Хроника глобального бреда - Фролов Александр - Страница 82

— Вы что это… серьезно говорите?

— Да.

— Еще одна новость! Почему именно я?..

— Об этом узнаете в другой раз.

— Ладно. Вопросами надоедать не буду, но когда вы явитесь снова?

— Зиму живите спокойно, а весной встретимся.

— Хорошо, согласен. Только вы обязательно прилетайте!

— Не волнуйтесь, мы прибудем.

— Я буду ждать!.. — совсем уж по-детски растрогался Орлов.

— Ждите. Вот вам пульт экстренной связи — нажмите кнопку вызова и говорите. Повторяю: пульт экстренной связи!

— Я понял, понял! — подтвердил Александр и взял в руки маленькую блестящую коробочку.

— Нет… подзарядки он не требует, — прочел его мысли Сириам. — Давайте прощаться. Надеюсь, нас отвезут к кораблю?

— Да-да, конечно! — поспешил уверить Орлов и бросил Лешке: —Живо снаряди автобус!

Хорьков кивнул и умчался на двор. Александр слегка обнял Сириама, его товарищей и повел их на крыльцо.

3

Отправив инопланетян, Орлов пошел к себе и вдруг увидел выходящего из терема агронома Закруткина.

— Владимир Алексеевич! — окликнул его Александр. — Задержитесь на минутку, мне нужно поговорить с вами.

— Пожалуйста, Александр Николаевич — к вашим услугам!

Они вместе прошли в княжеские покои и сели за стол.

— Владимир Алексеевич, прошу вас помочь мне советом, — начал Орлов. — Дело в том, что я не нахожу решения некоторых производственных проблем. Вот вы агроном и занимаетесь общественным земледелием; наверняка понимаете, что наша сельскохозяйственная техника изношена и восполнить ее естественную убыль нечем: те остатки ржавого железа, которые привозит Хорьков с периферии области, слишком мало годятся для обновления механизмов. Что же нам делать… решительно переходить на гужевую тягу и ручные приемы хлебокошения и обмолота?

— Трудный вопрос! — согласился Закруткин. — Я бы на вашем месте не боялся внедрения конной тяги в полеводство: лошадка много веков выручала людей и снова выручит. Но должен напомнить, что в городе Владимир в прежнее время располагался тракторный завод; если хотя бы в малой части оживить его мощности, то это станет важным подспорьем.

— Хм… это неплохо! Но у нас нет ни большого количества рабочих, ни промышленного электричества. Все станки в прошлом работали на электроприводе, и восстановить их энергоснабжение в таких масштабах мы не можем: разве справится с нагрузкой один генератор, подобный нашему поселковому?

— Конечно, нет! Но и его одного уже достаточно для электросварочных работ — это важный плюс в нашей ситуации. Мы не можем возобновить работу целой городской ТЭЦ, зато в наших силах начать изготовление примитивных паровых машин — пусть они приводят в движение станки!.. Поручите Харитонову заняться изготовлением таких агрегатов; он опытный механик и вдумчивый человек.

— И в самом деле: в девятнадцатом веке так и было!.. Это очень, очень важный совет! Только вот мало у нас листового и профильного металла для паровых машин, а о крупном литейном производстве даже говорить нечего.

— Так вы не торопитесь с крупным! Делайте все по порядку. Изготовьте для начала хотя бы один паровой привод и соедините его с пневмонасосом — он потребуется для нагнетания воздуха под давлением в плавильную печь, которая наверняка есть на заводе. «Раскурив» первую домну, оживите пароприводами прокатный стан; дальше запустите паровые молот и пресс для силовой ковки и штамповки металла. Таким образом вы получите первую технологическую линию по выпуску металлозаготовок, а токарный и сверлильный станки для их обработки уже есть в мастерской Харитонова.

— Да… пожалуй, можно отладить такую преемственность первичных технологий! Топливом для печей послужит, кстати, торф — его много в округе.

— Вот-вот! Начинайте что-нибудь делать, и цепочка технологических этапов сложится сама собой.

— Ну что ж, ваши предложения по металлу очень дельные! Нужно поскорее собирать весь лом с открытых территорий, пока он не изошел бесполезной ржой — не впору заниматься сейчас горнорудным делом. А вот что вы думаете насчет резины и пластиков?.. Химика-аналитика мы еще можем найти, а уж химиков-технологов в наших поселках, по-моему, и в помине нет!

— Совершенно верно — точно так же, как и сырья для химического производства. Сейчас, мне кажется, нужно вообще забыть на век-другой о существовании в прошлом пластмасс.

— Как же потом вернуть их в жизнь?

— Время само вернет нам химические полимеры. Люди тысячелетиями обходились без них и не роптали! Нужно только уделить необходимое внимание обучению началам химии в нашем будущем колледже, а позже и в университете, когда дойдут до него руки.

— Я уже думаю об открытии университета!

— Не торопитесь!.. Всему свое время. Лучше позаботьтесь о библиотеках владимирских вузов — их фонды нужно обязательно сохранить. Нет у нас нынче специалистов-технологов, да и не надо!.. Ученые будущих поколений во всем разберутся по старым учебникам. Книги Аристотеля и Пифагора, я вам скажу, не исчезали из научного оборота две тысячи лет, пока не пришло время других, новых знаний.

— Да, вы правы: со временем до всего руки дойдут — лишь бы не утерять накопленное предками!

— Ну вот. Я рад, что вы это понимаете!

— Благодарю вас, Владимир Алексеевич, очень хорошо поговорили. Даже дышится теперь легче!..

— Не стоит благодарности! Я могу быть свободен?..

— Да-да, конечно. Будьте здоровы!

Орлов проводил Закруткина до порога и вернулся к столу, ожидая возвращения Лешки.

Хорьков вернулся через час.

— Улетели? — спросил Александр.

— Ага! — подтвердил Леха. — Как «свистнула» их «тарелочка» — только след простыл!..

— Соображаешь, Леша, какая мощная «крыша» у нас теперь?

— Ага! Мне их рожи сначала сильно не понравились. А потом ниче — пригляделся как-то!

— Да тебе все рожи не нравятся! Мы-то — красавцы, что ли?

— Ну, Саня, не скажи… наши намного красивее! Я бы лучше с резиновой бабой спал, чем с такой «лягушатиной».

— Это дело вкуса! Кому-то на безрыбье и такая «рыбка» пригодилась бы.

— Тьфу, срамота! — не сдержался Леха.

— Да не плюйся, «верблюд»! — одернул его Орлов. — На корабле не был?

— Ну-у, еще полезу я в это «корыто»!

— А я бы слазил… интересно же! Может, придется когда-нибудь?

— Придется, конечно! Они вон обещали тебя на машине времени «покатать».

— И тебя покатают!

— Не-е, я не хочу!

— Боишься?

— Да ты че — страсть-то какая!

Орлов от души рассмеялся и подвел итог чудесному событию:

— Улетели себе, и ладно!.. Выводи бандитов, поговорим.

Хорьков пошел в темницу, а Орлов спустился во двор.

Когда пленных построили, Александр прошел вдоль шеренги, внимательно осматривая каждого. Мародеры вызвали в нем сочувствие: худые, грязные, обтрепанные… заросшие волосами и щетиной — все какие-то съеженные. Князь спросил:

— Кормили?..

— Да… кормили! — нестройно ответили бродяги.

— Кто старший?

— Я!.. — из строя шагнул вперед высокий худощавый солдат.

— Представьтесь!

— Командир отделения рядовой Усачев.

Александр взглянул в лицо доложившего и подал команду:

— Старший — за мной, остальных увести!

Вдвоем с Усачевым они пошли в покои. Хорьков крикнул конвою:

— Задержанных поссать сводите!.. — и последовал за князем.

В горнице все трое уселись за стол. Александр предложил пленному сигареты и спросил:

— Давно вот так… без кола, без двора?

Тот закурил и с горечью в голосе ответил:

— С двенадцатого года!..

— А раньше где жил?

— В Томске.

— Оп-па… земляк!

— Земляк?.. — недоверчиво переспросил солдат.

— Ну да! Я же из Кемерово — рядом совсем.

— Хм! — удивился гость. — И впрямь, земляки.

— Как сюда-то занесло? — оживленно поинтересовался Орлов.

— Я в Челябинске, в «зоне» сидел, когда вся эта катавасия началась.