Античный Чароплет. Том 3 (СИ) - "Аллесий" - Страница 174

— Предельно, — я слегка склонил голову. — Твоё человеколюбие, господин Хируман, достойно восхищения.

Воин скрипнул зубами. Человеколюбие — это не то, чем ему хорошо было бы прославиться. Хируман удивил этим решением многих. Маги говорят, что надо убить? Значит — надо убить. Обычное дело. Что вдруг в голову пришло Хируману — вопрос хороший. Но я уверен только в одном. Не уничтожая демонопоклонников, военачальник ставил крест на этом противостоянии. Не важно, как оно закончится. Важно, что мы заранее не победили. Не проиграли, нет. Просто не победили врага до конца. А это однозначный повод задуматься.

— Ты был учеником Абтармахана, не так ли? — Гальди выбрал относительно мягкий тон речи, в отличие от своего обычного стиля.

— Был. Наверное был.

— Наверное?

— Недолго, надо сказать. Пару лет… Три года? — Странное дело, но воспоминания об это периоде времени были смазаны, словно бы Абтармахан учил меня всю жизнь, но так и не смог выучить. — Ты ведь его брат, так? — Я повернулся к мужчине.

— Догадался?

— Случайно услышал. Абтармахан не рассказывал лишнего, хотя один раз упоминал о детстве. Он стал мне настоящим учителем в отличие от всех, кто давал знания раньше. От него я почерпнул не только знания, но мудрость. А ещё он мертв, — жестко добавил я.

— У нас были сложные отношения. Наши предки были из Храма Тысячи… И из общины мудрецов востока. Это было соглашение между родителями. Младший сын отправится на восток. Старший вырастит в Храме. Позже мы с братом путешествовали вместе и больше десяти лет были бок о бок. Учились друг у друга… Пока не встретили кое-кого.

— Кого?

— Её больше нет в живых.

— Красная Королева? — Я явно оказался чрезвычайно проницательным. Во всяком случае, судя по сжавшимся губам Гальди, попал в точку.

— Да. Рубиноглазая властительница северных гор. Она предложила нам обоим красные глаза. Мне — рубины. Брату — гранаты.

— Но ты не принял их, — я внимательно посмотрел на Гальди.

— Не принял. Я отказал и на этом мы с братом разошлись. Сейчас я понимаю — на него давили не только симпатия к Ксарнраадж и желания новой силы. Он представлял Храм и обязан был выполнить долг. Он стал послом в Ракануджар, неоднократно туда ходил, договаривался сначала как посланец Храма Тысячи, а позже — как Адаалат-ка-Джаду Раджи. Я йог, мы неприемлем инородного, Тиглат. Моя кожа — сталь, кости — гранит, дыхание — пламя, а кровь — кислота и самое живительное из зелий. Я могу плавать в лаве, сражаться с джунуюдха или ракшасами, дышать огнем и глотать камни. Но я не готов был отказаться от своих глаз и смотреть чужими. Это просто… Неприемлемо. Но сейчас, спустя время, я бы согласился принять тот проклятый дар, лишь бы не ругаться с братом.

— Проклятый?

— Я вижу на твоем лице глаза моего брата, — Гальди усмехнулся. — Не волнуйся так. Красная Королева мертва. Ракануджар разрушен. Все, кто принимает глаза, рано или поздно, но становятся её слугами. Они все уходили в Ракануджар, они все больше не возвращались без её знамени. Тебе это не грозит, — вот тут я бы поспорил. — Раджа Бхопалара передал мне через ученицу послание. Он пишет, что обещал попросить гуру-йога учить тебя?

— Его отец обещал?

— Раджа обещал, кто именно был Раджой — не столь важно.

— Он просил тебя?

— Да. И я соглашусь, если ты захочешь. Ты служил Радже семь лет, на семь лет я мог бы взять тебя в ученики. Но учить я тебя буду в нашей общине. И слушать меня тебе придется беспрекословно.

— Согласен.

— Тогда — мы отправимся с тобой туда после сражения за Бахру…

Разнесшийся по окрестностям гул был оглушающим. Словно бы рухнуло что-то очень масштабное. Это был один бесконечный удар по ушам. Все время, которое мы тут были, от потемневшего барьера Бахры шло какое-то неявное свечение. То есть несмотря на то, что само полотно было угольно-черным, вокруг на многие сотни метров все предметы были словно бы подсвечены слабеньким внутренним источником. И это была лишь одна из многих аномалий, с которыми мы тут сталкивались. И внезапно это ощущение внутреннего света, которое постоянно царапало подсознание, исчезло. Просто раз — и все. Словно лучину пальцами щелкнули.

— За мной! — Гальди переменился мгновенно. Ещё минуту назад рядом стоял мудрый и много повидавший мужчина. А теперь это был собранный и опасный воин. Властный. Они с Абтармаханом были похожи и непохожи. Возможно, на второго брата так повлияла огненная стихия, но прошлый Адаалат-ка-Джаду был раздражителен и жесток. Гальди в этом смысле походил больше на змея. Не на какую-то там гадюку или кобру, а на питона. Мощный, сильный. Неспешный, когда не нужно. Откровенно говоря, эта парочка стоила друг друга.

— Да!

Я собрал знак «быстро», а гуру просто побежал. Вырывая из-под своих ног огромные комья земли. Скорость была словно у ягуара.

— Учитель!..

— Все отряды, готовые к бою! Строимся и за мной! — Голос Гальди разносился по округе. Неровные ряды и островки палаток, нарытых землянок и очагов огня со шныряющими меж ними людьми пришли в движение.

Приказ на самом деле был очень точен. Постоянное противостояние и борьба с барьером привели к тому, что мы вынуждены были формировать боевые группы смешанного состава, охранения, заградительные посты и работать круглосуточно. Сейчас к Гальди спешило по меньшей мере четыре подобного рода группы и два кулака (по пять человек) охранения. Совокупно, судя по аурам, восемь кудесников-сатьянов, хотя один и был слабоват, четверо джунуюдха и двадцать девять обычных человек. По виду большинство — воины. Правда, какие тут из Бхопалара, а какие — просто приличные люди, попавшие в ополчение и умеющие воевать, не было ясно. Но хотя бы отсутствовало откровенное отребье без всяческой защиты и с оружием едва ли не из кости.

— Хируман не велел… — начал было один из магов.

— Ответственность на мне. Или мне ты тоже не хочешь подчиняться? — Я жестко посмотрел на мужчину. Тот отступил на шаг даже. Чего это он?.. Ну… Я не так часто проявляю позицию так бескомпромиссно, ну и что?..

— Ты! — Гальди выхватил из потоков людей вокруг какого-то парня. — Передай храброму Хируману — мы собрали отряд и отправляемся в Бахру. Важно ударить как можно скорее, пока ночью они не собрали там полчища тварей. Ясно⁈

— Понял, мудрейший…

— Пошел! А вы! Старшие кулаков — распределите людей. Храмовники по краям! Смотрите вокруг за угрозами. Я и ка-Джаду Тиглат впереди. Пошли! Ученица, ты в лагере!

— Но наставник!..

— Я сказал — ты в лагере! — Девушка поджала губы, злобно глянув заодно в мою сторону почему-то. После чего развернулась и пошла куда-то в толпу.

Я почти уверен был, что нас будут ждать, когда мы подойдем, ноооо… Нет, несколько каких-то кошмарных созданий по пути встретились, конечно. Ещё мы столкнулись с людьми. Отрядом людей, которых по темноте сначала приняли за своих даже, благо — те первыми начали по нам стрелять из луков. Гальди не разбирался. Я впервые увидел что-то массовое в его исполнении. И был впечатлен. Во всяком случае, когда человек дышит огнем так, как не каждый мастер Гильдии из пиромантов способен — это впечатляет. Особенно если знать, что йоги специализируются все же на своем теле. Либо я чего-то сильно не понимаю. Гуру не церемонился. Крики сгорающих заживо были громкими, но недолгими. Бойцы даже в бой не вступили.

Мы отпахали до пяти километров, наверное, всего за полчаса. Отряд шел полубегом, чрезвычайно углубившись в территорию, которую контролировали раньше местные господа. И именно тут я понял, что наш гуру задумал.

— Ставим! Аккуратнее! — Гальди просто-напросто решил жестко разобраться с большей частью проблем одним махом.

После закрытия прорехи в кромке яви и Царства Снов должно было открыться море прорех и небольших щелей в мир сновидений. И латать себя реальность будет столетиями. Но никто не запрещал продолжать её стабилизировать. Гальди просто устанавливал все якоря, какие только были с собой у группы, вокруг определенного места. А в центр водрузил мощный камень маяка.