Хроника глобального бреда - Фролов Александр - Страница 58

Товарищи поддержали его.

После ужина пошли к умывальникам, хорошо обмылись, побрились и сели покурить возле своего убежища рядом с другими его обитателями. Какой-то работяга в черной аккуратной спецовке с опозданием сообщил им:

— Вон же душ есть! Что вы там-то не мылись?

Парни дружно повернули головы в ту сторону, куда он показал, и Орлов поблагодарил:

— Спасибо! Только прибыли, еще не знаем ничего.

— Откуда вы?

— Из Тулы, зимовали там.

— Прятались?

Леха просто взорвался:

— Ты че?.. До последнего бились — к своим уйти не успели! Ты сам-то воевал?..

— Успокойся! Мне еще под Воронежем кишки выпустили, чудом жив остался, — охладил его пыл незнакомец. — Спасибо врачам, выходили — комиссованный я.

— Ну ладно, если так. Только ты думай другой раз, что говоришь-то! — не хотел униматься «бывалый фронтовик» Лешка.

— Ну, хорош, все!.. Меня Николай зовут… Харитонов, — завершил перепалку его оппонент.

Познакомились. Оказалось, что Николай будет их бригадиром. Александр спросил его:

— Как там, на расчистке?

— Нормально… жить можно. Завтра сами все увидите!

Побросав окурки в мусорницу, пошли спать. Дрыхли так, что хоть из пушки стреляй — не разбудишь; сильно устали!

Часы Орлова показывали как будто бы праздничную дату: первое января (по-нынешнему июля). Вроде отмечать надо, но какой же Новый Год летом?..

Утром Лешку подняли раньше, и он пошел принимать машину. Друзья его встали вместе с остальными, в семь утра; умывшись и позавтракав, к восьми уселись в грузовики и поехали на объект.

Орлов поинтересовался у бригадира, почему они едут на машине, а вчерашняя колонна шла пешком. Тот пояснил, что объект той колонны недалеко — они чистят железную дорогу в сторону Москвы у поселка Домодедово; им же нужно ехать в сам город, за кольцевую дорогу. Их бригада расчищает Каширское шоссе, и почти дошла до самой станции метро «Каширская» — через неделю, возможно, достигнут пересечения с Варшавским шоссе. Орлов недоуменно спросил Николая:

— Неужели скоро метро заработает?..

— Да что ты?! Там завалов уйма — еще много лет не запустят.

— А в центре ты был?

— Нет. В центр не скоро попадем: чистят от периферии вглубь города.

— Кремль-то целый?

— Говорят, что целый — с вертолета фотографировали. Все кругом обрушилось, а ему хоть бы что!.. Нам туда сейчас не попасть.

— А где правительство помещается?

— У них свой бункер где-то за городом — там все чики-пуки!

Когда подъезжали к городской черте, по пути видели много зданий, сохранившихся во вполне приличном состоянии среди разрушений, зато в микрорайоне Орехово-Борисово многоэтажная застройка вся лежала «в стельку» — уцелели лишь немногие малоэтажные дома. Харитонов опять пояснял:

— Видишь, будто башня торчит?.. Это бывший магазин «Белград». Вон там метро «Орехово», а тут — «Домодедовская».

Орлов смотрел, куда Николай показывал рукой и видел копошащихся на развалинах людей. Понимал, что это рабочие расчищают завалы.

Проехали Борисовский пруд и выехали на набережную реки Москва — талая вода бурлила в ее русле.

— Неужто лед сошел? — спросил Александр.

— Не-ет! Метров на пять вглубь стоит. Это сверху слуда бежит, вот и кажется, что река вскрылась, — ответил бригадир.

Наконец прибыли на место.

— Вот наши — здесь и работать будем, — объявил Николай. — А там вон метро «Каширская».

Орлов и Галстян спрыгнули с машины, пошли вместе с другими рабочими к строительному вагончику; из него вышел прораб и выдал бригадирам листки с дневным заданием. Увидев Павла и Александра, он спросил у Харитонова:

— Это твои… пополнение? Отлично, люди позарез нужны!.. Ну, ты не спрашивал, у тебя в чертежах кто-нибудь соображает? Мне грамотный парень край как нужен.

— Вон с тем поговори: капитан, инженер. Подойдет, может?

Они подозвали Галстяна, и прораб увел его в вагончик.

— Ну что, пошли, товарищи?.. Разбирай инструмент! — распорядился бригадир.

Люди взяли лопаты, ломы, носилки, сваленные кучей у вагончика, и двинулись к завалам. Александр попал в напарники к молодому парню — Валерке Походееву; они вместе стали нагружать битым кирпичом и мусором носилки и транспортировать от места расчистки к общей куче метрах в тридцати, где автопогрузчик поднимал все в кузова самосвалов. С других участков собранное носили в эту же кучу.

Работа была не очень тяжелая, позволявшая в любое время устроить перекур. Валерка нет-нет, да заговорщически подмигивал Орлову:

— Устал?.. Падай, посмолим!

Александр спотыкался от неожиданности и пытался оправдываться:

— Да не устал я! Че курить-то без конца?

— Ну, пойдем — воды попьем!

Шли пить воду, хотя жары на улице не было.

— Ох, и «шланг» ты, Валерка! — выговаривал Орлов напарнику. — Придет время, тебе и помереть лень будет.

Походей заливисто ржал и охотно соглашался.

Работу начали в девять утра, а около часа дня уже привезли обед. — Ну, неплохо! — отметил про себя Александр. — Так, и правда, можно работать.

Давали борщ, сваренный с сушеным мясом, перловую кашу с тушенкой, по четыре куска свежего хлеба и опять компот. Порции были небольшими, но для сытости этого вполне хватило. Валерка норовил получить добавку, но повариха сразу шуганула его от кухни и чуть не трахнула огромным черпаком по башке, заревев как пожарная сирена:

— А-а!.. Это опять ты, кобель рыжий! Сгинь, нечистый, мне еще две бригады кормить.

Походеев бросил алюминиевую чашку в бак с грязной посудой и, чертыхнувшись, подошел к Орлову.

— Хороша зараза, да?.. «буфера» засек? Я б не отказался! Да она с Васькой-водилой «шурымурится» — видишь, вон бугай идет?.. Пристроились тут к «халявке», а рабочий класс вкалывай! — тарахтел он как пулемет, стараясь сгладить неважное впечатление о себе, сложившееся у случайного свидетеля его позорного фиаско с поварихой.

Перекурив, Валерка изобразил озабоченность на лице и с видимым беспокойством произнес:

— Сашка, я заболел!

— Что случилось… понос, что ли? — удивился Орлов.

— Не-ет! Что-то работать захотелось — пойти поспать, может пройдет?.. — весело ответил тот и, звонко захохотав, завалился на кучу досок.

На дровяном штабеле Походей прохлаждался бы, наверное, до конца смены, с упоением ковыряясь грязным пальцем в своем необъятном носу, но совестливый Орлов поднял его через четверть часа и коленкой в зад подвигнул к новым трудовым свершениям.

К семи вечера работу закончили и погрузились на машины.

— По закону — чрезвычайное положение у нас, — пояснил Валерка. — Десятичасовой рабочий день, отдыхать потом будем.

Снова ехали мимо развалин. При взгляде на них становилось тоскливо: и Орлов, и Галстян много раз были в столице и видели ее цветущей; теперь все было в прошлом. Александр спросил:

— Паша, разобрался ты там?

— В чертежах?.. Конечно! Ничего сложного: инженерные рисунки-кроки, схемы коммуникаций. Ты бы тоже все понял.

— Да вряд ли! Ты «технарь» — тебе и карты в руки.

Приехав в лагерь, сполоснулись в душе, и пошли на ужин. В столовой встретили Леху: он вернулся с работы раньше них.

— Ну как, Леш? — спросил Орлов.

— Нормально!.. Двести верст намотал: четыре раза на объекты ездил. Движок путем тянет!

— Рабочих возил?

— Ага!

— А днем что делал?

— Меня подполкан наш припахал — по объектам нарезали.

— Рабинович?

— Ага.

— Ну как он, ниче мужик?..

— Да ниче, вроде! Балабонит тока без конца — все уши прожужжал!

Все засмеялись, представив разговорчивого подполковника. Александр приблизился к Хорькову и шепнул ему на ухо:

— Возможность будет, найди наши мешки с продуктами и спрячь куда-нибудь.

— Я уже забрал все — я ж на колесах! Заховал в одно место.

— О це гарно!..

— Дуже гарно!

Оба захохотали. Орлов еще шепнул Лешке: