Кровь черного мага 4 (СИ) - Гарднер Эрик - Страница 28

— Хорошо.

Маделиф ушла. Карлфрид посмотрел на меня вопросительно, но я больше ничего не стал рассказывать про Пруссию. В дверь кабинета постучали и туда осторожно заглянул Финбарр, а потом пересек кабинет, прошел в столовую и, усевшись за стол, протянул мне большой пухлый конверт.

— Ленели просила тебе передать, — произнес он.

— Это что?

— Фотографии с церемонии в Эвенсбурге. Ты же ей сам сказал, что хочешь первым посмотреть фотографии. Кстати, она являлась на ней единственным фотографом, так что все издания уже завалили ее запросами этих фотографий.

— Ого. И кто интересно ей дал эксплозивное право на съемку? — поинтересовался я, глянув на кузена.

Финбарр покраснел, а я ухмыльнулся, но ничего больше по этому поводу не сказал. Распечатал конверт и выложил на стол стопку фотографий. Что ж, нужно отдать должное этой чертовой папарацци: снимать она умела. И почти снимки были сделаны со вполне удачных ракурсов.

Потом я дошел до фотографий, сделанных на следующий день. Задержался на фото, где я подсел за столик к черному магу. Дальше было несколько не совсем четких снимков, когда я атаковал мага и разрушил стену. Видимо в этот момент Ленели сильно перепугалась. Потом я посмотрел следующие, где была атака магов. Нахмурился.

— Барри, это ведь не все фото? В смысле, она не отпечатала все негативы? Мне нужно вообще все фото, начиная с того момента когда она сделала первый снимок.

— Ты что-то обнаружил, Харди? — встревожился Финбарр.

— Кажется, да.

Глава 14

Я собрал все фотографии в стопку, засунул обратно в конверт и, посмотрев на кузена, спросил:

— Ленели их тут делала?

— Да.

— И где она сейчас?

— У меня. Пойдемте.

Мы втроем направились в комнаты, которые занимал кузен. Ленели обнаружилась в столовой. Весь огромный стол был заложен фотографиями и она что-то разглядывала на них с увеличительным стеклом.

— Добрый день, госпожа Фогель, — произнес я, проигнорировав недовольство кузена. — Что вы ищите?

— Добрый день, Ваша Светлость, господин Моор, — она кивнула нам с Карлфридом. — Заметила кое-что. Наверное, вы тоже?

— Вы про магов, которые были в охране, а потом вдруг оказались по другую сторону битвы? — поинтересовался я.

На лице журналистки отразилось жуткое разочарование. Вероятно, она хотела весьма сенсационно преподнести мне свое открытие. В итоге она сдержанно кивнула и показала на лица магов, обведенные на фото красным фломастером.

— Вам отдала лучшие фотографии, на мой взгляд. А потом, заметив одни и те же лица, сделала остальные фото. Тут на столе все снимки. Я разложила их в хронологической последовательности.

— Отлично. Хотел попросить вас о том же самом, но вы уже все сделали. Спасибо. Как, кстати, вы умудрились сфотографировать того черного мага, с которым я разговаривал, что он даже не заметил? — поинтересовался я, забрав у нее увеличительное стекло и изучая фотографии.

— Маделиф специально наложила на меня охранное заклинание, чтобы гости не замечали, что их фотографируют, и вели себя естественно. Мне показалось, что даже вы этого не заметили.

Она улыбнулась. Я кивнул. Потом передал увеличительное стекло Карлфриду.

— Вам не кажутся некоторые знакомыми?

Он прошелся вдоль стола, разглядывая все лица, обведенные красными кружками, потом перевел взгляд на меня.

— По-моему, сейчас не время ехать в Пруссию, Ваша Светлость, — мрачно заметил Карлфрид. — Надо разобраться с этим. Иначе мы упускаем время и позволяем предателям по-прежнему действовать.

— Вы о чем? — встревожившись, спросил Финбарр.

— Об этих магах, — я кивнул на снимки. — Часть из них я видел в Хайдельберге, когда мы схлестнулись там с Чистославом Черным. Посмотри, Барри. Найдешь знакомые физиономии?

Финбарр проглядел фотографии.

— Да, пожалуй.

— А другая часть сперва находилась в охране на церемонии, а потом оказалась на стороне Черного мага. Причем эта часть магов в битву не вмешивалась, а устранила тех магов, что атаковали нас в Эвенбургском парке.

— И это значит…

— Значит, что тот черный маг и Чистослав Черный заодно, — обронил Карлфрид задумчиво и сделался совсем мрачным.

— Ноткер, позови сюда госпожу Халевейн, — произнес я.

Маделиф пришла минут через десять. Я молча передал ей увеличительное стекло и кивнул в сторону фотографий. Изучив все, она побледнела и обратила ко мне хмурый взгляд.

— Неприятное открытие, не так ли? — произнес я. — Совсем недавно мы с госпожой Фогель посетили одну студенческую вечеринку в Хайдельберге, на которой присутствовал Чистослав Черный. Вам Адельман не рассказывал?

— Нет. И что там было?

Я кратко пересказал.

— Чистослав много лет вербовал студентов, которые учились в Пражском Университете. В дальнейшем они попадали в Хайдельбергскую Магическую Академию, ну а дальше, думаю, вы догадываетесь, что было.

— Значит, сейчас во всех Гильдиях имеются маги, что служат Чистославу? — Маделиф опустилась на стул, словно новость ее сразила и обессилила. — Но откуда вам всё это стало известно? Вряд ли только вечеринка натолкнула вас на подобные мысли…

Тут у волшебницы что-то сложилось в голове и она устремила взгляд на Карлфрида.

— Вы ведь тоже учились в Праге, — она смотрела на своего коллегу с неверием. — Вы… Как вы могли? Мы вам во всем доверяли!

Голос и взгляд Маделиф стали убийственными. Казалось, она сейчас вскочит и атакует предателя. Но потом ее взгляд метнулся ко мне.

— Как давно вам об этом известно, Ваша Светлость? — потребовала она.

— Господин Моор по-прежнему на нашей стороне, — произнес я. — Кроме того, благодаря ему, стало известно чем именно занимался Чистослав. Вам я специально не говорил, зная, какую реакцию это все вызовет. Сейчас скрывать уже бессмысленно.

— И с какого же времени вы не служите больше Богемии, Карлфрид? — Маделиф снова смотрела на мага, прожигая его взглядом. — С тех пор, как мы нашли Его Светлость, не так ли? Перед вами открылись совсем другие перспективы и иная выгода.

— Я не совершал ничего, что бы вредило Фризии или вам, Маделиф. Впрочем, как и другим фризским магам, — отозвался Карлфрид.

— О господине Мооре знают только Ульрих и вы, госпожа Халевейн, — произнес я. — И я бы не хотел, чтобы об этом узнал кто-то еще. Чистослав скорее всего свяжется с Карлфридом и нам это на руку.

Маделиф молчала, поджав губы и обдумывая услышанное.

— Вы ему доверяете, Ваша Светлость? — спросила она.

Я кивнул.

— Хорошо.

— Я предложил Его Светлости отложить поездку в Пруссию, в свете открывшегося, — произнес Карлфрид.

— Не думаю, что стоит откладывать. Возможно, господин Прегиль не зря беспокоится и нам нужно убедиться, все ли там в порядке. Поездка много времени не займет. А вот дело с магами-предателями однозначно затянется, — Маделиф смотрела на Карлфрида с плохо скрытым презрением. — Когда вы закончите ваши домашние дела, Ваша Светлость?

— Я их даже и начать не успел, — заметил я.

— Кстати, ваши кузины и тетушка вернулись вместе со мной в Хоэцоллерн, — заметила Маделиф. — О том, что произошло на Райнерсберге, они не знают. Им хватило переживаний от случившегося в Эвенбурге. Там я попросила их не покидать гостевых комнат и приставила к ним охрану на всякий случай. Из фризских магов, — Маделиф кивнула на фотографии. — К счастью ни одного из нас среди предателей нет. Почти. Удивительно, почему? Видимо, господин Моор все же прекрасно справлялся один со всем, что ему поручали в Богемии.

Она снова взглянула на Карлфрида. Потом поднялась и взяла несколько фотографий.

— Можно забрать? Отошлю их вместе с письмом Ульриху.

Я кивнул.

— Госпожа Фогель, сделайте еще те фотографии, что забрала госпожа Халевейн, — попросил я.

— Да, конечно, Ваша Светлость.

Маделиф словно только сейчас заметила журналистку.

— Ленели, вы большая умница, спасибо, — волшебница даже пожала руку изумленной и чуть смущенной журналистке. — Без вас мы бы не узнали много «интересного».