На семи ветрах (СИ) - Машкова Наталья - Страница 30

Вечером, когда дети и Ида заснули, она пришла в башню Гарды. Та работала, готовила что-то. Эни вдохнула поглубже и поняла, что. Взглянула на женщину, заменившую ей мать. Решилась:

— Мне нужно зелье.

Гарда флегматично кивнула. Расценить это можно было так: пользуйся! Да, Эни умела, много знала. Целительница каждую из них учила, тем более, что эльфы близки к ведающим по тому, как те и другие воспринимают мир.

Качнула головой:

— Я хочу, чтобы сделала ты.

Гарда насторожилась:

— Что тебе нужно?

— Два зелья. Афродизиак для мужчины. Сильный. Чтобы не остановился… И "искры страсти" для женщины. В максимальной концентрации. И желательно с обезболивающим и противозачаточным эффектом.

Гарда спокойно взглянула на Анастас:

— Ты решила пойти до конца?.. Кто он?

Эни качнула головой:

— Мужчина не имеет значения. Но да, я пойду до конца.

— Почему?

Такой простой вопрос. А ответ? Эни постаралась ответить и попросить заодно:

— Хочу быть хозяйкой своей жизни, а это единственный путь. И не говори, пожалуйста, нашим. Они попытаются "защитить" меня. Выйдет только хуже.

Гарда смиренно склонила голову. Кто она такая, чтобы мешать кому-то идти своим путём? Даже если сердце рвётся от боли, как тогда с Тай. Глухо спросила:

— Сколько у меня времени?

— Послезавтра утром я уйду.

Ведающая кивнула:

— Я успею.

Встала, тяжело дошла до полки. Положила перед Эни несколько флаконов. С десяток, наверное.

— Пей по одному на ночь, чтобы спать. Иду предупреди, чтобы за Арви присматривала.

Эни попыталась отказаться:

— Зачем?

Гарда молча собрала флаконы в небольшой полотняный мешочек. Подняла Эни на ноги. Всучила ей в руки. Обняла:

— А затем! Тяжёлые времена для тебя наступают. Нужно спать, чтобы силы были.

Глава 19

Эни рассматривала пёструю жеманную толпу, собравшуюся в бальном зале. Она пришла пораньше. Король ещё не появился, потому бал не начался. Музыканты настраивали инструменты. Аристократы приветствовали друг друга.

На неё посматривали с интересом. Княжна Гарнара выглядела сегодня, как раньше. Обрядилась в экстравагантное платье. В котором даже декольте присутствовало. Это вызывало вопросы у одних, и искреннее восхищение у других. Смотрелась, надо признать, соблазнительно. На то и был расчёт.

Она должна привлекать внимание и навевать кавалерам фривольные мысли. По двум причинам. Во-первых, необходимо быстро привлечь внимание определённого мужчины. Во-вторых, объяснить всем его несдержанность. Ей вовсе не нужно, чтобы, в придачу к остальным проблемам, на неё повесили обвинение в том, что она споила и принудила своего любовника.

Эни едва не рассмеялась. Вряд-ли, конечно, до этого дойдёт. А если и так, Гарда позаботилась, чтобы самые тяжёлые обвинения обошли её стороной. Сегодня утром она вручила ей только один флакон. Ответила на растерянный взгляд Эни:

— Для мужчины ничего не понадобится. Достаточно будет того, что он поцелует тебя, когда ты выпьешь зелье.

Эни с сомнением покрутила флакон в руках. Гарда посмотрела на неё с жалостью:

— Ну, ты же не дурочка, Эни! Ты разве не видишь, как действуешь на них? Никакие зелья не нужны!

Эни прикрыла глаза. Не хочет она видеть ничего. Не желает. Ей не нужно ничего этого. Никогда! Только один раз, чтобы поняли, какая она, и отстали, уроды. Пусть поймут и отстанут. Все они!

Гарда что-то такое увидела у неё в лице. Заговорила сухо, по-деловому, как и нужно было, чтобы Эни не развалилась на части прямо здесь и сейчас:

— Смотри. Зелье начнёт действовать через минуту. Флакон съешь, как конфету, чтобы ничего потом не нашли. Не знаю, что ты там задумала, но чутьё мне подсказывает, что чем-то обыкновенным ты не обойдёшься.

Гарда замолчала. Ждала, видно, что она разубеждать её начнёт. Эни не стала. Целительница вздохнула, осуждающе покачала головой и продолжила:

— У зелья есть все те эффекты, что ты просила: противозачаточный, обезболивающий. И сильный афродизиак. Мужчина ошалеет сразу, как поцелует тебя.

Замялась, но закончила:

— Тебе будет сложнее, учитывая твои травмы. А потому я добавила туда ещё и сильное успокоительное. Избирательное. Только для тебя. Ты вообще мало что поймёшь из того, что произойдёт. Выглядеть при этом будешь адекватной… Иду предупреди. За Арви ты потом ухаживать часов двенадцать не сможешь. Спать будешь.

Эни рванулась и спряталась в любящих объятиях. Всхлипнула:

— Спасибо!

Гарда целовала свою девочку, шептала:

— Иду предупреди. И сразу, как всё случится, уходите в Гарнар. Пока ты ещё относительно в себе будешь. Скандал лучше тут переждать. Под крылышком у сестры.

Поняла! Конечно! Это же мудрая Гарда.

***

Король Дормера вышел к подданным. Не один. Его сопровождал наследник Лабрии, который лучился спокойствием и довольством. Король Дормера, напротив, был мрачен. Даже маска Прекрасного Короля не спасала. Или Эни стала лучше понимать его?

Конечно, она понимала его. Блестящий план почти рухнул. А всё потому, что Величество поддался благородству, дал ей время выбрать и привыкнуть к мысли о замужестве. Ещё один аргумент в пользу того, что чувства в политике — непозволительная роскошь. Недальновидность.

Странно, что король Дормера оказался подвержен такой глупости, да ещё и по отношению к ней. С Тай он не допускал таких просчётов. Гарнар тогда спасло только то, что он не знал о чувствах, связавших двух непримиримых врагов: Чёрного Палача и Королеву скархов. А сейчас?

Что помешало ему просчитать действия лабрийцев? Понятно же, что они не выдержали бы срок, который дали. Раз Хьюго явился на третий день, значит, срок был неделя. Остаётся только один вопрос. Очень важный… Чем лабрийцы шантажируют короля Дормера?

Она попробует разобраться с этим хотя бы потому, что спокойствие Дормера означает спокойствие Ламеталя и Гарнара. А пока суд да дело, Эни расцвела самой своей сияющей улыбкой, приветствуя обоих мужчин. Последний страх перед тем, что задумала, испарился.

Да, она даже предвкушение испытывала. Нет! Сам процесс, конечно, ужасен. Но то, как ей одним ходом удастся разбить планы отвратительного короля Лабрии, вдохновляло. Прав был Лариди, когда называл её адреналиновой наркоманкой.

Он, правда, смеялся при этом, что нет ничего абсурднее, чем такой наркоман, обуреваемый какими-то иррациональными страхами. Так он объяснял ей то, почему она, в отличие от других жертв ПТСР, так тяжело восстанавливается.

А как иначе? Если по сути своей, страх, если и свойственен таким личностям как она, то только страх рациональный. Который предупреждает, позволяет оценивать ситуацию адекватно. Иррациональный, необоснованный страх, запирает личность, не позволяет ей реализовываться. А для сильного, деятельного существа это смерть.

Сегодня её иррациональный страх испарится. То же произошло однажды с Лариди. Его мучители думали, что так они разобьют личность непокорного эльфа окончательно. А на поверку, помогли ему.

Эни снова улыбнулась. Оба высокородных посмотрели на неё, как на дуру. Эльдар сокрушённо. Хьюберт предвкушающе. Он решил уже, что дело в шляпе. Ах, как трогательно! Эни даже подыграла обоим. Пошире распахнула глаза, позволив лицу приобрести откровенно детское, наивное выражение.

Она без колебаний и с удовольствием пошла танцевать с принцем Лабрийцев. А когда тот пригласил её прогуляться после танца, взглянула на него в высшей степени благосклонно. Зарделась. Ответила, что это, наверное, неприлично. Принц кинулся убеждать её в том, что прогулка не займёт много времени.

Он поиграл бровями и сказал, что всего-то желает задать ей вопрос. Эни расцвела:

— Уверена, мой принц, что все ответы на свои вопросы вы получите ещё до ночи!

Хьюберт так вдохновился, что безропотно отпустил её пока. Эни метнулась в дамские комнаты, чтобы избежать встречи с королём Дормера. Изловит сейчас её и кого-нибудь из женихов, и поволочёт в храм "спасать".