется, доволен жизнью. Федя спиться не успел из-за нехватки времени: все время в воздухе. Ничего!.. Пенсия у него хорошая — еще успеет от безделья.

Колокольцов Саша. Добродушный богатырь; женат, семья, дети, внуки. Кажется, что он вообще не знал проблем: способен смахнуть их одной левой! Были трудности во взаимопонимании с женой, но вроде все наладилось. Побольше бы таких людей!

Ипатов Сергей. Всегда весь в «блатах» и чиновничьих карьерах; иногда не знает, куда спрятаться от недоброжелателей, способных запросто «грохнуть». Не завидую его судьбе!..

Александров Семен. Родители-евреи скопили ему немалые деньги и приготовили «теплую» должность в администрации области, а он вернулся к озеру Байкал, где служил в армии и полюбил простую девчонку. Признавался, что там ему хорошо… хорошо ли?

Копылов Володя. С детства «пиликал» на скрипочке, как большинство еврейских детей; окончил потом Новосибирскую консерваторию и служил в Губернаторском симфоническом оркестре. Думаю, что ему очень не хватает денег… стал бы уж лучше адвокатом, как отец! Женат вроде, семья.

Синицын Саша. Работал инженером на оборонном заводе, был женат; потом — не знаю: ракеты стали не нужны, завод закрыли по конверсии вооружений. Он сильно не пил, так, наверное, устроился где-то.

Шабалин Женя. С женой были большие проблемы… спьяну разбил машину, и повесился в лесу. Зачем?.. Оттого, пожалуй, что не знал, как прокормить потом семью: он «таксёрил» на своей машине, когда лишился работы из-за той же конверсии. Жалко парня.

Фомин Игорь. Долго и несчастливо любил одноклассницу: она уж и замужем за другим была, и на иголку успела «подсесть». Когда сошлись все же, она умерла от передозировки, а он с горя повесился. Говорили, что и сам с ней вместе стал «подкалываться», а ведь какой отличный мужик был!.. Я в армию захотел тогда, когда они пришли со службы домой: Женя в сухопутной, зеленой форме, а Игорь — в черной, морской. Ух, и красавцы были!.. Не выпало им счастья.

Табанюхов Виктор. Стал инженером и смолоду уехал на село — сейчас крепкий хозяин. Наверное, хорошо ему в деревне… вот только очень тяжело там в старости.

Петров Сашка. В тридцать два года от водки умер! Уснул и не проснулся.

Смекалов Витя. Точно так же.

Журавлев Виктор. Умер от цирроза печени — тоже от водки.

Журавлев Серега. Хороший парень был, зарезали по пьянке.

Кисляцкий Сергей. Отвратительный тип — тоже спьяну «порешили».

Страхов Саша. Связался с бандитами в перестроечную пору, застрелили где-то.

Мертвищев Юрка и Сапрыкин Вовка. Два друга-приколиста — померли от водки по очереди.

Горелкин Гена. Сноб и чистоплюй — тоже от водки.

Арсентьев Коля. Опять от водки. Этого жаль: великолепный был ресторанный гитарист и барабанщик!

Шапорев Андрей. Глава эпидемиологического отдела областной СЭС.

Филиппов Серега. Главврач городской СЭС в Анжеро-Судженске.

Колесниченко Игорь. Любитель пошиковать и пустить пыль в глаза женскому полу. Еще при Брежневе отсидел четыре года за фарцовку, потом стал умнее: почувствовал, что любым аппетитам бывает предел! Где-то бизнесменствует.

Федоров Саша. Бывший помощник Игоря по спекуляции… так и не разбогател! А зачем?.. У него жена-умница и дети хорошие — живи да живи!

Овсянников Сергей. Подполковник милиции в отставке. Доволен собой, но я не замечаю счастья в его судьбе: какой бы ты ни был хитрый — всех не перехитришь! Да и что это за жизненная цель… всех пережить и обмануть? Несерьезно!

Паков Володя. Лишь спустя многие годы после школы я понял, как они похожи с Овсянниковым: снобизм и надменность — не лучшие качества. Оба теперь разведены и одиноки, потому что нормальным людям просто противно общаться с возносящими себя над другими; таких много и они никогда не смогут получить удовлетворения своей судьбой.

Все, хорош… ночи не хватит всех вспоминать!.. Для чего я это затеял? Для того чтобы понять, бывают ли вообще люди счастливы в земной жизни. И что теперь следует из долгого перечисления? Да ничего особенного! Все как всегда: не очень-то рвется счастье в людской дом; из сорока восьми перечисленных восемнадцать погибли от пьянства и его последствий, а остальным почти нечем гордиться. Что же все-таки может приманить счастье?..