Античный Чароплет. Том 3 (СИ) - "Аллесий" - Страница 101

— Чего ты желаешь, Владыка Рек? — безмятежно, но явно внутренне напрягшись, спросил Роши.

— Пусть кто-нибудь из вас, раз уж именно вы ведёте переговоры, продемонстрирует силу Бхопалара и защитит честь своего правителя. Мой Адаалат-ка-Джаду — сильнейший чародей в мире, — ага, конечно. Архимаги Шумера и Первожрецы Та-Кемет только что дружно самоубились. — Поэтому я не рассчитываю, что кто-то из вас победит его. Продержитесь… тысячу ударов сердца. Один из вас. А другой вернётся к своему правителю и сообщит о смерти товарища и о том, что я никого не казнил нечестно. Или… Вы хотите отказаться? — короче, переводят с идиотского на человеческий: «Я хочу вежливо вас пнуть отсюда подальше, поэтому поставлю невыполнимую задачу, а вы уж как-нибудь вежливо откажитесь, уроните достоинство и репутацию и уберитесь отсюда».

— Согласны, конечно, — фыркаю. — Когда и где сражаемся? — оценивающе смотрю на своего будущего противника. Тот аж опешил от такой наглости. Пару секунд Раджа Рек удивлённо смотрел на меня, потом расхохотался.

— Великий Шива… А ты не из робкого десятка! Не желаешь пойти под мою руку?

— Нет, прости Раджа. Но я служу другому правителю, — Императору Шумера, а не властелину дикого захолустья на окраине мира.

— Ясно. Пожалуй, завтра в полдень и начнём. Знаете ли вы кровавое поле?

— Нам известно, где это, — кивнул Роши.

— Завтра вы вдвоём сразитесь на кровавом поле в полдень. Надеюсь, я и мои придворные увидим славное зрелище перед твоей смертью.

— Безусловно. Но перед этим — небольшое условия. Ведь мой противник будет использовать Шивкамути. Это не совсем честно…

— Ты думаешь, что я, Хранитель Огня, передам кому-нибудь на время боя Жемчужину Шивы⁈ — раздражённо спросил Адаалат-ка-Джаду.

— О нет. Но, во-первых, мне служат духи. И все они будут сражаться вместе со мной.

— Всем храмовникам служат духи, — махнул рукой маг, мгновенно успокаиваясь. — Мне плевать, с ними или без них убивать тебя.

— Конечно, — мысленно усмехаюсь, представляя себе, как он удивится завтра. — И ещё. Раз уж мы будем сражаться так, то, в случае, если я выживу, Солнцеликий Сварнраадж посватается к любой из твоих дочерей. И ни одна ему не откажет, — смотрю на Раджу.

— Хорошо, чародей. Ты вдвойне смел, и я соглашусь дать тебе эту награду, несмотря на призрачность твоих шансов.

— Благодарю, Раджа, — слегка поклонился я под насмешливым взглядом.

— Он очень силён. Думаешь, справишься? — нахмурился Роши, когда мы вернулись в дом, который арендовали на двадцать дней. Принадлежал он местному придворному, имеющему право владеть землёй и живущему в своих владениях. В столицу он приезжал часто, но, пока его не было, управляющий домом с удовольствием разрешил нам тут пожить за неплохую плату. Право так распоряжаться имуществом своего господина мужчина имел.

— Одолеть его — вряд ли, — задумчиво кручу в руках кружку с разбавленным созданной мной водой местным вином. Роши неодобрительно косился на такое святотатство над благородным напитком, но молчал, не считая возможным указывать мне, что пить и как. — А вот продержаться, как сказал Раджа, тысячу ударов сердца… Это мне вполне по силам, будь у него хоть десять Шивкамути.

— Ты слишком самоуверен, — неодобрительно высказался темнокожий сатьян.

— Отнюдь, — улыбаюсь. — Что известно про Адаалат-ка-Джаду Речного Царства?

— Величайший повелитель огня из известных. Он может даже превзойти Абтармахана в форме гигантской Кобры, когда тот использовал Шивкамути. Жар плавит камни, пламя взметается до небес и расползается, насколько виден взор. В своё время он сумел сжечь в одиночку целую армию в восемь тысяч человек, а ещё — одолел одну из армий наг. Полторы тысячи змей. С тех пор его ненавидят все змеелюди, боятся враги и любят… любили драгоглазые. У него есть доспех, выкованный в Ракануджаре, подарок от самой Красной Королевы. Его называют сильнейшим чародеем мира… Правда, мы оба прекрасно знаем, что это не так, — Роши слегка вздрогнул, вспомнив, видимо, как шумеры и египтяне совместно связали и убили Эмушу. Или как Менгске в одиночку одним заклинанием тряс целый кусок горного хребта столь сильно, что скалы, стоявшие десятки тысяч лет, рушились и раскалывались, не в силах противостоять колдовской мощи.

— Да. Верно. Посмотрим, столь ли страшен его огонь Огненной Обезьяне, — я усмехнулся, произнося прозвище, укрепившееся за мной в Бхопаларе. Огненная Обезьяна, ученик Огненной Кобры. Впрочем, полная огненная форма с Шак’чи для меня была тяжела в исполнении и слишком затратна до сих пор, поэтому я не использовал её регулярно, как это делал Абтармахан со своей Коброй. Но на короткий десятиминутный бой я мог её принять.

Кровавое поле — место, находящееся неподалёку от столицы. Здесь тренировалась армия, проводились «договорные сражения». Местная традиция. Что-то вроде дуэли, только не один на один, а с поддержкой слуг. Здесь казнили многих преступников, заставляя их сражаться голыми с деревянным оружием против тех, кто мог больше заплатить за участие в таком «бою». Здесь же встречал полдень следующего дня и я.

Несмотря на наличие монстра от магии, которому мог бы противостоять из ближайших соседей разве что Гуру-Настоятель Храма, да и то — в расцвете сил, а не как сейчас, магия в Речном Царстве находилась на уровне ниже, чем в Бхопаларском Царстве. Здесь не было нормальной Гильдии, Храма или другой организации чародеев. Несколько родов, культивирующих магию, несколько ракшасов, неизвестно, сколько точно, правда. Кто-то говорит, что восемь, кто-то — что двенадцать. Двух я точно видел. Помимо перечисленных имеются ещё несколько храмовых ренегатов и, собственно, всё. Именно поэтому в частности местный Адаалат-ка-Джаду считается столь могущественным. Ещё бы. По сравнению с местными, этот феномен — настоящий бог.

Разумеется, магическую защиту по всему периметру места схватки поставить никто не мог. Так что зрители стояли на почтительном отдалении в километр примерно, будучи укрытыми сколоченными деревянными щитами, которые дополнительно служили опорой для небольшой деревянной насыпи со стороны места будущего противостояния. Сам Раджа находился на отдельном холме. Рядом с ним стояли двое телохранителей-ракшасов. Там же находился и Роши.

— Надеешься выжить? — насмешливо уточнил Адаалат-ка-Джаду у меня, стоя в десяти метрах впереди. Мы оба ожидали сигнала рога, по которому должны начать бой.

— Не надеюсь. Я уверен, что выживу, — односложно отвечаю, чуть поморщившись. Мой противник был мужчиной в летах, но для мага — крайне молод. Всего-то каких-то лет семьдесят. Плюс-минус.

— Ты ведь не знаешь, да? — усмехнулся он. — Раджа дал нам время в тысячу ударов сердца. Не много, но и не мало. Только он не уточнял, что сердце будет человеческое.

— Что? — приподнимаю брови.

— Сердце ракшаса бьётся вдвое медленнее, если он не сражается, — хмыкнул Адаалат-ка-Джаду. Я мысленно скривился, но внешне только пожал плечами, слегка разозлив оппонента.

— Получено задание: «Наследие Огня»

Ранее в окрестных землях считалось, что сильнейшими пиромантами являются Абтармахан Огненная Кобра, брахман Храма Тысячи, Адаалат-ка-Джаду Индра-Бхопалского Царства и Фарух, хранитель Огня, Адаалат-ка-Джаду речного Царства. Споры о том, кто из них сильнее, не утихали годами, но они ни разу не сходились в бою. Вас считают наследником и продолжателем воли Абтармахана. Победите Фаруха.

Награда: 3 уровня.

Это замечательное сообщение выскочило буквально в тот момент, когда мы шли подальше от зрителей. Награда впечатляющая, но победить этого монстра… Я могу с уверенностью сказать, что одолеть его мне почти невозможно… Наверное. Уж очень силён, судя по ауре.