Античный Чароплет. Том 3 (СИ) - "Аллесий" - Страница 183

— Ааа!.. Кргх… — Вилама обессилено повисла в кандалах. Соединяющая их цепь была крайне полезна и вполне выдерживала вес тела, хотя и не была сделана из хладного железа. Из него были лишь сами оковы, звенья же выплавленны из крепкой бронзы.

— Может, хватит уже? — Я устало спросил.

— Пошел ты… — Происходящее доставляло мне куда меньше удовольствия, чем хотелось бы. В ментальной магии я не силен. А Вилама… Она прекрасно поняла, что я собираюсь с ней сделать. Собственно, первый ритуал Черного Сна она сорвала. Воли и умения противостоять таким чарам ей было не занимать.

— Девочка, это все равно не поможет — ты лишь продлеваешь себе страдания, — Ксарнраадж, наполненная маной под завязку, смогла явиться в явь ярлыком, спокойно рассматривая своё будущее вместилище. Словно одежду выбирает… Королева морщилась каждый раз, когда Виламе причинялась боль. Нет, не потому что ей было жалко колдунью. Она жалела, да, но лишь сосуд, который из-за таких действий портился. Каждая царапина на коже, каждый удар, ожог — все это снижало привлекательность тела, которое она уже считала своим.

— Иди и поклонись великому Пазузу! — Из-под сальных грязных волос, которые уже клочьями были вырваны, сверкали два ярких злых глаза. Я вздохнул, после чего по пещере разнесся новый раздирающий уши вопль: такая реакция была на очередную иголку, загнанную под ноготь.

Моя ладонь зажала демонопоклоннице рот, после чего раздалось булькание. Это вода, которой женщина начала захлебываться, стала набираться из ниоткуда. Чистая гидромантия…

Спустя примерно полминуты, когда очередная пытка с водой была окончена, а разряд тока уже который раз заставил тело пленницы выгнуться дугой, я решил покинуть пределы своеобразной темницы. До завтрашнего дня.

— Она меня раздражает.

— Она сломается. Рано или поздно. День, два, три…

— Или десять! Или сто! Эта девка слишком упорна! Любой смертный уже сдался бы!

— У неё демоническая кровь.

— Ты прикладываешь недостаточно усилий, — Ксарнраадж вперила в меня жесткий взгляд алых глаз, в глубине которых мелькали зловещие искорки. — Жалеешь её.

— Нет.

— Раз нет — начинай пытать жестоко! Скорми ей её мясо, выжги грудь, достань бьющееся сердце из груди и сжимай так крепко, как можешь!

— Это её убьёт…

— Исцелишь!

— Я не настолько великий целитель. И не вижу в этом смысла. День, два, три, пять… Какая в сущности разница. Рано или поздно её моральные силы кончатся.

— Она дочь демоницы. И скорее всего родилась в Лэнге, — Королева стиснула кулаки. Даже в бесплотном обличии чувствовалось напряжение несуществующего тела. — Возможно, что то, что ты с ней делаешь, не самое ужасное, через что эта… Это тело могло пройти.

— Значит, её придется пытать дольше — только и всего, — я пожал плечами.

Впрочем, «дольше» не вышло. На следующий день Королева была в страшнейшей ярости, ведь тело Виламы, к которой я переместился порталом в очередной раз, просто… висело.

Мертвое тело.

Не желая становиться ни для кого сосудом, она откусила себе язык, залив все вокруг кровью. Если бы я пришел хотя бы на час-два раньше, то успел бы её оживить, восстановить ткани… Но душа не была скована оковами из бронзы и хладного железа. Она просто ушла из этого места. Пламя Гибила затопило всю пещеру, стоило только мне забрать кандалы. Оставлять эту грязь после себя я посчитал лишним.

Возвращение в Бхопалар могло бы считаться триумфальным, если бы не большое «но». Количество воинов. Если про ополчение даже говорить не имело смысла: там выжил каждый десятый в лучшем случае, то вот смерти магов и джунуюдха были куда менее частыми. Но все равно — из тех, кто когда-то вышел из Бхопалара и других городов осталась жалкая половина. Даже поменьше. Тяжелый удар по оправляющемуся Царству.

— Ты приказал убивать моих подданных?.. — Сварнраадж вперил в меня тяжелый взгляд.

— Они ничем не отличались от эмушитов, государь. Такие же носители зла. Лучше так, чем обнаружить новый культ и черных кудесников у себя под носом через тридцать лет.

— Может быть, — Сварнраадж тяжело опустился на подушку, после чего зажмурился, нахмурив лоб.

— А может, твой неофициальный Адаалат-ка-Джаду посчитал, что подданных у тебя многовато? — Майрам тоже была тут. И вот ей все происходящее доставляло несказанное удовольствие.

— Умолкни, женщина, — Сварнраадж от неё просто отмахнулся.

— А не то что?.. — Вопрос повис в воздухе. Все немногочисленные присутствующие повернулись в сторону супруги Раджи. Это был вызов?.. Она же понимает, что сейчас пересекла некоторую незримую черту, отделяющую то, что можно говорить, от того, что нельзя?.. — Я… Эм… — Кажется, до неё и самой дошло.

— Тиглат, прикончи этих, — Сварнраадж мотнул головой. Кто такие «эти» объяснять не стоило. Я уже стоял за спиной одного из телохранителей принцессы Рек. Ракшасс был очень быстр, невероятно. Он уже выхватил клинки и начал ко мне поворачиваться, когда мощный звуковой резонанс разорвал ему все внутренности. Голова упала рядом. Вместе со второй головой. Обе снес двурогий. Одну — когда её хозяин осел на колени, а вторую — когда его товарищ бросился на меня. Я призвал демона лишь на несколько секунд, тут же изгнав.

В пиршественной зале, где и проходил доклад после того, как мы вернулись и отдохнули, стояла гробовая тишина. Никто ещё не успел переварить приказ Сварнрааджа, а тут двое столь грозных слуг дочери повелителя востока уже оказались мертвы. Всего четыре секунды. И два трупа ужасных монстров, бывших гарантом власти принцессы.

— Урок усвоен? — Казалось, голосом Сварнрааджа можно было заморозить океан. Бедная Майрам… Она, наверное, думала, что два ракшасса — это грозная сила?.. Нет, так оно и было, конечно. Они небольшую армию могли бы на кровавый салат пустить, но двурогий гвардеец Лэнга мог бы такой же салат организовать уже из отряда ракшассов. Никаких шансов. О моих возможностях Сварнраадж знал. Я ещё до путешествия убедил его, что по одному слову государя смогу убить этих двух монстров. Потому в том, что приказ будет исполнен, Раджа не сомневался. Посмотрев на замершую истуканом жену, он приказал: — Вон.

Служанка, которая оказалась куда более расторопна, нежели её госпожа, кинулась к Майрам, аккуратно уводя её на деревянных ногах из помещения. Сварнраадж же повернулся к молчаливым сановникам, воинам и храмовникам.

— Если это было необходимо… Так тому и быть. Продолжайте рассказ.

Когда долгий доклад окончился, Сварнраадж хмуро повел головой.

— Тиглат, как мою страну называют у тебя на родине?

— Хараппа, солнцеликий государь.

— Да. Хараппа. Мы отстраиваем её заново. Раньше она была вратами Бхопалара и, стой Храм там, моя земля называлась бы далеко не по имени текущей столицы, да и столицей Бхопалар не был бы.

— Это без сомнения так.

Тиглат не понимал, к чему ведёт Сварнраадж. Да, в Шумере эти земли знали как земли Хараппы или за Хараппой. В недавнем прошлом это был торговый город, возможно, даже крупнее Бхопалара. И входивший скорее в унию с Раджой подобно Индрахутаре. Но то — в прошлом. Хараппа находилась на пересечении пустынь и тамошних кочевых народов, края бхопаларских земель и Похалайского Царства, гранича с дикими племенами эмушитов, но редко подвергаясь нападениям от них, что было удивительно. Тем не менее, она оказалась в центре текущей войны и была стерта с лица земли. Сварнраадж последние пять лет уделял её восстановлению большое внимание. Собственно, именно Хараппа была ключевым торговым пунктом и одновременно крепостью на границе пустыни. Туда, а не в Бхопалар шли торговцы и из Шумера, и из Та-Кемет. И что с того?..

— То, что Хараппа ныне стоит на пустых землях, и пока их не заселят люди вновь, а этот процесс небыстр, торговля через неё будет тяжела и бедна. Теперь же у нас разгромлено ещё и побережье. Конечно, Бахру нужно было уничтожить. Особенно в свете того, что там вскрылось. Но бремя, которое теперь легло на Бхопалар, нельзя снять и развитием морской торговли вдоль побережья. В недавней войне на юге полегло множество крепких мужчин, подчинены черным сущностям были несколько поселений на побережье, а южные земли и так не слишком-то заселены после войны и изгнания наг. Раньше змееногие жили там, ныне живем мы. Теперь часть земли пришлось им вернуть, но это все равно необъятные для нас территории, в которых на десять лет оказалось обескровлено население. Сколько по твоим оценкам полегло людей, мой ка-Джаду?